Чтение онлайн

– Как она меня достала! Нет, ты не представляешь, как она меня зае…ла. Видеть ее не могу. Все – развод!!! – зло гремел на всю кухню Валерка.

Мы безвылазно сидели у меня дома, наверное, уже вторые сутки и разговаривали, в основном о том, какие бабы дуры, как они, сволочи, нас не понимают.

– Она, сука, представляешь, мне говорит: «Пошел вон»! Это мне, мне-е-е!

Он поднял указательный палец у меня перед носом.

На столике в моей тесной кухоньке стояли пивные бутылки, кучками валялась чешуя воблы, припасенной еще с лета… Была там и пара бутылок водки. Духан стоял от сухой рыбы и пивных паров на всю квартиру.

– Вот ты… – Петр сдвинул широкие мощные плечи, а был он метр девяносто ростом, весом под сто килограммов и едва умещался на моей старенькой табуретке. – Вот ты же разошелся со своей мегерой, ведь она же тебя так достала, значит, до печенок! – взял он меня за горло широкой лапой.

– Правильно, – говорю я. – Мужик… – и убрал со своего горла его руку. Надо сказать, что приняли мы изрядно и соображали с трудом. Мы глотнули еще пива.

– Дети… – проговорил Валерка, смочив горло. – Дети, главное, это видят и слышат, как она мне, мне-е-е, такое говорит. – И он грохнул ладонью по столу. Бутылки от удара звонко подпрыгнули.

– Мужик! Ты прав! Валера, ты должен решить это раз и навсегда!

Что решить, я, честно говоря, сам не понимал уже. Но считал своим долгом поддержать и хоть как-то успокоить друга.

– Хочешь, прямо щас оставайся у меня и живи сколько хочешь? Вот прям щас…

– Не-е-ет, нет, – мотнул он головой. – Нет! Я так уйду, я так хлопну дверью, бл…ть, сука, она меня еще вспомнит… Вспо-о-омнит!

Тут в проеме кухонной двери появился Славка.

– Дядя Петя, чего у вас дверь нараспашку? – недоуменно спросил мальчик. – Пап, мамка сказала, чтобы ты домой шел, нечего по друзьям шляться.

Мы с Валеркой сначала уставились на него.

– Воблу будешь? – спросил я.

– Буду, – ответил Славка.

– Проходи, садись.

Валерка молча, грозный, как туча, одним движением руки сдвинул пустые бутылки на другой край стола и освободил место Славке. Славка сел на табуретку, и я дал ему своего, наполовину лущенного леща. Он взял его левой ручкой и стал, обсасывая, грызть вкусную сухую рыбину.

Я продолжал:

– Вот, вот ты тряпка, она же об тебя ноги вытирает! Ну мужик ты, в конце концов, или не мужик? Поставь свою бабу на место!

– Пап, а как это – поставить бабу на место? – спросил любопытный Славик. – Пап, а наша мама – баба? Где ее место?

Тут Валерка посмотрел на сына мутным взглядом. Повисла пауза. Валерка что-то про себя соображал.

– Наша мама не баба, просто устает сильно… А дядя Петя – дурак, не слушай его… Пойдем домой…

Они встали, каждый молча пожал мне руку, сначала Валерка, потом Славик, и вдвоем пошли домой.

Пионерлагерь «Рассвет» расположился в бывшей барской усадьбе. К нему от шоссе вела длинная еловая аллея вдоль дороги, уложенной бетонными плитами. Сама аллея была тут еще с дореволюционных времен.

Лето 1981 года выдалось умеренно дождливым, иногда на контрасте случались и очень солнечные, ясные дни. Бывший барский дом использовался под корпус первого и второго отрядов. Другие постройки в усадьбе, которые неплохо сохранились, также использовались под корпуса. Из относительно новых были хозблок, столовая, медпункт с изолятором да административный корпус, где находился кабинет начальника лагеря. На территории была даже танцплощадка и свое собственное футбольное поле. Усадьба стояла на опушке хвойного леса где-то под Загорском, недалеко, по дороге, рядом с деревней то ли Быково, то ли Барково.

Шла вторая смена, середина лета. Каждый день линейки, зарядка. Дежурства по столовой. После обеда тихий час. Днем младшие девочки занимались в кружке кройки и шитья, мягкой игрушки. Мальчики выпиливали лобзиками, или выжигали, или красили фанерку йодом, а потом вырезали разные картинки специальными резцами. Например, Волка из мультфильма «Ну, погоди!» или бригантину на всех парусах. Вечером футбол между отрядами. В лагере было два мопеда и один мотоцикл «Иж-Планета спорт». Но в мотосекцию принимали только мальчиков из первого отряда, и то не всех. На мотоцикле ездил сам руководитель секции, от греха.

Дети в лагере жили по распорядку и почти самостоятельно. Каждый день были завтрак, обед, полдник и ужин. После завтрака обязательно уборка территории. Дежурство по столовой. Советы отряда или дружины. Выпуск стенгазеты, подготовка к игре «Зарница» и КВН. Отряды периодически совершали вылазки в соседний лес за ягодами, вечером – футбол или веселые старты. После ужина – танцы под магнитофон, которым заведовал радист Лёня. Из его усилителей можно было услышать «Смоки», «Чингис-хан», «Бони-Эм», «Эрапшн», Сьюзи Кватро, «Квин», «УФО» и другие популярные группы. В основном медляки. Из советских звучали «Машина времени» и «Воскресение», Юрий Антонов и группа «Аракс». В корпусе первого и второго отрядов имелась дешевая шестиструнная гитара, которую мучили пионеры, мальчики первого и особенно второго отряда, пытаясь подобрать мелодию песни «Дом восходящего солнца» или «Шизгару».

Каждый отряд на Совете выбирал себе название. Первый отряд выбрал название «Бригантина». В прошлом году прошла Олимпиада-80, и лагерь был повсюду украшен символикой Олимпийских игр. В этом году проходил Чемпионат СССР по футболу. И каждый вечер, когда шла трансляция игр по телевизору, в холле первого корпуса собирались все любители футбола вместе с вожатыми, чтобы посмотреть очередной матч. Все дети болели за московский «Спартак»:

– Свет зажегся на табло – гол забил Сергей Шавло! Сережа Шавло! Та-та, та-та, та, та! – очень громко скандировали девочки, хлопая в ладоши.

Надо ли говорить, что вечерний футбол был очень важным событием. Обычно жаркие баталии разгорались между первым и вторым отрядами, первым отрядом и сборной командой персонала и воспитателей. На это первенство собирались посмотреть даже младшие и, конечно же, девочки. Не все из игроков точно знали правила футбола, но каждый обязательно хотел забить гол. Приходили на футбол местные ребята из соседней деревни, и тут же созрела идея провести товарищеский матч между местными и сборной командой первого отряда, воспитателей и персонала лагеря. Все игроки команд, особенно мальчики первого отряда, ругались на поле между собой, если кто-то не давал пас, который просил открытый игрок, или долго «водился» и, наконец, терял мяч. Или если кто-то хотел забить гол сам, бил и не забивал. Самые разгоряченные головы орали друг на друга на грани мата. Но все это полусквернословие на поле им прощалось, потому что как еще выразить свои «взрослые» эмоции, когда так стараешься на виду у всех: девушек-пионервожатых, девчонок и даже всего второго отряда. Если игра оканчивалась вничью, следовала серия одиннадцатиметровых пенальти. Потом все вместе шли по корпусам, готовиться к ужину, с красными рожами, грязные, мокрые от пота, часто играли по пояс голые, чтобы не испачкать или не порвать любимую футболку или рубашку. Жадно пили воду из фонтанчика, мылись холодной водой из-под крана на улице, смывая грязь, пот и прилипшую траву. Ребята падали на кровать в палате и лежали, глядя вверх, в высокий барский потолок с лепниной по краям и в центре, где висела лампочка. Через пятнадцать минут построение на ужин. Ужин в семь часов. После ужина танцы с восьми и до половины десятого – и отбой.

Трое друзей, Цветков Серега, Сашка Ширков и Краснов Игорек, жили в одной палате первого корпуса. На гитаре лучше всех играл Цветков Серега, у него получался и «Дом восходящего солнца», и «Поворот», и «Шизгара». Игорек попробовал пару раз и решил, что гитара – это не его. Сашка же «в детстве» учился музыке и даже ходил в музыкальную школу. Но ему не хватало силы в пальцах и было больно зажимать струны на грифе. Сашка завидовал Сереге белой завистью.

Мальчики все время проводили вместе. Это был не первый год, когда они встречались в пионерском лагере «Рассвет». Они вместе разучивали песни на гитаре, вместе играли в футбол, вместе катались на мопедах, вместе учились крутить нунчаки, вместе ходили на танцы.