Чтение онлайн

– Дерево-то? – удивилась Ангелина, наблюдая за тем, как белки шныряют туда-сюда по стволу. – А что мы ищем?

– Ухо мы ищем! Дедушка Древень! Дедушка Древень, проснись! – прокричала белка в обнаруженное дупло, и дерево тут же заскрипело, заворчало, задвигалось, и открыло большие сонные глаза.

– Кто это опять не даёт мне спать? – раздался низкий голос. Ангелина даже отступила на шаг.

– Знакомься – это дедушка Древень! – крикнула ей сверху Эми. – Дедушка, а расскажите, нам, пожалуйста, про Творца Альтеи! Ведь вы же его видели?

– Видел, конечно! – радостно зашумело дерево. – Давно это было! Много веков назад. Когда здесь не было ни леса, ни моря, ни неба, ни звёзд… Был только Он. Великий и непостижимый. Он-то и подарил нам нашу страну, и лес, и море… И я прекрасно помню тот день, когда я – на тот момент ещё маленький росточек – открыл глаза и увидел всю эту красоту.

– А его самого вы видели? – перебила Ангелина. – Он кто, вообще? Человек?

– Человек, – подтвердил Древень, но тут же опять запутал: – И лев, и орёл. Смотрите, сказал он нам в тот день, не обижайте друг друга и берегите Альтею, как своё сердце.

– А что же нам сделать, чтобы он опять пришёл? – спросила Ангелина.

– Пойти туда, где рождается заря, и произнести то, что скажет тебе ветер, – проскрипело дерево.

– Ясно! «Пойди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что», – улыбнулась Ангелина. – Вот расскажу бабушке – не поверит. Ой! – вдруг вспомнила она, – я же на капельницу ушла, а сама здесь пропала!

– А что такое капельница? А кто твоя бабушка? Она как ты или другой породы? – завалили её вопросами белки.

– Сейчас всё объясню! – сказала Ангелина, показывая дверцу. – Смотрите! Это проход в другой мир! А мне сейчас надо успокоить бабушку, что со мной всё хорошо, и я никуда не пропала, и как-то объяснить ей, что мне снова надо уйти, поняли?

– Не совсем! – смешно прижала ушки Эми. – Но мы будем тебя здесь ждать!

Ангелина улыбнулась белкам, и, погладив пальцем милую мордочку Эми, закрыла за собой дверь.

«Вот это приключение!» – поднявшись по ступенькам, вылезла из сундука девочка. Неожиданно она ощутила знакомую слабость, о которой совсем забыла, бегая по лесу – это, конечно, было не очень приятное открытие.

Кое-как по стеночке Ангелина добрела до своей палаты:

– Я здесь! – сказала она, открыв дверь. – Я не пропала! И мне нужно тебе кое-что рассказать! Я в подвал спустилась… А там! Другой мир!

– Моя дорогая! – взволнованно кинулась к ней женщина. – Да что же это такое? Галлюцинации, что ли, от лекарств начались?

– Да в том-то и дело, что на капельницу я ещё не ходила! И мне нельзя пока. Мне надо уйти ненадолго! Творца Альтеи пригласить! – горячо и быстро говорила девочка.

– Ах, вот оно что! А я уж было понадеялась, что ты у меня взрослая, одну тебя отпустила… – расстроено пробормотала бабушка.

– Да я не вру! Пожалуйста, поверь! Они маленькие, и я им очень нужна! – пробовала убедить её Ангелина, но та в ответ только тяжело вздохнула:

– Пошли, я сама тебя туда отведу! И не мучай меня, пожалуйста. Я и так еле держусь.

В отделении реанимации свет не гасили даже ночью. Здесь всё было на порядок чище, строже, серьезнее. Приборы, к которым были подключены пациенты, пищали на разные лады, моментально сообщая врачам о любых изменениях в состояния пациентов. Врачи не отходили от кроватей особо тяжелых, и каждый день здесь был испытанием и для них, и для пациентов.

– Ну, что у вас тут? Рассказывайте, – поздоровался со всеми реаниматолог из очередной смены.

– Как всегда, без продыху. Но есть и хорошие новости. У Миланы второй день положительная динамика, и если всё будет так же хорошо, то скоро у нас получится стабилизировать состояние.

– Это, несомненно, радует… Как Марк?

– Стабильно тяжёлый, но иногда приходит в себя.

– А как Смирнов? Ты слышишь меня, Даниил? – спросил врач, наблюдая, как тот будет реагировать на голос. Перед ним лежал бледный мальчик, с ног до головы опутанный проводами.

«Бедный ребёнок» – подумал доктор, – Скоро будет полгода, как ты в коме. Интересно, что же ты там видишь?»

А что же видел Даниил?

Вы не поверите, но именно в тот момент его глазам открывалась тёмная и величественная подземная страна, которую он разглядывал с балкона своего замка. Его приёмный отец Балтазар был верховным главнокомандующим войск Тёмной Королевы, и с самого раннего детства Даниил воспитывался для того, чтобы принять власть и титул своего отца. К двенадцати годам он умело владел всеми видами оружия, лучше всех сидел в седле и мог командовать войском.

Однако его совсем не радовали ни воины, ни изысканная еда, ни развлечения: когда он был совсем маленьким, Тёмная Королева обратила его человеческое сердце в каменное. С тех пор он стал таким, как этот камень – бездушным, безжалостным, холодным.

Каким образом Королева произвела эту ужасную операцию, никто не знал, но Даниил рано начал понимать, что он не такой как все. Мальчик всегда замечал чужие взгляды – в глазах людей читался страх и неприязнь. Об этом говорило и зеркало, показывающее ему отражение странного худого ребёнка со впалыми щеками, серовато-бледной кожей, с тёмными кругами под ничего не выражающими глазами… Но волосы, в отличии от остальных жителей Мортигены, у него были не тусклые, будто запылённые, а черные, словно вороново крыло.

Он не помнил своего раннего детства, а Балтазар ни разу не рассказал ни одной его детской истории.

– Почему у меня сердце не бьётся? – спрашивал Даниил, прижимаясь к отцовской груди ухом. – У тебя, я слышу, оно стучит, а моё почему-то молчит. Я что, какой-то не такой?

– Не придумывай, – строго говорил отец. – Ты именно такой как надо.

Но происходящее вокруг говорило Даниилу об обратном – ведь он видел, что люди вокруг него жили совершенно другой жизнью. Грустили и радовались, плакали и смеялись. Это открытие Даниил сделал лет в пять, когда ему уже было разрешено гулять по территории замка.

– Что это с ними? – спрашивал он у няньки, наблюдая за девушками-служанками, бегающими друг за другом с весёлым смехом. – Им плохо?

– Наоборот, – отвечала няня. – Им хорошо, у них сердце радуется.

«Сердце? Сердце даёт радость? – прижимал мальчик руку к груди, ощущая привычный холод и тишину. – Вот бы узнать, как это происходит…»

С тех пор разговоры о сердце стали самой интересующей его темой, но слуги почему-то всегда отмалчивалась или умело переводили тему.

И только спустя ещё несколько лет Даниилу, наконец, открыли всю правду.