Чтение онлайн

— Видишь, сколько народа за ней? ОМОН пройти не может. Ещё чуть-чуть и по одному её слову будут сметать города. Понимаешь, чем это грозит? Стреляй.

— Нет… Такой грех не возьму… Мы встанем под её знамя, всё будет хорошо.

Краб выхватил у него винтовку, прицелился и несколько раз выстрелил. Одна из пуль перебила девушке сонную артерию, кровь потоком хлынула по плащу. Несколько капель попали на лицо стоявшего рядом Гоши. Толпа закричала, ОМОН попятился назад, спотыкаясь и роняя щиты. Яров и Табаков, словно парализованные, застыли на месте.

Девушка упала на крыльцо. Неожиданно её тело вспыхнуло ярким белым пламенем, температура которого была так высока, что каменные ступени начали плавиться. Один из ОМОНовцев упал на колени, крестясь и отбивая поклоны, остальные бросились врассыпную. Страждущие так же поспешили удалиться от чудовищно жаркого пламени.

Снайпер вылез из Мерседеса, побежал к толпе, размахивая руками, крича что-то о том, что он знает, кто убил Божью Сестру. Краб выстрелил ему в затылок, потом сел в автомобиль и тот умчал его в сторону загородного особняка.

Прошло полгода, волнения в городе связанные с гибелью Сестры понемногу улеглись. Краб ехал в особняк по загородному шоссе после партии в биллиард, внезапно под колёса Мерседеса влетел мальчик на велосипеде.

Краб остался сидеть в салоне, а два телохранителя вышли разобраться. Неожиданно рыдавший над разбитым велосипедом тринадцатилетний паренёк выхватил пистолет и двумя выстрелами уложил охранников. Одновременно из ближайших кустов выскочили ещё два подростка. Они распахнули не запертые двери автомобиля и несколькими выстрелами грохнули водителя. Перо ткнул в скулу Краба обжигающе горячим дулом.

— Кто? Почему? — спросил он.

Краб решил не играть в героя. Как на духу выложил налётчикам от кого получил заказ на Сестру и, чем это было мотивированно. Выслушав его, каждый сделал по выстрелу в грудь авторитета, после чего троица, прихватив бумажник Краба, быстро ретировалась с места преступления.

Мэр Красного Литейщика, читал письмо с приказом, доставленное Фельдъегерской Службой. За столом переговоров, в почтительном молчании, застыли представители различных ведомств города. Полковник полиции Яров без интереса пялился в окно. На этот раз в письме говорилось об отмене предыдущего приказа о свободном владении оружием. Требовалось в кратчайшие сроки изъять его у населения, эксперимент не дал нужного результата. Мэр облегчённо вздохнул.

В дверь постучали, вошла секретарша с тремя мальчиками в школьной форме, которые держали в руках огромные букеты цветов.

— Извините, пожалуйста, что прерываю совещание, — сказала секретарша, — отличники пришли поздравить с Днём Города.

— Но ведь он на следующей неделе, — улыбнулся Мэр.

— Так и я им говорила, а они нет на этой. Думаю, пусть поздравят раз пришли.

Присутствующие засмеялись над недалёкими подростками, только полковник Яров не смеялся. Уж больно знакомыми были лица отличников.

— Ну-с, поздравляйте, — Мэр развалился в кресле с довольной ухмылкой.

Самый младший вышел вперёд, начав рассказывать стихотворение звонким голосом:

Услышав последнее четверостишие, Яров вспомнил, где видел подростков. Они были у лепрозория и, по-видимому, они же причастны к ограблениям магазинов и перестрелке в торговых рядах.

Недолго думая, полковник вскочил с места, не разбегаясь, выпрыгнул в окно, разбив стекло телом. Пока летел со второго этажа на газон, из кабинета для переговоров донеслась ожесточённая стрельба и крики. Полковник уже поднимался на ноги, когда рядом упал труп начальника медслужбы Шлепко с огнестрельным ранением в глаз.

Яров, хромая, бросился к своему автомобилю, трясущимися руками вставил ключ в замок зажигания, завёл мотор и, царапая рядом стоящие дорогие иномарки, вырулил на проезжую часть.

Он остановился, когда в баке закончился бензин, автомобиль заглох далеко от ставшего опасным города. Полковник вышел из салона, углубился в лес, сел на поросший мхом большой пень, уставился в землю. Рядом хрустнула ветка, Яров поднял глаза. Перед ним стояла та самая девушка в чёрном плаще.

— Тебя же убили, ты сгорела. Я сам видел. Кто ты? — испугался полковник.

Девушка подошла ближе, села рядом, толкнув полковника бедром.

— Двинься, — сказала она.

Так в тишине просидели пару минут. Потом она произнесла:

— Знаешь, что такое эгрегор?

— Приблизительно, — ответил полковник.

— Так вот всё, от приказа до этого пня, это то, что вы так долго желали.

— Я этого не желал.

— А солидное дело?

Яров задумался. Так и есть, он уже давно хотел быть награждённым за заслуги перед городом. А ведь, кто-то мечтал увидеть подобную святую, вылечить смертельно больного ребёнка, организовать банду, хапнуть денег, стать у власти, услужливо выполнить высокий приказ, разжиться легальным оружием, пострелять.

— Вот так оно иногда и бывает, — сказала девушка, вставая с пня.

Она пошла вперёд и растворилась за деревьями, а полковник так остался сидеть на пне, размышляя, как теперь жить дальше.

2017.

Тимур Фролов чистил воблу, роняя чешую на свежую газету, одновременно читая на ней новости в прихлёб с дешёвым пивом. Особенно его интересовала статья о повальном сокращении рабочих литейного завода и замены их роботами под началом искусственного интеллекта. Дочитав до строки «перспективные системы экономики» Тимур смачно сплюнул на текст, попавшую на язык гадость из внутренностей рыбы.

Он буквально вчера работал на этом заводе, а теперь сидит дома без дела и планов на будущее. Роботизация обернулась не облегчением условий труда, а нищетой и горем. Некоторые из рабочих, увязшие в долгах и кредитах свели счёты с жизнью или попались на кражах и ограблениях. Чем прикажите кормить семью в наступившем «светлом настоящем», если последнее градообразующее предприятие города не нуждается не только в специалистах с гигантским опытом, но и просто в живых людях?

Во входную дверь постучали. Тимур перевёл взгляд на колонку криминала, стряхнул с неё вездесущую чешую. «Банда вымогателей уничтожена при задержании», — прочёл он первый заголовок. Стук в дверь стал более настойчивый. Тимур отложил воблу и тихо прошёл к двери. Прислонил ухо, прислушался.