Чтение онлайн

Многих, многих людей заботы твои не волнуют

И не пугает твоя мощь, ослепительный Рим.

Мужество им дают тетива и стрелы в колчане,

Годный для долгих дорог, сильный, выносливый конь,

Навык в походах терпеть изнурительный голод и жажду,

Если в безводную степь враг оттеснит храбрецов [75].

Также к Весталису Элегия 7, кн. 4:

Ipse vides onerata ferox ut ducat Jasis

Per medias Istri plaustra bubulcus aquas, etc.

Видел, как груженый воз с воловьей упряжкой по Истру —

Посуху стрежнем реки гонит отважный язиг.

Знаешь и то: в кривом острие здесь яд посылают,

Чтобы, вонзаясь, стрела смертью грозила вдвойне [76].

И много других вещей Овидий с удивлением писал о Сарматах и отважной смелости Готов, Гетов и Славаков в своих элегиях с Понта, чем очевидно доказывал, что наши Сарматы: Руссаки, Ятвяги, Волынцы, Литва, Жмудь и Москва не покорились могуществу Рима и не были его подданными, когда говорил:

Maxima pars hominum nec te pulherrima curat

Roma: nec Ausonii militis arma timet.

Dant illis animos accus plenaque pharetrae, etc.

Многих, Многих людей заботы твои не волнуют,

И не пугает твоя мощь, ослепительный Рим.

Мужество им дают тетива и стрелы в колчане,

Годный для долгих дорог сильный, выносливый конь.

Овидий также писал вирши на славянском или на русском языке, ибо его склоняла к этому прелесть (wdziecznosc) языка, так что досконально его выучил, когда говорил:

Hoc vos Sauromatae iam vos novere Getaeque,

Nam didici Getice, Sarmaticeque loqui, etc.

Знают уже и теперь о вас савроматы и геты,

Ибо величье души здешние варвары чтут.

Преданность вашу на днях я стал хвалить перед ними

(Знаю и гетский теперь я, и сарматский язык) 77.

Геродот в книге 4 тоже свидетельствует о том, что Сарматы народу русского, который над Мезией, то есть Болгары, и над Скифией, [то есть] Татары, в то время имели более красивое произношение, ранее [отличавшееся] грубостью речи pro Barbarismo (из-за варваризмов), то есть sollecismos (облагородили его) и обрели красоту слов 78.

Это показывает, что наши Сарматы обычаями, происхождением и языком отличались от скифов или татар, хотя старые греческие и латинские историки все народы севера и северо-востока (miedzywschodnie) заодно звали скифами и сарматами и ошибочно считали одним народом поляков, руссаков, литовцев, московитов и даже татар. К этому заблуждению их приводила и жестокость в военных забавах, в которых [все эти народы] постоянно упражнялись как в природном рыцарском ремесле.

Поэтому Прокопий ошибался, когда писал о Славаках: Sclavoni gens Scytia Justiniani tempore in Illiricum irruere, multasque strages ediderunt. (Во времена Юстининана скифский народ Склавины вторгся в Иллирик, многие убийства сотворив). Это было в 528 году от Христа 79. О чем пространнее найдешь у Волатерана, книга 8, Иллирик. Позднее греческие историки не скоро заметили свою ошибку, как упоминает тот же Волатеран в кн. 7 Сарматия. Волатеран, кн. 7. Только потом сарматами стали называть славянские народы, жившие между Вислой, Танаисом или Доном, и между немецким морем и Венгерскими горами, как поляки, мазуры, древние пруссы, литовцы, жмудины, руссаки и москва. Римские войска поражены. Их мало заботило все могущество Рима, хотя Светоний и Евтропий пишут, о чем упоминают и Меховский (кн. 1, гл. 16), и Волатеран (кн. 7), что Домициан сначала начал против них войну, но победу одержал (zwyciestwo odniosl) кровавую, ибо наши Сарматы убили у него двух гетманов, Аврелия Фуска и Оппия Сабина [вместе] с легатами и со множеством войска 80. Императоры Антонин Пий и Антоний Вер с другими Сарматами, Руссаками над Танаисом, тоже вели частые битвы, но с малым успехом. С теми же Сарматами долго, но безуспешно воевали императоры Валентиниан, Гален, Максимиан, Галиен, Диоклетиан, Проб, Кар, Друз и прочие 81, а также много других римских гетманов.

Итальянское сладострастие (Libido Wloska). А Прокул [82] хвастал своим мужеством, что в Сарматии захватил сто девушек, из которых десятью овладел (zwojowal) за одну ночь, а через пятнадцать дней справился (przemogl) со всеми (говорит, что смог).

Помпоний же Мела (кн. 3, гл. 4) пишет, что Сарматские славянские народы всегда были необузданными и вольными 83, отчего и император Август, который было завоевал почти весь мир и при котором родился Господь Бог, когда ему посоветовали пойти войной на Сарматов, молвил так: не годится мне ловить рыб золотой удочкой (weda). [Этим он] как будто сказал: не хочу терять больше, чем приобретать. О чем подробнее читай у Светония в Августе 84.

Тот же император Август писал своему гетману Лентулу 85, чтобы не смел дразнить войной Сарматов, которые и мира не знали, и в рыцарском деле были искусны. О чем Флор в книге 4.

И там же он пишет в конце: Omnibus ad occasum et meridem paratis gentibus etc. (Были покорены все народы на западе и на юге). Когда Август уже усмирил войной все народы на заходе солнца и на юге, Скифы и Сарматы тоже прислали к нему послов, прося соседской дружбы, как вольные люди 86.

Великий дар. В то же самое время Гепиды, предки жмудские и литовские, в качестве дружеского подарка послали тому же императору Августу медный котелок, освященный по их языческому обычаю. Об этом [сообщают] Силициус Кимбер 87 в Cymbrorum deductione (Происхождение кимвров) и Светоний 88.

А у жмудинов, латышей (Lotwy) и куршей, особенно у сельского люда, и ныне главнейшим сокровищем считается медный котелок или гарнец (kocielek albo garniec) 89.

Вот так Август, могущественнейший император, тогда пользовался большой симпатией наших Сарматов Славаков. Так же поступал и император Траян, ибо когда он победил Даков и Ятвягов (Jatwiezow) 90, то предложил Сарматам свою дружбу, чтобы этим обезопасить себя от их набегов. О чем Дион Кассий в Траяне 91.

Доспехи из конских копыт. Оружием их были луки, пращи и длинные рогатины; мечей и сабель, а также доспехов из-за отсутствия железа они долго не знали, ибо Павсаний пишет, что сам видел сарматский панцирь из рогового [вещества] конских копыт, устроенный наподобие кольчуги или чешуи дракона, однако говорит, что своей прочностью (mocnoscia) и легкостью он был не хуже греческого панциря (какие ныне и у нас) 92. Павсаний в Аттике.

А Юстиниан, 53 император, когда не мог укротить сарматов ни войной, ни миром, строил против них замки и крепости, чтобы мешать им перейти Дунай; но и это их не устрашило. О чем пространнее читай Прокопия о постройках Юстиниана 93.

Когда эти нащи Сарматы на Каталаунских полях поразили Аттилу, этого преотважнейшего короля, который считал себя ужасом мира, то в память о столь великой победе завели обычай рисовать на своих щитах (tarczach) двух конных рыцарей с обнаженными мечами. Этим они стремились показать свое превосходство над другими в рыцарском деле, которое для них было настолько важным, что Гиппократ в книге о воздухе и воде (de aere et aquis) пишет, что войной баловались не только мужчины, но и женщины, и ту, которая не убила на войне трех мужей, считали негодной для замужества 94.