Чтение онлайн

Было не совсем понятно, почему полностью игнорируют его вариант «с выходом» на Бексултанова и для исправления ситуации обращаются не к конкретному влиятельному человеку, как принято в Казахстане, о чем советник не раз уже говорил на штабе, а пишут обезличенное письмо в инстанцию, которая сама по себе ничего решать не будет. Ведь в любом случае является ли владелец «Шельфконнекта» близкой связью «нефтяного принца», или всего лишь прикрывается его именем, только сам Бексултанов, всемогущий зять президента может разрешить конфликт одним своим указанием.

Вместо этого «Генеральный» поддерживает остальных штабистов и теряет время, пытаясь решить проблему в правовой плоскости. Панов с Савиным пишут апелляции во все казахстанские инстанции о притеснениях и нарушениях. Но помимо того, что жалобы – это удел слабых, это еще и заведомо проигрышная стратегия. Ведь еще на первой встрече в начале всей этой истории «Аншеф» предупреждал, что никто из государственных органов РК не встанет на нашу сторону и не будет нас защищать.

Неожиданно Тоболин поймал себя на мысли, что переживает за дело будто до сих пор находится на государственной службе. Далее стало полегче, так как советник успокоил себя рассуждениями, что компания частная, хозяин сам волен принимать решения и к тому же во все тонкости сложившейся ситуации, судя по письму в Администрацию Президента РК, он до сих пор не допущен. Видимо не зря в разговорах с атыраускими чиновниками мелькала цифра три миллиона долларов. Может быть это цена, которую хотят получить наши противники за право российской фирмы вести дела в РК? Впрочем довольно. «Генеральный» и его люди знают по этому вопросу гораздо больше, поэтому будем ждать указаний и исполнять свою работу. А пока есть время и возможность находиться в Москве, нужно заняться некоторыми бытовыми делами, навестить дорогих стариков и встретиться с дочкой.

21 июня 2006 года (среда) – 09.00 Москва

Тоболин по сложившейся за последнее время привычке начал рабочий день с проверки электронной почты и увидел письмо от Толчинского. Это была копия объяснительной в Комитет национальной безопасности. В ней директор «МЭО-Гурьев», в своей достаточно вольной интерпретации, повторял изложенное в письме холдинга в Администрацию президента РК.

Быстро пробежав глазами по этому полному робких роптаний творению, советник, не сдержав эмоций, набрал мобильный Панова и после ответа вызываемого абонента сорвался:

– Игорь, вы что там делаете? Что творите?

– А в чем дело? – резко отреагировал Панов. – Мы тут, между прочим, не в ночные клубы ходим, а работаем…

– Вижу, как вы работаете, – раздраженно перебил Тоболин. – Зачем Толчинский в КНБ ходил?

– Хватит терпеть этот «беспредел». Они с нами не церемонятся. Пора применять наступательную тактику…

– Но об этом мы уже говорили сотни раз. Как ты не понимаешь? Там ничего не сделаешь…

– Во-первых, здесь решения принимаю я. Перед тобой, Олег, я отчитываться не собираюсь. С юридической точки зрения все выстроено очень целесообразно, – жестко заявил Панов.

– Ты не прав Игорь. Мы ведь договорились, что «общение» с нацбезопасностью это моя епархия, а вы своей самодеятельностью моих людей можете подставить.

– Да, ладно… тоже мне, великие игроки-конспираторы…

Тоболин понимая, что ругаться с Пановым по телефону бесполезно, выдохнул и спокойно сказал.

– Хорошо, давай не будем сейчас дискутировать… Можешь кратко изложить, как все это действо происходило?

– А чего тут рассказывать? «Комитетчики» с Астаны приехали по заявлению «Шельфконнекта». Пришли в офис. Толчинский пригласил их к себе в кабинет и прямо там написал эту бумагу. Вот и все. Чего трагедию из этого делать?

– Да ты пойми, если мы в одной команде, то должны не подставлять друг друга, а помогать, – с горечью, сказал Тоболин. – Могли бы сказать, как мы ранее условились, что Толчинский срочно выезжает в командировку за пределы города и будет только через два дня. Из Астаны комитетчики не на один день приехали, так что я прилетел бы, и можно было вместе обдумать, как эту ситуацию повернуть нам на пользу. К определенному сроку мы подготовили бы основательный документ.

– Ладно, успокойся, – примирительно сказал Панов. – Больше без тебя по твоей линии никаких шагов предпринимать не будем. За мной пиво в «Андреевском». Сам же говорил, отдыхать будешь, чтобы меньше тревожили, а сам «кипишь» по пустякам.

– Добро, бывай, – сказал Тоболин и отключил мобильный, не дожидаясь ответного прощания.

Советник не стал объяснять Панову, что во время последнего пребывания в Атырау встречался с одним из руководителей местного департамента комитета национальной безопасности и тот предупреждал, что по письму «Шельфконнекта» приедет столичная проверка. Тоболин попросил тогда, чтобы ему дали возможность встретиться с человеком из Астаны. О вероятности этой встречи он, правда, без подробностей, говорил на штабе.

И вот теперь, когда можно было нанести серьезный удар по проверяющей бригаде во главе с финполом, получился абсолютный «пшик», полный конфуз. Вместо серьезного выверенного документа, который можно было отработать с самими «комитетчиками», получилась очередная глупая кляуза на финполицию и Кудабаеву.

Поразмыслив, советник не стал докладывать «Генеральному» о «проколе» с объяснительной. Все равно Панов согласовывал этот шаг с руководством и теперь никто не признает ошибочность решения начальника юридического департамента, да и исправить уже ничего нельзя.

Заглянув к Савину, Тоболин заявил, что знает об обращении в КНБ и не одобряет, а даже наоборот, порицает действия по связи с комитетом за его спиной. Валерий Викторович попытался смягчить ситуацию и сослался на то, что решение по объяснительной Толчинского для КНБ принимал Ляхов. Пока Тоболин осмысливал эту вводную, Савин резко сменил тему.

– Понимаешь, Олег Алексеевич, мне нужна информация оттуда… с той стороны… от наших противников…

– Все, что у меня есть, я на штабе докладываю, – прикинулся непонимающим Тоболин.

– Нет, мне нужна информация по бухгалтерии, точнее по тем ее аспектам, которые интересуют проверяющих… Понимаешь?

– Понимаю, но «Генеральный» запретил незаконные методы работы, – гнул свою линию советник.

– Ты понимаешь, финансы – это такая тонкая сфера, где часто работает не то, что разрешено, а то, что не запрещено…

– Ты что же, Валерий Викторович, меня в сообщники по своим финансовым аферам приглашаешь? – насмешливо спросил Тоболин.

– Да нет, все это… на благо холдинга, но финполиция может это использовать против нас, поэтому неплохо было бы знать где они «копают», чтобы прикрыть некоторые сомнительные варианты.

– Я подумаю, – пообещал советник, продолжая вынуждать финдиректора назвать конкретную цель своего предложения.

– Некогда думать, Олег, нам работать надо, – посуровел Савин.

– У меня есть сомнения…

– Ты когда в КГБ работал, у тебя тоже сомнения были в том, чем ты занимался?

– Это другое, там за тобой страна и ее люди, – жестко осадил Савина советник.

– А здесь за тобой холдинг, который платит тебе деньги и тоже люди, которые здесь работают.

– Вот про деньги ты зря, Валерий Викторович, мне этот разговор не нравится и считай, что его не было. Раз «Генеральный» не одобряет такие методы…