Чтение онлайн

— Вот это кадры! Джаспер, ты их потом как-нибудь озвучишь, и премия Киноакадемии у нас в кармане. Видел бы ты себя со стороны! — обратился он к улыбающемуся Руудсу.

Еще через несколько минут Драммонд начал расставлять капканы на подходящей, по его мнению, наилучшим образом поляне. Делал он это быстро и сноровисто, обойдясь без посторонней помощи. Естественно, процесс расставления снимался на камеру. Остатку экипажа «Золотой Лани» осталось только гадать, что за странные устройства исчезают в траве и под кустами, и зачем нужен брюзга-звукооператор, если звук не записывается. Обратный путь и ночь прошли без приключений, а ранним утром вся процессия в том же порядке побрела к ловушкам. К удивлению космолетчиков, ловушки были полны. Большую часть пойманных составляли, конечно, псевдокуропатки, но были и другие. В отличие от однообразной фауны Дану, местная живность различалась очень сильно. Если их форма была, в принципе, похожей, то расцветки были просто фантастическими: все животные Нью-Белиза, от крошечных пернатых мышей, до громадных гиппогрифов, были покрыты яркими разноцветными перьями, но по своей физиологии стояли ближе к млекопитающим. Обратно все летели как на крыльях: Драммонду не терпелось рассмотреть добычу. В лагере выяснилось, что одно животное принадлежит к редкому виду, а два других вообще не известны науке. К неописуемой радости Джаспера, это были самец и самка. Немногочисленные местные биологи предусмотрительно направили Драммонда в неизученный регион, чтобы, таким образом, получить о нем хоть какое-то представление. Результат их маневра оказался просто великолепным.

После того, как ловушки были опять настроены, а пойманная живность размещена по клеткам, Драммонд объяснил космолетчикам и, в особенности, огорченному Руудсу, что ловля животных именно таким образом и производится. Ружья и сети используются очень редко, только когда устраивается большая облава с загонщиками. Животные меняются в зоопарках, приобретаются у местных жителей или аборигенов, поэтому теперь, когда стано понятно, что ловушки приносят ощутимый успех, в вылазках нужды нет. Чтобы приободрить Руудса, зоолог отправил его вместе с киношниками в лес. Хотя съемки Руудсу не нравились, перспектива остаться в лагере, чистить клетки и мыть посуду, его совершенно не вдохновляла.

Похоже, Руудс приносил экспедиции удачу: отойдя не далеко от лагеря, они натолкнулись на брачные игры птицелам. В целом, брачные игры животных довольно сильно различаются. Человек, например, использует для этой цели цветы, кондитерские изделия и совместные ужины, что не слишком характерно для млекопитающих. Нью-Белизские пернатые животные стояли в этом плане ближе к земным млекопитающим: драка была почти неотъемлемым атрибутом их игр. И, если широко известные гиппогрифы просто бодались широкими головами, стремясь вытолкнуть соперника с площадки, то птицеламы дрались всерьез. Щелкали короткие массивные клювы, облаком разлетались желтые перья, лягались ноги с большими копытами. И все это совершалось под хриплые выкрики, совершенно непохожие на их обычное мелодичное чириканье. А рядом с этим безобразием стояла чуть меньшая по размерам самка, бросавшая кокетливые взгляды то на одного бойца, то на другого. На камеру никто из них не обращал внимания, поэтому кадры оказались прекрасными. Теперь можно было понять, на что годен звукооператор: Крис повесил свои микрофоны чуть ли не на шеи соперников.

В таком же духе прошли еще несколько дней. Живность исправно набивалась в ловушки, вылазка киношников в лес приносили успех, потому что брачный период был в разгаре у большинства здешних животных. Слишком большое количество пойманных псевдокуропаток навело Викса на интересные мысли. Однажды он пометил краской всех псевдокуропаток, оказавшихся в ловушке, а затем отпущенных. И что же? На следующий день в ловушках было три вчерашних птицы. Судя по всему, они просто открыли для себя новый источник питания в виде приманки. Поделать с этим было ничего нельзя. Убивать небоязливых и безобидных существ ни у кого рука не поднялась. Против предложения практичного Али поколотить каждую пойманную псевдокуропатку, чтобы они обиделись, выступили Линда и Катрин. Оставалось просто терпеть это как неизбежное зло. Но не смотря на это, скоро все клетки были забиты пернатыми животными, а от их трелей непривычный человек мог запросто оглохнуть. Пора было возвращаться, тем более что было обнаружено три новых вида, требующих более тщательного изучения, а на «Золотую Лань» загрузили хорошую исследовательскую аппаратуру.

На борту корабля за это время не произошло ни каких изменений. Животные с Дану благоденствовали в своих клетках; султан со своим гаремом сидели тихо, как мышки. Не найдя понимания ни у властей Дану, ни у властей Нью-Белиза, он всецело вверил себя судьбе и преждевременно не расстраивался. Своей невозмутимостью он мог бы посрамить даже вурвдса. Конечно, новые постояльцы добавили хлопот тем, кто занимался животными, а пилоты и навигатор начали решать интереснейшую, по их мнению, головоломку: прокладывание курса от Нью-Белиза до Оурива.

Никому из экипажа «Золотой Лани» еще не приходилось бывать на Оуриве. Эта планета была в зоне влияния Шендара III, и все перевозки проходили исключительно через Шендар. Оурив был одним из немногих миров, населенных разумными аборигенами, который колонизировали люди. Если животные Нью-Белиза были похожи на птиц но стояли ближе к млекопитающим, то покрытая своеобразным мехом фауна Оурива должна была быть отнесенной к птицам. Об этом свидетельствовали форма костей, близкое родство летающих и нелетающих форм, откладывание яиц. Так, руки аборигенов представляли собой измененные крылья. Особый интерес зоологов вызывал тот факт, что часть животных была двуногими и четырехкрылыми, часть — четвероногими и двукрылыми, а некоторые даже шестиногими: у тамошних существ было по шесть конечностей. Аборигены рассказывали даже о шестикрылых существах, но пока добыть таких не удавалось.

Работы для зверолова здесь было немного. Если в зоопарках найти что-нибудь интересное для Драммонда и не представлялось возможным, то аборигены несли ему животных всех форм и размеров, причем за весьма умеренную цену и были только рады тому, что нашелся чудак, покупающий совершенно ненужную добычу. Шестикрылых и просто не известных науке зверей, или вернее, птиц, не обнаружилось, но рассчитывать на повторение успеха Нью-Белиза было бы наивным. Дорж, кстати, сходил с ума от безделья, первый раз за все полеты. Животных он не понимал, они его тоже, поэтому уже на третий день он практически переселился в портовые и околопортовые кабаки, благо его кредитные карточки на этой планете принимались.

Сулейман Башар даже не пытался попросить здесь политического убежища: мир, находящийся под протекторатом Шендара — все равно, что сам Шендар, вдобавок, как тихонько призналась Изабелле одна из его наложниц, весь гарем боялся аборигенов, действительно, довольно безобразных.

Следующей остановкой был Блэкберд — мир нецивилизованный, не колонизированный, населенный небольшими рептилиями и крупными птицами. Там существовала разумная жизнь, представленная рептилоидами, находящимися на неолитической ступени развития. Этот мир не был колонизирован из-за мрачности и большого числа опасных хищных птиц, а сами аборигены были дружелюбны и приветливы. Так что, работы для Драммонда было — хоть отбавляй: ученые давно установили, что общее потепление климата привело к таянью ледников на полюсах, и многие маленькие острова должны были вот-вот уйти под воду.

«Золотая Лань» села на импровизированный космодром, при котором была биологическая станция или, вернее, космодром был при станции. Сесть, ориентируясь на один маломощный маяк — настоящее искусство, но Катрин, истосковавшаяся в джунглях по рубке, блестяще справилась с этим. Дорж лишь контролировал процесс. Уже после посадки он повинился в том, что из его крови до конца не выветрился алкоголь, принятый им на Оуриве, и он чувствовал себя не лучшим образом.

Сразу после посадки Драммонд и Блуд направились на биостанцию. Ее финансировала Земля, поэтому оснащена она была по высшему разряду. О многих устройствах и исследованиях Драммонд даже не слышал и поэтому относился к биологам с крайним уважением. Они, в свою очередь, почти ничего не знали о Драммонде, но выслушав его краткий рассказ о Фонде защиты природы, с готовностью обещали помочь. Исследования которые они проводили были связаны с общей экологией планеты. Животных они почти не ловили, но в их компьютерах находились просто замечательные базы данных о всех открытых видах: места обитания, питание, анатомические и поведенческие особенности и прочее, прочее, прочее. С такой информацией добывать птиц и рептилий было несложно, особенно если учесть помощь аборигенов. Главной сложностью были опасности этого мира. Биостанция больше напоминала форт, чем лабораторию, а на каждого биолога приходилось по одному профессиональному охраннику, которые вовсе не горели желанием лишний раз рисковать из-за какого-то зверолова. После долгих споров был разработан план действий. Местом для лагеря был выбран небольшой остров неподалеку, всего в нескольких минутах лету, уже почти на четверть ушедший под воду. Летать на корабельной шлюпке пришлось бы немало, но Блуд предвидел подобное и заполнил все свободные емкости для горючего на Оуриве — естественно, за счет Драммонда. Отпускать кого бы то ни было из экипажа он категорически отказался, потом, правда, согласился отпустить Руудса и Доржа, если, конечно, они согласятся. Оба негуманоида были сильнее людей, да и реакция у них была лучше. Биологи согласились выделить кое-что из своих охранных систем.

Как и следовало ожидать, Руудс, отмахнувшись от опасностей с радостью согласился отправиться в новую экспедицию. Неожиданностью было то, что желание поучаствовать изъявил и Дорж. Он объяснил это желанием пообщаться с аборигенами.

— Для меня это — все равно, что побывать у себя дома несколько сот тысяч лет назад. Еще четыре тысячи лет назад наши ученые установили, что образ жизни и культура туземцев практически идентичны нашему прошлому. Не надо забывать также, что разумных рептилий всего восемь рас и…

— Восемь!? — воскликнул Драммонд, перебив пилота. — Нам известно только о четырех, включая вас. Расскажите мне об остальных!

Увы, Дорж не смог рассказать ничего существенного — или не захотел. Остальные четыре расы проживали в области космоса, не исследованной людьми. Названия их звезд Дорож знал, но не нашел их на картах «Звездной Лани», потому что три названия были на языке вурвдсов, а одно — на языке аборигенов, которые вовсю исследовали планеты своей системы.

Подобные экспедиции начинают всегда с утра, чтобы успеть к ночи закончить оборудование защитных систем. Эта тоже не была исключением из общих правил. Еще не забрезжил рассвет, а тяжело нагруженная шлюпка отправилась на восток, навстречу солнцу. С первыми лучами на расчищенной поляне в полумиле от стойбища туземцев закипела работа. Охрана станции согласилась помочь в наладке защитных систем, поэтому начали с них, в отличие от более мирных планет, где защиту ставят в последнюю очередь. Драммонд и остальные прилетели только тогда, когда защита уже была установлена.