Чтение онлайн

– Защиту я и сама могу поставить, – хмыкнула Вэнди.

– Можешь, но только внешнюю, а встроенную – только со снятием с гарантии, – возразил Лайсо. – Внешнюю не так удобно, согласись. Придется ее отдельно подновлять, а это и забыть можно. А внутренняя на тот же кристалл завязана будет, что и ядро. Выдохнется защита – так только одновременно с тем, для чего она нужна. Удобно! Ну, хочешь, еще пять грифонов скину?

– Хочу десять, – сказала Вэнди, подумав.

– По рукам, – сказал Лайсо. – Завтра получишь свою самочитайку в лучшем виде и с доставкой на дом. Евген лично доставит. Правда, Евген?

Вэнди снова раскрыла чековую книжку, а Евген закивал головой, думая о том, что у него очень неспокойная профессия, очень нервная и неблагодарная. Впрочем, все обернулось очень даже неплохо, так что день сегодня выдался все же удачный – продажа состоялась, а с волнениями на сегодня покончено.

Евген ошибался. Перед самым закрытием в лавку вошли три стража. Ничего в этом дурного, в общем-то не было, стражи тоже интересуются бытовой магией и алхимией. Впрочем, эта троица была явно не патрульным звеном, завернувшим полюбоваться на последние новинки алхимических бытовых устройств. Один из стражей был магом, если судить по короткому жезлу-накопителю, что висел у него на поясе, второй запоминался разве что рыжей шевелюрой да внимательным взглядом желтых глаз. А вот их коллега, молодая девушка с бледной кожей и светлыми волосами до плеч, хоть и была не в мундире, а в светлом жарандийском платье и в плаще с капюшоном, произвела на Евгена очень сильное впечатление. Ничего такого она для этого не сделала, просто улыбнулась и попросила позвать господина Корнея Лайсо, но Евген был от природы человеком наблюдательным, да к тому же еще и впечатлительным, и эта улыбка заставила его сердце уйти в пятки. Евген арбалетным болтом бросился выполнять ее просьбу, уже зная, что встреча эта его шефу ничего хорошего не принесет. И был прав: троица покинула лавку, забрав с собой Лайсо и объявив ему, что он задержан для допроса. Во всяком случае, пока задержан, добавил рыжий страж. Ему было весело. А вот Евгену было не до смеха, да и его хозяину тоже.

Мастер Карел Роад, адвокат, переступил порог отдела по расследованию сверхъестественных преступлений в четверть седьмого. Время было неурочное, обычно сержант Уиллис и его подчиненные заканчивали работу около пяти часов. Но сегодня все они были на своих рабочих местах и даже Вэнди позвякивала какими-то склянками у себя за ширмой.

– О, а вот и вы, – поднялся навстречу адвокату сержант Уиллис. – Замечательно. Значит, мы наконец-то можем заняться делом.

– Добрый день, господа. Прежде всего, я хочу знать, в чем обвиняют моего подзащитного, – поинтересовался мастер Роад, присаживаясь на предложенный ему стул и ободряюще кивая своему подзащитному – Корнею Лайсо. Алхимик сидел напротив капрала де Трие, заполняющей какие-то формуляры, и при появлении адвоката перестал без устали протирать свои очки несвежим носовым платком, водрузив их себе на нос. Старший констебль Рок располагался за соседним столом, готовясь вести протокол допроса, а капрал Зорр лежал на диване, очень довольный, что протокол вести будет не он. При появлении адвоката он как-то неопределенно тявкнул и принял человеческий облик.

– Обвинений мы пока господину Лайсо никаких не предъявили, – ответил сержант Уиллис, возвращаясь за свой стол. – Он не арестован, а просто задержан для допроса в качестве свидетеля по делу о похищении артефакта первого класса.

– Не знаю я ни о каком похищении, – сказал Лайсо. – Тут какая-то ошибка.

– Я, кажется, ослышался? Разве среди законов Ицкарона появился такой, который позволяет задерживать человека для того, чтобы он дал показания? Вы серьезно превышаете пределы своих полномочий, господин сержант.

– Ничего я пока что не превышаю; среди многочисленных законов Ицкарона, если вы помните, есть и такой, который позволяет задержать человека без предъявления обвинений на двадцать четыре часа, с целью проведения разбирательства о его причастности к совершенному преступлению, если есть к тому существенные подозрения, – ответил сержант. – Так что мы в своем праве.

– Этот закон применяется лишь в том случае, когда задерживается человек с поличным, а обвинение необходимо точно сформулировать, – нахмурился адвокат. – Он вовсе не позволяет Страже хватать всех подряд и лишать свободы на сутки. Вам это известно не хуже моего, сержант. Думаю, суд сделает предписание вашему начальству, чтобы вас наказали.

– Давайте не будем торопиться с выводами, а лучше поторопимся с допросом, – ответил сержант. – Время к вечеру, а разговор у нас предстоит, смею заметить, интересный. Когда он будет закончен, тогда и поговорим о том, что скажет суд по поводу этого задержания. Быть может, мы будем вынуждены выдвинуть обвинения против вашего подзащитного, кто знает?

– Ну что же, извольте, – согласился адвокат.

Сержант кивнул капралу де Трие и та, кашлянув, вытащила из папки два листа бумаги.

– Начнем с того, – сказала она, – что я задам вашему подзащитному один вопрос: на какие деньги вы открыли свое дело, господин Лайсо?

Лайсо спросил взглядом совета у своего адвоката. Тот, чуть пожав плечами, кивнул.

– Я не понимаю, отчего вас это интересует, – сказал Лайсо. – Но я отвечу. Я взял кредит в гномском банке.

– А первый взнос? Откуда вы взяли деньги на него?

– Попросту накопил. Откладывал понемногу с детства, с каждой зарплаты, с каждой подработки. Монетка к монетке, и вот...

– Понятно, – кивнула вампирка и продемонстрировала Роаду и Лайсо бумаги, которые она ранее достала из папки. – В таком случае я прошу вас ознакомиться с двумя этими документами. Как вы имеете возможность убедиться, первый из них представляет выписку из лабораторного журнала Главной алхимической лаборатории и содержит запись об инциденте, произошедшем десятого июля прошлого года. Как видите, тут говорится, что в результате попадания в амниотическую жидкость дезинфицирующего раствора был уничтожен эмбрион, принадлежащий Алису и Филонии Товуэллам, которые ранее обратились в Лабораторию для получения помощи в зачатии ребенка. Второй документ, как видите, является выпиской из личного дела младшего лаборанта Главной алхимической лаборатории Корнея Лайсо, и в нем говорится о его увольнении одиннадцатого июля того же года в связи с, цитирую, «проявленной халатностью и служебным несоответствием», конец цитаты. Если вы внимательно посмотрите на выписку из журнала, то увидите, что господин Лайсо как раз дежурил перед инцидентом, о котором я уже сказала.

Адвокат взял у капрала де Трие оба листа и, бегло просмотрев их, вернул.

– Ну и что же дальше? – спросил он.

– Дальше… Вэнди, будь добра, предъяви запись твоей беседы с господином Лайсо, – попросила капрал.

Из-за ширмы вышла Вэнди и поставила на стол сержанта нечто, напоминающее крупный пористый гриб зеленоватого оттенка. Лайсо с большой неприязнью посмотрел на синевласую алхимичку и отвернулся; Вэнди погладила гриб по шляпке, у него на ножке открылся рот, который произнес голосом Евгена-продавца:

– «Доброго дня. Чем могу вам помочь?»

Гриб старательно повторил разными голосами все, что было сказано несколько ранее в магазине господина Лайсо, после чего замолчал и был унесен алхимичкой обратно за ширму.

– Очень интересно, – сказал адвокат. – Но я пока не понимаю, на что вы намекаете, господа стражи.

– А вот ваш подзащитный, кажется, понимает, – заметила капрал де Трие.

Действительно, Лайсо вид имел достаточно бледный.

– Мы, как вы изволили выразиться, намекаем на то, что именно господин Лайсо год назад уничтожил эмбрион Товуэллов, причем сделал это не по халатности, а будучи подкуплен одним эльфом, заплатившим ему за эту услугу, – сказал сержант Уиллис.

Мастер Карел Роад позволил себе улыбнуться.

– Ну, начнем с того, что представленные вами документы и запись разговора не позволяют сделать подобный вывод наверняка и однозначно, – сказал он. – Во-первых, из документов вовсе не следует, что мой подзащитный был уволен именно за инцидент с эмбрионом. Это могло быть простым совпадением. Что касается записи разговора, то вам сначала придется доказать, что на ней голос именно моего подзащитного. Но даже если вы это и докажете, в чем я пока не уверен (ведь мой подзащитный не собирается торопиться с признанием, что это его голос, верно?), и если то, что вы сейчас сказали, правда, то и что из того? Мало ли что можно сказать в простом приятельском разговоре?