Чтение онлайн

"Бог создал людей по своему подобию" — Так говорится везде, но, сейчас, он приговаривает их на смерть, тем самым, обесценивая действия и поиски Архангела. Зачем снимать второй озоновый шар, если на Земле, по его же словам — столь важный объект их поисков? Та девочка. Велма Гарднер. Неоднократно, Михаил заметил то, что Бог противоречил себе, даже лукавил, если можно было это именно так назвать.

Чего он намеревается добиться? Михаил чувствовал себя пешкой всё больше, от этого его принципы о том, что он должен быть безукоризненным и не понимать людей — всё больше улетучивались. Почему ему казалось, что в этом, всё больше и больше, присутствует недосказанность и нет никакого смысла? Бог так не должен поступать.

От этих мыслей Михаил ненавидел себя ещё больше, зная что был создан чтобы служить Богу, а ни ставить под сомнения его слова или действия. Михаилу были чужды мысли и эмоции людей, но именно сейчас ему казалось, что он не на той стороне. Если его призвание, в первую очередь — защищать, неужели он должен сидеть и смотреть за этим проклятым таймером, дожидаясь пока Земле придёт конец? Не такие установки на своё существование, изначально, ему приписывал Бог, от этого огонь предательства к самому себе и к своей вере у Михаила разгорался. Он ненавидел себя и свои мысли, всё больше стараясь углубится в пазл, который Бог старался разложить. Кто есть кто, в его игре? И какова её цель? Какую роль здесь играл Михаил, и, что важнее — Велма, вместе с остальными Циркачами?

Временами, огромные слёзы готовы были показать себя, из-за непонимания и отрицания очевидного — Божественное существо стало терять веру.

Приказ оказаться у Бога вспыхнул в голове голосом противной змеи, которую Михаил мечтал скрутить в бараний рог. Одна из вещей, на Эдене, что стала вызывать у него злость, а ведь так не должно было быть. Страх закрался на несколько секунд, из-за возможного предлога, по которому Бог хотел видеть своего подопечного. Неужели, Бог стал подозревать о противоречии в сердце Михаила? В любом случае — Михаил ненавидел себя за противоречивые мысли против своего хозяина, поэтому был готов принять любые слова, которые скажет ему Бог.

Башня Эдена изменилась. Она стала менее оживленной, более серой, будто умела отражать эмоции. Работники огромной башни Эдена, что раньше казались огромным светлом механизмом — сейчас были будто бы сонные мухи в серый дождливый день. Что-то изменилось, и Михаил не мог этого не заметить. Коридоры стали заметно пустыми, Ангелы и люди улыбались меньше, чем всегда. В воздухе витало чем-то неспокойным, и никто не задавался вопросом — почему в башне, как и на самом Эдене, стало так мало людей?

Облачный пейзаж в приёмной Бога, так же, изменился, приобретая серые оттенки. Секретарша Бога не обратила на Михаила никакого внимания, и он отварил огромные ворота, что уходили в необъятное небо.

Бог встретил Михаила спиной, не двигаясь с места. Теперь, оказаться в этом месте было куда неохотнее, чем всегда. Всеми своими видами это место вызывало неприязнь и нежелание здесь находится, что было очень непонятно для Михаила, даже больше в диковину. Никогда он не чувствовал такого напряжения.

— Здравствуй, Сын мой. Поприветствовал Бог, на что Михаил ничего не ответил. На троне зашипела Даменда, что стала трубить: — Встань на колени пред Создателем, паршивый Архангел! Градус злости поднялся и Михаил сжал огромные кулаки, но Бог перебил их не начавшуюся перепалку: — Довольно! Приказал Бог.

Михаил перевёл взгляд на Бога и хотел было открыть рот, но Бог обернулся и начал первый, проговаривая слова чётко, используя всё ту же капсулу полноватой женщины: — В твоём сердце смятение, Михаэль. Архангел почувствовал холод внутри, будто ледяные руки сжали его сердце.

— Я не понимаю… Неуверенно ответил Михаил, на что Бог, лишь, улыбнулась.

— Я не осуждаю тебя за твои мысли, Михаэль. Придёт время и ты сам всё узнаешь. Бог, будто бы, предугадывал каждое слово и мысль Михаила, на что тот не знал что ответить.

— Каждый из нас, хотя бы раз, может усомниться в своей вере, Сын мой. Бог стал сокращать расстояние и Михаил, почему-то почувствовал тревогу. Змея сверлила взглядом Архангела, а сам Михаил не понимал что происходит у него внутри. Даменда, казалось, не иначе как улыбается, пока Бог сокращает расстояние.

— Земля — механизм, который я создал, но погубил его не я. Пытался оправдаться Бог, на что Михаил посмел задать вопрос: — Поэтому вы снимаете озоновый шар?

— Как ты смеешь?! Взревела Даменда, на что Бог указал ей рукой, приближаясь.

— Люди сами стали причиной всех бед, Михаэль. Они научились убивать себе подобных, осквернять священное, уничтожать мою прелестную Землю. Бог подходил ближе, и Михаил покрылся потом, под пристальным взглядом Даменды.

— Иногда, мне кажется что и среди нас есть те, кто больше не верят в меня. Рассуждал Бог, отчего в горле у Михаила зародился неистовый крик ужаса, что так и не вырвался на свет. Огромный парень смотрел на Бога, который приближался ближе.

— Порой, всем нам кажется что мы лишь чей-то замысел. Даже мне, Сын мой. Бог подошёл вплотную и полноватая рука темнокожей женщины опустилась на грудь Михаилу. Огонь стал обжигать грудь по контуру ладони Бога. Даменда стала извиваться сильней, ансамбль сменил песню на более напряжённую, что-то в стиле "Dancing with Monsters". Две девочик приняли высокие ноты грубыми голосами, а дирижёр вошёл в кураж, приказывая музыкантам выдавать будоражащую музыку. Михаил казалось что вокруг него происходил проклятый шабаш и в голову крались мысли о неминуемой смерти от своего создателя.

Бог чувствовал, как великан трясётся, поэтому убрал руку.

— Я не хочу, чтобы были недосказанности, Сын мой, ведь твоё время ещё не пришло. Ты мне нужен, Михаэль.

Архангел опешил от таких слов. Что это было? Угроза расправой? Или насильственное принуждение быть верным? Такого Михаил не видел ни разу. Глаза Бога были не больше чем два горящих куска льда, а чёртова змея не прекращала пялится. Тело Михаила сжалось, пока Бог, резко, не повернулся на облака. Среди них показалась струйка светлой молнии и Бог молвил: — У тебя мало времени, Михаэль. Она нужна мне. Иначе, я развею твои мысли и сомнения.

Михаил опешил. От неожиданных слов он отошёл назад, приоткрыв рот. Воздух, вмиг, стал пахнуть огнём и стал тяжёлым, как никогда. Михаилу казалось, что сам кислород сковал его и он не может двигаться. Неужели, Бог злился? В висках стало сжимать, воздух стало отнимать. Бог подошёл к трону, поглаживая змею. Архангела трясло, и, вмиг, всё прекратилось. Михаил обрушился на одно колено, жадно вдыхая воздух.

— Время идёт, Сын мой. Произнёс, напоследок, Бог и Михаил закрыл глаза. В мгновение — его не стало в покоях Бога, будто по взмаху волшебной палочки.

— Всё идет так, как вы планировали, Хозяин? Спросила Даменда, на что Бог, внимательно осмотрел свою руку, покрытую пятнами.

— Лучше и не придумаешь. Ответил Бог, слегка улыбаясь.

Михаил пришёл в себя на своём кресле, стараясь отдышаться и понять что произошло. В голове была ужасная путаница из слов, воспоминаний и мыслей, и лишь иконка экстренного вызова привела Архангела в чувство, так как он понимал, что значит этот сигнал.

Дрожащей рукой, Михаил потянулся к огромному экрану, замечая в его отражении себя и тёмно-багровые следы рук на шее.