Чтение онлайн

Таким образом, в сети творилось что–то совсем уж невероятное. Видимо это, в том числе, и отпугнуло кандидатов в экспедицию. Либо они изначально никуда и не собирались, вначале поддавшись на эмоциях общему порыву, а потом, одумавшись, и подержав еще немного в себе веру в это, сознательно или не совсем, нашли массу причин не реализовывать данный порыв в реальной жизни. Но кусок славы они себе урвали, несколько недель являясь полноценными участниками похода в неизведанное. То, что они подвели при этом целую прорву народа, поверивших в них, и то, что впустую была потрачена огромная сумма на подготовку к их участию в данном мероприятии, их не волновало. Объяснить свою трусость всегда можно, и то, что они якобы не просили никого тратить эти деньги и время, для них являлось железобетонным обоснованием и оправданием. Ну, такое поведение определенной части человечества известно еще и с древних времен, считавшиеся древними еще тогда, во времена катастрофы.

Итак, пятеро. Непосредственно Игорь с Атикой, плюс один из ее друзей-студентов – Резван, который вошел в состав экспедиции из той еще, первоначальной группы, которая всё это и закрутила. Полицейский Алекс, рослый, голубоглазый блондин, весь запакованный в броню и увешанный оружием, которого семья Правителя Москвы Вадима Денисова посчитала нужным прикрепить к отряду в целях обеспечения безопасности, а также представитель Академии Наук Москвы, профессор истории Штайя, молодая, неполных сорока лет и обладающая спортивным телосложением брюнетка. Экспедиция «К истокам», а было принято решение назвать ее именно так, после долгого обсуждения в сети, и онлайн голосования по пяти основным, прошедшим первый круг, вариантам, находилась под патронажем самого Правителя, и он даже готов был финансировать ее из собственных средств, но этого не понадобилось. Жители всех городов Земли присылали деньги в таком количестве, что даже пришлось перекрыть поступления, и частично возвращать излишки. Такого ажиотажа во всем мире не было еще ни разу. Отправляли смельчаков, без ложного преувеличения, всем миром. Хотели организовать онлайн-трансляцию экспедиции, но тут вмешались сразу несколько общественных организаций, беспокоящихся о возможных массовых психологических травмах жителей городов, так как очевидно же, что предприятие обещало быть очень опасным. Мало ли какие мутанты там сейчас обитают, так и сна можно лишиться, только лишь увидев их «мерзкие рожи». Поэтому остановились на текстовых трансляциях обязательных для каждого члена группы, и даже установили ежедневный минимум в одну тысячу знаков, с пробелами естественно. И ставки делались, чей аккаунт будет самым популярным, и наберет максимальное количество лайков, как за одно сообщение, так и в целом за всю ленту историй. Пока лидировал, к своему удивлению, сам Игорь, на втором месте, опять же к его огромному изумлению, шел полицейский Алекс. Когда он узнал об этом, то ещё подумал о том, что надо бы посмотреть, что там такого пишет этот солдафон, но не успел, закрутившись в подготовке к Экспедиции.

Атика, поймала взгляд Игоря, когда тот отвернулся ненадолго от иллюминатора, и подмигнула ему. Они так и не стали любовниками, но вот друзьями их уже можно было назвать смело. Игорь подмигнул ей в ответ и окинул взглядом салон флаера. Вся группа была облачена в скафандры кораллового цвета, высочайшего уровня радиационной и химической защиты с самого вылета из города, чтобы не рисковать лишний раз здоровьем её участников, и на данный момент все участники экспедиции были подключены к системам жизнеобеспечения флаера. Цвет скафандров подбирали опять же всем миром, после того как сначала приняли решение, переругавшись «всем интернетом», что он должен быть ярким и не природного цвета, и это позволит спасательной команде, если таковая понадобится, быстрее их обнаружить. Автономность скафандров была рассчитана на семьдесят восемь часов, но решили не тратить по возможности его ресурсы, пока есть такая возможность, поэтому и подключены сейчас к «батарейкам» флаера. Предусмотрели и сменные батареи-контейнеры, со всем необходимым, что позволяло подключить их вручную, не снимая скафандров, и продержаться еще пятьдесят четыре часа. И таких сменных блоков было несколько, но продолжительность их действия с каждым разом снижалась, и максимум, который они могли провести в этих скафандрах в ядовитой среде без последствий, составляла две недели. В общем, группа была готова ко всему.

Флаер сбросил скорость и начал делать разворот над предполагаемым местом нахождения древнего города, визуальным ориентиром для пилота и участников экспедиции стало место слияния двух рек. Большой и полноводной Волги, судя по названию на том самом скриншоте, и небольшой речушки, официальное наименование которой так и не сохранилось, ввиду крупного масштаба на карте. Интернет-сообщество склонялось к тому, что она и называлась Самарой, по аналогии с речкой, давшей по легенде имя городу Москве. Правда споры до сих пор не утихали, в основном из-за разумного аргумента, к которому в душе присоединялся и Игорь, что тогда логичнее было бы городу называться Волга. А вот же, Самара. Этимологию этого названия так и не смогли понять, а исторических документов о городе с таким названием не сохранилось совсем, только несколько скриншотов, так повлиявших в тот, уже памятный день, на Игоря. Может был другой город с названием в честь реки, а этот могли назвать в честь чего–либо другого? Не поймешь сейчас.

Вот и оно, то самое вожделенное место слияния рек уже видно в иллюминатор, а также громадный, лишенный крупной растительности холм, пригодный для совсем уж комфортной посадки, стоявший здесь словно на заказ. Раздался предупреждающий сигнал, и флаер начал снижаться, стремясь приземлиться поближе к центру так удачно подвернувшейся возвышенности.

Игорь заново окинул всю свою команду взглядом, подбадривая их таким образом. Но этого и не нужно было, просто ему так захотелось, потому что здесь находились только те, кто искренне хотел участвовать в Экспедиции. Люди, все пятеро, были возбуждены, и рвались начать исследования и даже раскопки, чтобы поскорее прикоснуться к древней истории. Чувство, словно делаешь шаг в неизведанное, охватило их, и они все в едином порыве, не сговариваясь, взялись за руки. Они уже победители, несмотря ни на что.

Из официальных сообщений новостных порталов города-республики Москва, а также всех остальных городов–государств: «С прискорбием сообщаем, что отправленный в спасательный рейд отряд, обнаружил на месте предполагаемого приземления экспедиции Игоря Вазмана только остатки обгоревшего флаера. На основании фото и видео съемок эксперты-криминалисты, а также привлеченные Академией наук ученые подтверждают, что взрыв флаера произошел через несколько минут после приземления. Причины взрыва установить не удалось. Из соображений безопасности длительное нахождение отряда спасателей на месте гибели экспедиции, принято считать нецелесообразным. Выражаем глубокое соболезнование близким участников экспедиции, и скорбим вместе с вами. Завтра, 25 июля 2415, года объявляется траур во всех человеческих городах по всей планете. Вечная память героям! Давайте запомним их имена – Игорь, Атика, Алекс, Резван и Штайя».

– Держи ее, ну вырвется же. Да за крылья держи, одной рукой, перед этим сведи их друг к другу. Вот, теперь бери топор и руби. Чего морщишься? Одними овощами сыт не будешь. А тут нам и на супчик, и на жареху с картошечкой хватит. Руби давай. Эх, одно слово, городской. Давай уж сюда, дядь Игорь, сам справлюсь – пятилетний пацан, отобрал у побелевшего Игоря трепыхающуюся птицу, приложил ее к чурбаку и ловко взмахнул топором.

Да, вот так просто. Для него просто, для мелкого человечка пяти лет от роду. А вот для ведущего маркетолога из крупнейшей производственной компании города супермегаполиса Москвы, руководителя научной экспедиции, самого популярного историка всех времен и городов, Игоря Вазмана, ох как не просто.

Уже два месяца они живут среди так называемых дикарей, но так и не могут привыкнуть к тому, что мясо, которое они едят, перед этим бегает по двору, путаясь под ногами. И чтобы сытно поесть, нужно поймать его, и зарубить, затем ощипать и освежевать, и только потом приготовить. А не заказать в службе доставки нужной величины кусок, уже обработанный, упакованный и заряженный к приготовлению. А овощи, чтобы их съесть, необходимо сначала посадить, пропалывать и поливать, и только потом, дождавшись того, как они созреют, употребить в пищу. Сходить на огород, выкопать или выдернуть, сорвать с куста, помыть и почистить. Сколько трудов, чтобы просто поесть. И тут нет вакуумных упаковок, и электричества почти нет, и значит нужно копать погреб, и перерабатывать полученный урожай, слово то какое красивое – УРОЖАЙ, раньше он его и не слышал совсем, чтобы этот самый урожай, сохранился до весны. Нет, электричество в целом есть, но не в таких объемах как в городе, и используется совсем для других нужд. Нецелесообразно его использование для хранения всего лишь продуктов, если можно просто погреб выкопать. Так видимо деревенские решили.

И для того, чтобы не умереть зимой с голода, не замерзнуть в холодных домах, приходилось всё лето много работать. И не лежа в нейрованне, а буквально, руками. Копать землю, рубить дрова, косить сено, чтобы животным, от которых ты зависишь, было что есть, а также ловить рыбу и выращивать скот. Столько всего нужно сделать за лето. Старики деревни говорили, что раньше лето было короче, всего три месяца, да и весь теплый период в этих местах длился всего-то четыре-пять месяцев, то есть менее половины года, а остальное время – дожди и снег с морозом. А сейчас лето длится семь месяцев, снег лежит всего-ничего, только два месяца в году, потому что «глобальное потепление», это с их слов, наступило, а его еще в двадцать первом веке предсказывали. Ну вот как они помнят? Там в городе, вершине цивилизации по мнению самих же городских, которое, впрочем, местные и не разделяют, не помнят, что было четыреста лет назад, а здесь, обычные старики на завалинке, помнят всё. Вплоть до Евпатия Коловрата. Вот как? Для Игоря это было до сих пор непостижимо. И да, он теперь знает, кто такой Евпатий Коловрат. Он же историк, с большой буквы И. Каковым он считал себя еще совсем недавно. Ага. Как же!

И еще, что сильно его удивляет до сих пор. Быт. Такой нецивилизованный, простой и обыденный, без нейросетей, да что говорить, тут даже наладонников не было, а с ними интернета и куб-капсул. А вместо фитнеса люди просто трудились. Много трудились. И что характерно, ожирением никто не страдал, да и анорексией, впрочем, тоже. И жили люди, примерно столько же, как и в городах, благо никакой радиацией или химической отравой здесь и не пахло. И части тела не клонировали, а как-то вот жили. Да, чуть поменьше тут средняя продолжительность жизни была, но все равно сопоставима с городской. А мутантов не было и нет. Совсем. Так местные говорят. Обычные звери вокруг, и обычные растения. Что-то там было поначалу, но оказалось не жизнеспособным. И, если быть совсем уж честным, то вся история планеты Земля, на самом деле история мутаций. Естественных мутаций. Здесь ему это как–то доходчиво объяснили. Нет, в городских школах тоже учат всему этому, но понял и прочувствовал теорию эволюции он именно здесь. Особенно в части разнообразия животного и растительного мира. Он даже представить себе не мог, сколько вокруг существует живых созданий, а уж про растительный мир и говорить нечего. Количество видов живых существ, которые встречались только в округе данной деревни, его просто ошеломляло, какие уж тут мутанты? А что творилось на остальных пространствах Пустошей, в других климатических зонах, он даже боялся представить!

Что же до информации в городах о Пустошах, то у местных была своя теория. Во время войн и пандемий, некоторая часть человечества сильно испугалась, насмотревшись на творящейся вокруг ужас. Те, кто и тогда жил в городах, сразу после катастрофы, просто набравшись паники в интернете, наблюдая репортажи журналистов и слушая всевозможных политиков, ушли в города уже окончательно, забаррикадировавшись в них от всего того, что их так пугало. Но не все. Те, кто и проживал в селах были слишком заняты, чтобы обращать на внешние страхи внимание. Они просто работали на земле. Да, их тоже коснулся весь тот кошмар, но они отреагировали на него по привычке, просто перейдя на более безопасные территории, но сохранив при этом свой сельский образ жизни. Старики говорят, что таких вот деревень, прячущихся от городских, от которых и приходили все беды, много на русской земле. А что земля именно русская, ему эти же старики и рассказали, объяснив, что именно так называлась раньше великая страна, существовавшая на этой территории до последних войн. А с городами? А что с городами? Не хотят они им даже теперь после того, как те перестали нападать на поселения, показываться, считая их, жителей этих городов, неполноценными, в умственном смысле естественно. Ну это ж надо, говорили они, по своей воле уйти от этой вот всей красоты, от природы-матушки, и заточить себя в бетонных коробах. Добровольно! Ни один из людей, имеющий голову на плечах, на такое осознанно не пойдет. Больные только. Еще, не дай Бог, заразишься чем от таких. Не зря ж злые такие, вон сколько людей пожгли почем зря сразу после того, как самоизолировались.