Чтение онлайн

Венди прочувствовала каждую мурашку, что пробежала по её телу, но отказывать было нельзя, да и она сама не хотела этого. Рука потянулась к голове девушки. Почему-то, в голову стали пролазить последние часы жизни Евы. Кончики пальцев коснулись холодных век и руки затряслись. Это оказалось тяжелее, чем можно было себе представить. Одним движением, Венди закрыла глаза Еве, упокоивши её тело.

— Соболезную, Дезмонд… Помедлив, Сказала Венди, обращая внимания на Квентина. — И ему тоже. Добавила девушка, на что Дезмонд кивнул, и Венди заметила, как руки Деза стали сжимать холодеющее тело Евы, отчего кровь из раны, что уже почти свернулась, начала капать на асфальт. Костяшки на пальцах Дезмонда, что были покрытыми чернилами, изображая какие-то глифы, стали белеть от напора Деза.

— Сукин сын, найти бы его… Прошипел Дез, на что Венди ничего не ответила. Никто из них не знает, как всё было, на самом деле.

— Мы пришли куда надо, мисс Хоукинс? Спросил Король Годфри, заворачивая на знакомую улицу. Венди посмотрела на Деза ещё раз, похлопав его по плечу.

— Поговорим позже, хорошо? Пообещала девушка, сравниваясь с Королём.

— Вон тот дом. Указала Венди и они пошли по указанному направлению.

Когда Божественные врата отварились и в них показался Каин, сжимая окровавленной рукой нож. Бог встретил его, как всегда, спиной, пока Даменда осматривала райского убийцу, чьи ноги и руки тряслись, а глаза были красные и опухщие. Каин постоял в проходе, до тех пор, пока Даменда не кивнула ему, подавая сигнал, чтобы тот прошёл дальше.

Ледяные шаги Каина стучали по мрамору, пока тот поднимался на постамент, где находился трон Бога, за которым стоял его хозяин, вглядываясь в тревожное небо. Змея смотрела за происходящим, ожидая, с нетерпением, того, что же будет дальше.

Справа от Каина, внезапно, на, так называемом, "музыкальном" постаменте, появились дети, сжимая инструменты. Их появление вызвало испуг у Каина. Детские взгляды были прикованы к райскому убийце. Они осуждали. Давили своими мыслями трясущегося от страха Каина, по которому можно было предположить — парень даже сам, до конца, не осознавал, что сделал.

Бог смотрел на небо. Тревожность, переплетённая с ненавистью, страхом и горечью витали в воздухе. Дети и Даменда смотрели на Каина, который был не в силах разжать руку с ножом, но не потому что у него был шок, или он не хотел этого. С того самого момента, как он лишил жизни Еву и до момента теперешнего — у него было такое чувство будто он провалился во тьму, а его руками, ногами и мыслями руководил кто-то другой. Необычайно тёплая и невидимая рука сжимала его руку, в которой был нож, не давая выпустить его из рук. И только сейчас, Каин, по-настоящему, смог выдохнуть и посмотреть на себя, а точнее на свои руки, которые были окроплены кровью его матери. Холодный страх и тревога полезли наружу, вместе с горячими слезами, которые, только сейчас, стали ощутимо прокатываться по щекам. Каин стал оглядываться, будто не понимал, куда его завела дорога. Он испугался детей, что стояли в полумраке, испугался змеи, чьи зелёные глаза блеснули во тьме, он испугался стоящий вдали силуэт, который не поворачивался. По щекам Бога, так же текли слёзы, так же тряслись руки, как и у Каина.

Дети стали приводить скрипки в действие и потекла холодная мелодия. Что-то из John Towner Williams. Каин ужаснулся, и дети подключили свои кристально-чистые голоса, подхватывая всё больше инструментов. Бог смотрел на облака, пока Каин старался понять, что же происходит.

Внезапно, в голове у парня стало всё сдавливать. Руки затряслись и он, вновь, потерял контроль, будто кто-то стал позади, обхватывая руки парня. По глазам потекли слёзы, но на сей раз это были слёзы страха и скорби. В голове понеслись ужасающие слайды, обрывки происшествия, при котором Каин, вновь, лишил жизни. Как и в первый раз, Каин чувствовал знакомое, невидимое, прикосновение. В голову ударило понимание. Он убил свою мать. Сразу, захотелось бежать, да только ноги пригвоздило к земле неведомой силой. Каин стал всё понимать, от этого тревога в его сердце забила ключом.

— Прошу вас… Молил Каин, пока его рука, с ножом в ней, стала трястись больше обычного. Даменда посмотрела на правую руку Каина, что, с большим усилием, и будто противостоянием, стала подниматься. Змея перевела взгляд на Бога, чья правая рука была сжата в кулак и тряслась. Каин стал поднимать руку выше, сгибая её в локте.

— Я умоляю о прощении… Просил Каин, чьи всхлипы перебивал детский хор. Бог делал то, что должен был, дёргая за определенные нити. Холодное лезвие прижалось к горлу, на что Каин стал молить больше. Они дернули рукой одновременно, но Бог менее заметнее, и тогда Каин потерял возможность дышать. Ручей крови потёк по телу, заляпывая фрески на мраморе. Каин упал на колени, стараясь что-то произнести, но, вместо этого, получалось несуразное бульканье. Нож стал вдавливаться лезвием в горло сильнее, под трясущуюся руку Бога и его плач. Каин вонзал лезвие всё глубже, захлёбываясь всё больше, на глазах у детей, что будто бы не замечая Каина, продолжали играть. Каин повалился на бок, выполнив своё предназначение.

Бог закрыл глаза, стараясь перевести дух. Даменда посмотрела на своего хозяина и услышала от него долгожданное: — Dsin, Cetjhanna.

Даменда сползла на холодный мрамор, направляясь к Каину, что боролся с жизнью, подёргиваясь в луже собственной крови. Последнее, что увидел сын первой женщины на Земле — глаза хищной змеи, которая приготовилась к атаке. Как только Каин, что потерял все силы, закрыл глаза, Даменда принялась ужинать.

2.

Как только в дом, арендуемый Венди, вошли, свет, моментально, зажёгся и Венди прошла в дом первой. Король Годфри и Михали следом. Дальше были Квентин и Велма, и Дез, замыкающий. Войдя в дом, Медиум посмотрел на кресло, в котором видел Еву живой, в последний раз. На столике стояла бутылка виски которой смаковала Ева. Горечь ударила по глазам.

— Дезмонд, нужно чтобы ты… Начала было Венди, но инициативу в свои руки перехватил Годфри, который произнёс быстрее: — Уверен, что для тела вашей подруги найдётся отдалённая комната. Затем, Король повернулся к Велма, что не отпускала руку опустошённого Квентина.

— Мне нужно, чтобы ты привела его в порядок, Велма, впереди вас ждёт то, что может потрясти больше, чем смерть вашей подруги.

Квентина перемкнуло и он выпрямил спину, будто робот, что активизировался. Глаза открылись и в голове повторились слова сказанные Годфридом и руки сжались в кулаки. Размахнувшись, Квентин всадил Королю Дельты в челюсть, отчего последний покачнулся. Все, кроме Михаила и Дезмонда, попросту — замерли.

— Какого хрена ты творишь, Приятель? Воскликнул Дез, а Михаил, тем временем, стал между Квентином и Годфридом, что старался отойти от неплохого хука.

— Хороший удар, Квентин. Заметил Годфри, поправляя свою челюсть. Медиум качнулся в сторону Короля ещё раз, но его, за плечи, схватил Михаил, посмотрев ему в глаза.

— Что это изменит, МакГратт? Все окружили их. На глазах Квентина стали выступать слёзы.

— Ни один ты скорбишь, Квентин, но ты нужен нам! Михаил повышал голос, отпуская Медиума. — Ты даже и понятия не имеешь что тут творится и во что вы вляпались, и ты нужен нам, как и все, кто находится здесь, так что, если хочешь отомстить за неё — держи себя в руках! Все молчали. Молчал и Квентин, кулаки которого играли в костяшках, переминаясь.

— Ударь меня, если тебе станет легче, между нами были неприязни, но, на данный момент — мы все в одной лодке, МакГратт!

Вмешался Король Годфри, что разнял Архангела и Медиума.

— Ничего страшного, парня тоже можно понять. Произнёс Король, вновь, обращаясь к Велме.

— Приведи его в порядок. Велма кивнула, потянув Квентина за собой в ванную комнату, читая ему нотации в стиле: — Нельзя бить Короля Дельты, Квентин…

Дождавшись, пока двое скроются за дверью из мутного стекла, что, сразу же, перелилось в тёмно-синий оттенок, Годфри кивнул Дезу, и тот устремился к одной из комнат.

— Может, выпить? Растерянно предложила Венди, на что Король и Михаил переглянулись.

— На сей раз, несите бутылку, Мисс Хоукинс. Вежливо попросил Король.

Дезмонд вошёл в комнату, что переливалась темно-фиолетовым цветом.

— Мне очень жаль, Дезмонд. Послышался голос Глэдис, на что Дез кинул, аккуратно проходя к кровати с белыми простынями.

— Я знаю, что Квентина сейчас лучше не трогать, но ты тоже был близок с ней. Продолжила Глэдис. Дезмонд, аккуратно, положил холодное тело Евы в кровать, глядя на неё, ещё пару секунд.