Чтение онлайн

Главные ворота широко раскрыты, все решётки подняты, а снизу никакой стражи ни слева, ни справа после изогнутого каменного моста крупной серой кладки довольно фигуристых, не похожих друг на друга, глыб. Охрана была наверху, в галереях над герсой, в навесных бойницах и на стене – в основном, лучники и дозорные, готовые, чуть что, прийти на помощь или не подпустить к городской черте какое-нибудь чудище.

Ведь бывало и такое. Свежи ещё предания о том, как в Целесберг забежала дикая медведица, чьих медвежат имел наглость похитить заехавший в городок цыганский табор. Кровавая бойня в ту ночь вышла чудовищной и затяжной, ярмарочный праздник превратился погребальную агонию безутешных родственников погибших.

Их болью, душевными воплями и муками павших до сих пор веяло в воздухе призрачными колебаниями – так их ощущал некромант, буквально видя наяву ту мясорубку. С тех пор охраны на стенах стало побольше, а вот внизу совсем не прибавилось, будто опасались, что очередной медведь может их первыми растерзать, начав своё кровавое пиршество именно с таких пеших воинов.

– Дай денег! Дай денег, господин! – вдруг налетела вокруг них ребятня, выклянчивая у лорда подачку.

– Скинь беднякам хоть пару монет, – советовала Кира.

– Я что, похож на добряка, который станет деньгами разбрасываться? – хмыкнул он. – Ишь, черепа на мече не боятся, ты смотри…

– Это же дети! – закатила та глаза и недовольно шумно выдохнула.

– Сегодня дети, а завтра уже подросли и стали попрошайками вместо работяг, – гремел своим низким баритоном некромант. – Не хватало ещё приучать их подбегать и клянчить каждый раз.

– Ты невыносим! – покачала Кира головой, откинув плащ и запустив пальцы в сумку на поясе.

– Дай денег! Ну, дай денег! – верещали мальчишки и девчонки разных возрастов, кто в крестьянских простеньких одеждах, кто и вовсе выглядя, как оборванец и беспризорник.

– Вот вам, от славного лорда Кроненгарда, – рассыпала дождём в воздух горсть медяков лучница, и те со звоном рухнули на брусчатку мостовой.

Заверещавшая на радостях детвора тут же ринулась к мелким монетам, спешно подбирая те и разделяя между собой на всю компанию. Лошади же двигались дальше, теперь хотя бы никто не отвлекал от возможности полюбоваться городским убранством и его архитектурой.

– Могла бы кидать подачки и от своего имени. Мне тут слава благодетеля не нужна, – недовольно пробурчал некромант.

– Никто не знает какую-то Киру из какого-то Сельваторска. А о тебе уже все наслышаны. И, между прочим, это по твоей инициативе мы здесь, – напомнила Кира, – вот и страдай, тёмный лорд, в лучах доброй славы.

– Грр, – только проворчал да поморщился Бальтазар.

Каменные мантикоры, расставленные здесь знаковыми статуями, стыдливо взирали без отличительных скорпионьих хвостов. То ли некачественная работа скульптора и время да стихийные ветра их отбили, не то постарались городские вандалы и маленькие хулиганы. Или же это некий протест жителей против политики здешнего лорда Арчибальда обкладывать их непомерными налогами, о чём Бальтазар был наслышан.

Площадь полукругом, по которой, в основном, передвижные печи-кухни с шашлыками на мангалах, прилавки с пирожками, чайный дворик с парой устойчивых столиков на одной ножке с широкой подставкой, требующей идеально ровной мощёной плитки, и на удивление среди яств ещё торговец с головными уборами. Соломенные шляпы разных фасонов, от широких полей до загнутых трубочкой или дамских, едва заметных, зато с красивой лентой в основании тульи. Тканые шапки, шерстяные, несколько плащей-накидок с капюшонами из непромокаемой крашеной парусины.

Много всего на разные вкусы для тех, кто явился в солнечный городок и опасается, что ему голову напечёт. Конец лета – вполне себе ещё сезон для подобной торговли, и даже первые осенние месяцы с приходящими дождями отнюдь ей не помешают. Обычно они всегда выдаются здесь мягкими и тёплыми, будто продолжение урожайного лета.

Всюду снуют стайки сизых и белых голубей, облюбовавших издавна этот город. Одни наблюдали за жизнью горожан с крыш домов, другие мостились на жердях фонарей или ветках, огороженных мелкой металлической изгородью деревьев. Несколько птиц виднелись у фонтанов, с хлопками крыльев разлетаясь в стороны от шума и творящейся вокруг суеты, когда туда подбегала беззаботная местная детвора.

У бедных кварталов было много цветочных лавок, тут же создающих благоухающую атмосферу своим товаром. Астры, гладиолусы, хризантемы – всё преимущественно красных, малиновых и розовых тонов с небольшими вкраплениями жёлтого. Простенькие и более изысканные композиции, букеты для юных дев и статных дам.

Шаровидные георгины с алым центром и белым обрамлением каждого лепестка своих пышных соцветий. Высокая мальва в нескольких оттенках. Ярко-розовые зазубренные бутоны эхинацеи, броско привлекающей к себе внимание среди более мягких тонов других растений. Но больше всего выделялись уникальные и произраставшие только здесь зелёные розы, чьи салатового оттенка бутоны не терялись из-за ярких желтеющих листьев, а стебли выглядели пятнистыми, так как буроватые шипы ещё были окружены в основании броским кольчатым узором вокруг.

Проезжающий здесь путник, представляя любое сословие, мог присмотреться к товару и подобрать что-то, начиная от сезонного украшения цветком собственного кармашка на куртке, заканчивая цветами для возлюбленной или кого-то из своих родных, к которым заявился погостить.

Холмистая местность позволяла городу иметь несколько уровней с мощёными площадями и широкими лестницами из мелких блоков, становящихся, будто по статусу, всё крупнее и крупнее в направлении к центральному дворцу. Туда-то и лежал путь лорда-некроманта, пока ещё со своей спутницей минующего лишь окраину столицы Страгенхолма.

– Эй, детвора! Лорд оленьих костей понавыбрасывал! Пируем! Сейчас такой суп сварю, за ушами трещать будет! – раздавался неподалёку женский голос одной полной дамы в переднике кухарки.

Двое патрульных, каждый с коротким клинком-гладиусом на левом бедре и боевым топором на правом, в серебристой кольчуге патрулировали перекрестную улицу, выйдя как раз перед лошадьми Киры и Бальтазара. Тот, что был постарше, с впечатляющими кудрявыми усами и выдающимися бакенбардами тут же вежливым поклоном приветствовал статных гостей. Гладко выбритый мужчина помоложе спешно тотчас сделал то же самое, повторяя за более опытным товарищем.

– Приветствую достопочтенных стражников столицы, – произнёс им строгим раскатистым баритоном лорд, удостоив высокомерным, но снисходительным взглядом своих аметистовых глаз. – А не подскажете ли, как нам удобнее до дворца добираться к вашему правителю?

– А не застать вам правителя сегодня в столице, господин, – с хрипотцой в шероховатом прокуренном голосе отвечал тот, что был с чёрными облаками густых усов, – лорд уехал в Вехт, на границу, где проблемы с орками Урда.

– Чего?! – от возмущения, аж вздрогнула всем телом Кира, сверкнув своим зелёным взором на едва не подпрыгнувших от её гнева стражников.