Чтение онлайн

И хорошо должно быть понятно вам, каков был его помысел, когда узрел он новизну такого соседства, каковое оказалось пред вратами его города. И поскольку чем более люди благоразумны, тем более сомнений находят они в вещах великих и опасных, то посему учитывал Сада бен Сала, что Король Дон Жуан был князем великого могущества, ибо хотя и прибыл он из-за моря, не столь малы были деяния Короля, да и сам он [Сала бен Сала] не был столь неосведомленным, чтобы не ведать весьма добро обо всем [свершенном тем Королем].

И он принимал во внимание, как со столь малым войском не отказал он [Король Дон Жуан] в битве Королю Кастильскому, видя его подле себя со столь великою мощью, и победил его, и разгромил, и затем чрез свои войска имел с уроженцами того королевства столь великие столкновения, как всем было ведомо, из коих всегда выходил победителем; и то, что он начал таким образом то деяние [взятие Сеуты] со столь великою осмотрительностью (sajeza), что оно так и не смогло быть разгадано до тех пор, пока флот не появился под стенами его [Сала бен Сала] города, где он зрел его [Короля] в сопровождении четверых сыновей, мужей благородных и великого мужества, и со столь великою мощью войск, и с подобною величиною флота.

«Так что, — говорил он про себя, — когда уже успею получить я помощь и подкрепление, чтобы противостоять подобным силам? Король с утра начнет со мной сражение, у меня же нет еще четырех камней в стене, относительно коих необходимо, чтобы они имелись для закругления подобной осады. Когда же успею я дать знать Королю Фезскому (el-Rei de Fez) [347] , или когда будет у него время послать оповестить свои войска и срок, чтобы подготовиться прежде, нежели стены Сеуты не будут разобраны камень за камнем?» В сих раздумьях весьма сомневался он насчет какого бы то ни было доброго случая. «О Боже, — говорил он [про себя], — какой из грехов моих оказался столь велик, что привел меня к столь злому жребию близ моей старости?»

И когда пребывал он вот так в сих печальных заботах, явилась к нему большая компания тех молодых мавров, что собрались для защиты города; и поскольку они нашли его таким раздумчивым, то принялись порицать его, говоря, что позором было для подобного человека являть столь малое присутствие духа в отсутствие обоснованной опасности (perigo arrezoado).

— Что там еще, кроме того лишь, — говорили они, — что на нас идут христиане? Каковых числом не есть столько, чтобы мы весьма добрым образом не смогли бы сразиться с ними. Да и что мы знаем о том, не имеет ли часом целью приход их величайшую для нас почесть и приумножение нашей пользы? Ибо может быть так, что сей прекрасный флот (fremosura de frota), что они собрали, дабы осадить нас, еще останется в наших гаванях (taracenas), а их золотая и серебряная посуда останется для свадеб наших детей, а убранство их часовен мы поместим в наши мечети как свидетельство нашей победы.

— Сейчас, — сказали они, — их флот разделился на две части, и мы думаем, что их намерение есть то, чтобы сегодня же высадиться на сушу, и коли так оно и есть, мы пойдем на них на берегу, и прежде, чем они выйдут из шлюпок, мы учиним среди них весьма великое избиение, ибо большинство, и самых лучших, идут, все покрывшись железом, по каковой причине продвижение их не может быть без великого усилия и труда, мы же, разоблаченные и легкие, приблизимся к ним когда захотим. И как только мы опрокинем их на землю, то лишь с запозданием либо же великою удачей смогут они затем подняться; да и какой способ подняться может быть у тех, что тяжелы будут немногим менее, нежели большие скалы? И в то время как одни из нас помешают тем, кто пожелает высадиться со щлюпок, другие тем временем озаботятся тем, чтобы отыскать место и манеру для достижения соединений в том железе (para haver as carraduras daquele ferro), чрез кои они заберут жизни тех, кто первыми высадится на сушу.

— Не знаю, — ответил Сала бен Сала, — все ли у вас так ладно с сими вещами (se tereis essas cousas asim azadas), чтобы закончить [дело] так, как вы рассуждаете. Да будет угодно Богу, чтобы вы не встретили насчет того иной помехи. Посему ступайте с доброю удачей и устраивайте ваши дела наилучшим образом, каким можете, и о любой вещи, что там произойдет, позаботьтесь почаще доводить до моего сведения.

Однако о том, что последовало затем, автор говорит, что поведет речь далее, объявив о манере, коей Сала бен Сала относительно того держался.

Велика была бы совокупность процесса нашей истории, кабы пожелали мы следовать всем вещам, как мы находим их чрез сведения тех, кто ведает о них доподлинно; однако же, следуя тенденции (tencao) современных [авторов], мы сокращаем все то, что обоснованно можем [сократить], ибо еще оставались для сообщения многие вещи, что происходили промеж мавров, в то время как люди на флоте не высадились на сушу.

И когда сходни у Инфанта Энрики были уже приготовлены, а все его люди вооружены для того, чтобы высаживаться как только узрят сигнал, Мартин Пайш, что был его главным капелланом, взял тело Господне в руки свои, и поместился (pousou-se) пред всеми, и принялся укреплять их таким образом:

— Братья и друзья! — сказал он. — Я нахожу, что никогда ни один человек не может верным образом содеять никакой вещи, коли не ведает цели, ради коей он ее делает. И вы, прочие, что собраны здесь, быть может, не ведаете как следует, зачем сюда явились. Узнайте же теперь, что явились вы сюда ради службы нашему Господу Иисусу Христу, какового я здесь представляю пред вами и ради чьей любви и службы Король, наш сеньор, был подвигнут на то, чтобы начать сию войну (demanda). И сей [Господь] есть Тот, что из ничего впервые сотворил мир и создал в нем все все вещи всего лишь по Своему желанию; сверх же всего сотворил Он людей, [созданий] самой благородной и лучшей природы, нежели какое-либо иное земное существо, обустроив для них постоянную обитель немногим более низкую, нежели та, что есть у ангелов, как говорит пророк [царь Давид, автор Псалтири]. И хотя люди и отклонились от истинного пути, наш Господь пожелал прийти в сей мир облечься плотью человеческою, и жить в нем до того, как претерпеть смерть, дабы искупить наш грех. Я не стану говорить вам о том, как после Его Святых Страстей тот грязный (ensugentado) и отвратительный схизматик Мафамед [Магомет] принял ложное звание пророка, под видом (sob color) добродетели и чести насадил по миру сию свою проклятую секту — так же, как травы дурные по природе своей разрастаются гораздо более полезных и добрых, так же и сие дурное семя неверных до того разрослось в огороде Господнем, что кабы не было вырываемо верными и католическими государями, то в скором времени загубило бы (amortificaria) все доброе семя. И поскольку Король, наш сеньор, есть один из тех работников, коих Господь приглашает на [распространение] Евангелия, он собрал здесь сей свой народ, дабы исполнить Его святую службу, каковую сегодня с Его милостью и помощью надеется претворить в дело.

— Теперь же, — сказал он, — поскольку вы ведаете, что все добрые служители, воистину желающие потрудиться над какой-либо вещью, с великою заботой ищут все пути, коими лучше могут достичь своей цели; и поскольку наше истинное средство есть наша совесть, каковую надлежит нам очистить и избавить от всех пятен, что мы на ней ощутим, и [поскольку] без милости нашего Господа Бога мы не сможем достичь [цели] (percalcar), — [посему] я представляю Его вам здесь; в Какового всматриваясь, сможете вы с болью покаяться в своих грехах. Ибо написано есть [так] в историях Бривии (Brivia) [Библии], где сказано, что говорил Ахиор (Ahyor), князь сыновей Аммона [348] , с великим военачальником Олоферном [349] , когда тот держал Иудеев осажденными в городе Бетулии [350] , объявив, сколь чудесным образом умел Господь защитить всех своих, когда они совершенным образом придерживались Его заповедей; и что никогда не слыхал он ни о ком, кто бы мог противостоять сему народу, не считая лишь [того времени], когда отдалился он от почитания своего Господа Бога, ибо был отдан тогда на добычу и разграбление своим врагам; и поскольку они [Иудеи], с другой стороны, сотворили покаяние и раскаялись в грехах своих, тотчас сила небесная [вновь] оказалась с ними, дабы дать отпор всем их врагам. Каковые вещи записаны в пятой главе книги Иудифи [351] , чрез что разумеем мы, что две вещи лишь остаются нам для выполнения со всем рвением, ss. [scilicet, «а именно»], [первая — ] алкать совершенства победы над врагами веры и вторая — смиренно вручить (humildar) души наши Господу, обратившись к Нему от всего сердца, сотворив покаяние за все наши прошлые грехи и прося Его, дабы Он чрез Святое Свое Милосердие, пожелал помочь нам, сказав [при этом] то, что записано в двадцатой главе Паралипоменона [352] , где говорится: «Поскольку, Господи, не ведаем мы, что еще должны или можем содеять, то лишь сие нам и остается, обратить очи наши к Тебе, ибо нет вещи такой, чрез кою должны были бы мы чуждаться сего дела» [353] .

— И поскольку в день сегодняшний мы соберемся по милости Божьей на сие деяние почти всем народом Португалии, вам надлежит помогать и укреплять друг друга от всего сердца и со всем желанием, ибо сие есть собственное назначение естественной справедливости, как то написано в первой книге обязанностей, где Туллий [354] приводит одно выказывание Платона [355] , говоря: «Весьма высоким образом написано сим великим философом, ss., что не только рождаемся мы для самих себя, ибо часть нашего бытия требует служба нашей земле и нашим друзьям, коим от нас потребна какая-нибудь вещь». И, как то угодно Стоикам, вещи, что на земле рождаются, главным образом предназначены для пользования людьми, люди же, помимо всего, рождаются по причине и для пользы людей, дабы они промеж самих себя получали пользу одни от других, в чем мы следуем общей с Богом природе. И сие мы видим в диких животных, каковые естественным образом любят одни других, как то говорит знаток в тринадцатой главе Екклезиастика (Ecclesiastico) [356] , прикладывая подобный закон любви и к людям, говоря: «Всякое животное любит другое себе подобное, и всякому человеку надлежит тем же образом любить ближнего своего, согласно тому, что является в музыкальных инструментах (estromentos), в коих голоса приходят к единому созвучию и взаимному соответствию и придают совершенство одни другим». И говорит Поликрат [357] , что так должно быть в сообществе людей, каковые должны помогать и выручать (acorrer) друг друга. И то же самое представляется в [отношении] высшей природы (supernal natura) и сообщества ангелов, по чьему подобию должны быть рукополагаемы в воинствующей Церкви люди, каковые все пребывают в любви и согласии, расположенные и поделенные согласно различным иерархиям (gerarchias) и орденам; и они приводят друг друга в соответствие славе Божьей, каждый согласно своему превосходству и совершенствам. И все явятся, в полной готовности (prestesmente) и едином порыве, дабы уничтожить и сокрушить тех, кто пожелает восстать против Его Святого Небесного (celestrial) Града и сравняться с его прославленным Богом, ss., Люцифера и его дурных ангелов, как то написано в двенадцатой главе Апокалипсиса [358] , о том, что Святой Михаил [359] и ангелы его будут сражаться против них, пока не сбросят их с неба.

— Вам надлежит также обрести подлинную крепость, представив пред своими очами, как вы сражаетесь ради любви нашего Господа Бога, каковой есть Истина, принимая во внимание, что так же, как Он помог вам против ваших врагов-христиан, каковые числом были гораздо более вас, прочих, так же Он поможет вам против сих, каковые суть враги ваши и Христа. И не должны вы страшиться пролитие своей крови на подобном завоевании, ибо написано есть, что при возведении храма Иерусалимского все камни были вначале раздроблены молотами и обтесаны, дабы мягким образом быть помещенными в произведение, коему предстояло сохраниться. И чрез сей пример полагают святые доктора, что те, кому надлежит быть помещенными в фундамент и основание (alicece) той стены храма небесного, что зовется Иерусалимом, должны быть сначала в сем мире изрублены железом, поскольку их размещение в том месте должно быть на веки вечные. И о том, как предоставляет вам Святой Отец [Папа] истинное отпущение, каковое есть спасение для душ, чрез свою святую грамоту (letera), достаточно было вам сказано магистром братом Жуаном Шира, когда вы были в Лагуше; те же, кто еще ощущает в себе какую-либо вещь, коею совесть их тяготится, придите к своим аббатам [исповедникам], и явите в них раскаяние, и затем приходите все сюда дать ей [совести] мир, таким образом, чтобы Он дал вам ее на веки вечные в Своем царстве.