Чтение онлайн

Сделав для себя столь утешительный вывод, подполковник затушил окурок и стал оценивать проходящих внизу - вдоль узкой улочки женщин:

– Сутулая, почти горбатенькая... Жизнь, похоже, как и меня придавила. А эта идет на каблуках, не распрямляя колен, словно в ортопедической обуви. Представляет небось, что вышагивает по подиуму, наивная... О! Вот славный экземпляр! Молодая, стройная... Ой, что это у неё на плоской груди? Комсомольский значок, что ли? Нет, - огромная дешевая брошь. Ну-ну, понятно - для увеличения визуального объема или чтобы отвлечь внимание наблюдателя от катастрофического изъяна. Лучше бы подумала о силиконе, чем таскать бесполезный силумин...

Погожий день радовал глаз безоблачным, голубым небом. Даже слабый влажноватый ветерок не мешал наслаждаться редкой солнечной погодой. Устав выискивать недостатки у ничего не подозревавших дам, Лавренцов вернулся на кухню.

– До чего ж оперативная тетя!
– удивился он, и обнаружив уже пришедший, обширный ответ от незнакомки. Усевшись на табурет, чекист раскрыл файл с письмом и принялся читать...

"Привет-привет!

Почему до сих пор одна? Да так уж сложилось. Девушка я, видимо, непростая... Причина, скорее всего в далекой юности - когда ровесницы бродили по дискотекам и выходили замуж, мы все больше об учебе думали. Как-то не встретился человек, с которым мне хотелось бы разделить судьбу. Те, кто просто заполняют пустоту, занимая не свое место - не устраивают. Чем лишь бы как-нибудь - лучше уж никак! Сколько я себя не уговариваю. Да и возраст уже не девичий, скоро двадцать девять...

В прошлом происходило многое, и на сегодняшний день сложились некоторые, относительно устоявшиеся взгляды, приобретенные с опытом и отшлифованные временем. А существующий на сегодняшний день в моей жизни вариант с мужчиной абсолютно не устраивает. Может быть потом, при случае и желании я о нем поведаю, но от оного субъекта мне не хочется рожать детей, это, возможно, случилось бы только от полной безысходности... Все нужно в жизни делать вовремя, особенно в отношениях между мужчиной и женщиной, а мой знакомый, назовем его так, вел себя не очень достойно...

Я, вероятно, покажусь тебе довольно жесткой и прагматичной, но это не совсем так.

Что-то я совсем расстроилась, сочиняя это письмо. Если не возражаешь, я, пожалуй, отправлюсь спать. Завтра буду с нетерпением ждать твоих писем.

Пока-пока".

– Действительно, непростая девушка...
– пробормотал Аркадий и, состроив жуткую гримасу, передразнил тонким голоском: - "Я, возможно, покажусь тебе очень жесткой и прагматичной, но это не совсем так!" Гольный практицизм - аж глаза слепит! Все рассчитано, как у математика, или астронома...

Но, вместе с тем, достаточно простой, и откровенный стиль письма слегка успокоил и отогнал неуверенность, связанную с невозможностью восстановить в памяти ответственный момент зарождения переписки.

– Какая, в конце концов, разница, когда я и в каком состоянии написал. Судя по всему, мое первое послание не содержало пошлости и невежества. Ну и - слава Богу! Все что ни делается - к лучшему...
– закончил он рассуждения любимой поговоркой.

Пробежав ещё раз строчки сообщения, неудачник поплелся в комнату к родному дивану. Несколько часов он провалялся, глядя в темный потолок и думая то о неожиданно завязавшемся знакомстве с непонятно откуда всплывшей барышней, то о докторе Фролове, то о неудавшейся карьере предпринимателя. Вспомнилась служба в бригаде морской пехоты, океанские походы на десантных кораблях, работа в военной контрразведке...

Многих друзей он растерял за свою жизнь. И, вроде бы ни с кем не ссорился - так, разбросала судьба кого куда. Поди сейчас, отыщи хоть одного! Из координат местонахождения некоторых, он знал только названия городов, где те дослуживали или оседали после выхода в отставку. Конечно, если поднапрячься, приложить усилия, используя связи и каналы, коих в арсенале бывшего фээсбэшника оставалось множество, кто-то и нашелся бы. Но, для обстоятельного поиска требовалось не только желание, но и столь же настойчивые, кропотливые действия. Чего-то в характере или намерениях Аркадия явно не хватало...

Вплоть до поздней ночи он неоднократно пытался дозвониться Семену, но трубку в квартире на Четырнадцатой Линии никто не поднимал. "Работать, что ли устроился?
– недоумевал житель каморки, - а жену - Катьку, где вечерами черти носят?"

С Донцовым он познакомился и быстро сдружился, едва обосновавшись в местном отделе по борьбе с терроризмом. Серьезный и вдумчивый офицер, помогавший на первых порах разобраться в особенностях новой работы, сразу приглянулся открытостью, мягкой обходительностью, какой-то особой, внутренней интеллигентностью... Да и высокий профессионализм Семена бесспорно заслуживал уважения многих, работавших с ним бок о бок коллег. Вскоре нашлись общие интересы и у жен. Через полгода две семьи уже не мыслили справлять юбилеи и отмечать многочисленные праздники порознь друг от друга...

Время от времени, Лавренцов все же продолжал наведываться на кухню, пока начатая бутылка не оказалась на косой полке, в одном ряду с пустыми...

Глава III

Призрак Лейбница

Похмельный синдром становился привычным и неотъемлемым состоянием каждого утра.

– Ну что, Аркаша, спиваемся помаленьку?
– вопрошал, продрав глаза, Лавренцов, - ничего-ничего, раз Фролов за меня взялся, все должно непременно исправиться и наладиться. Как-то не вериться, что на роду у меня написано закончить век в мутной среде алкашей, бомжей и прочих славных люмпенов. Семке вчера так и не дозвонился...

Стоя под прохладной струей душа, он снова вспомнил о письмах Александры, а, сварив утренний кофе и отломив ломоть черствого батона, запустил компьютер и заворожено уставился на фотографию незнакомки. Эта женщина понемногу начинала притягивать воображение. Ясность мысли, свободная и смелая манера вести диалог, интригующие намеки о прошлом и настоящем...

"Надо выпить и ответить молодой, меркантильной дамочке, - решил бедолага, - ведь чем-то переписка с ней, в конце концов, привлекает! Нет, точнее - развлекает..."

Аркадий всегда причислял себя к максималистам или, по крайней мере, желал таковым выглядеть. Свято уверовав в чудодейственные свойства простых человеческих чувств и не приходящую ценность духовной нравственности, он никогда не проводил параллелей между велением сердца, или как говаривал "компасом" души и материальными благами. "Если посчастливится познать любовь, уважение, привязанность, в лучшем смысле этого слова, - считал Лавренцов, - всего остального непременно можно достичь, добиться, приобрести... Но никак не наоборот!"

Да, в его жизни данный принцип не сработал, дал трещину где-то на полпути к финалу. В чем-то он винил себя, за то что, с головой уйдя в новое дело, словно ширмой отгородился от семейных проблем. В чем-то справедливо упрекал Валентину, не сумевшую терпеливо переждать его кризис - вынужденный переход от стабильно оплачиваемой работы к новому амплуа человека, живущего собственной расторопностью...

Но, не будучи большим знатоком женской психологии, Аркадий мог легко согласиться и с тем, о чем писала Александра. Она, так же как и он, безраздельно верила в судьбу и ничего из ряда вон выходящего в ожидании счастливой встречи с богатеньким "принцем" не было. Лишь слегка настораживала та агрессия и расчет, с которыми, не по годам опытная и рассудительная девушка нагружала его сознание в каждом письме. В своем третьем послании умудренный жизненными нюансами мужчина хотел предостеречь отважную соискательницу счастья во всемирной сети. Она рисковала привлечь к себе внимание в первую очередь тех мужчин, что западают на квартиры в центре Питера, на автомобили и неплохие заработки кандидаток. Однако написать очередное письмо он так и не успел...