Чтение онлайн

— Прекрати дергаться, когда я к тебе прикасаюсь.

Мужчины разошлись по своим делам, опирающийся на костыль Рави увел девочек в пальмовую рощу смотреть на необычайно красивую птицу, чем-то напоминающую павлина. А меня позвала Аурэ.

— Бель-шум написал, что вы, ноэль, книжник, — она улыбнулась. — Он хвалил вас.

Я пожала плечами, за что там хвалить — то?

— Вот, — она положила передо мной тетрадь. — Я по его просьбе записываю все что случается в крепости. А это сведения о рождениях, смертях и союзах за этот год, пусть внесет в свои книги, — на тетрадь лег желтоватый лист.

Все, о чем она говорила уместилось в одну строчку. Невеселая статистика.

— А сколько…, - начала я.

— В Тулуте сто пятьдесят семь жителей, — быстро ответила она. — В Суфраэле около полутора тысяч, остальные восемьсот сорок три савара живут в деревнях и поселках на побережье. Всего две с половиной тысячи, ноэль. Но скоро, нас станет больше, ведь так? Вы в ожидании?

Я кивнула. Мое положение уже давно не секрет.

— Вы хорошо себя чувствуете? Может вас что-то беспокоит?

— Нет, все хорошо, — я улыбнулась.

— Вот и замечательно, — она подвинула ко мне еще один листок. — Библиотека в вашем распоряжении, а это список Бель — шума. Он указал что именно ему нужно.

Там было прохладно, тихо и вкусно пахло книжной пылью. Следуя указаниям Бель-шума, я действовала согласно списку.

— Ты все еще дуешься? — спросил Альдо вечером.

— Я не дуюсь, я думаю…

— …обо мне всякие гадости, как всегда. Я не хочу, чтобы ты нервничала, — заявил он тоном, не терпящим возражений.

— Альдо…

— Я поклялся на ноже, Кирен. Я сказал, что отдаю тебе свое сердце, а ты смотришь на меня, как….

— Альдо…

— Почему? Я старался быть с тобой терпеливым, но больше не могу. Ты должна прекратить подозревать меня. Я изо всех сил стараюсь показать тебе, как ты мне дорога, а ты как-будто слепая! В чем дело? Кирен?!

Я посмотрела ему в глаза и сказала то, что грызло меня все это время.

— Я думала ты будешь счастлив, когда сказала тебе о ребенке.

— Я счастлив.

— По тебе этого не скажешь.

— Вот… ты… достала!

— Ты…!

Но он наклонился и подхватил меня на руки.

— Расслабься и прекрати вырываться. Чего ты хочешь от меня, найлек? Цветов? Нежных слов? Обещаний, которые я тут же забуду?

— Я хочу, чтобы ты ушел, — сказала я и тут же пожалела об этом.

Было невыносимо больно видеть, как его лицо превратилось в маску. Я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы прогнать комок, подступивший к самому горлу.

— У тебя такой вид, как будто ты собираешься откусить себе язык, — мрачно заметил он.

— Поэтому я спрошу еще. Что ты будешь делать без меня?

Почему ты думаешь, что вся моя жизнь вертится вокруг тебя? Я прекрасно существовала раньше и дальше смогу… сама по себе. И не буду зависеть от бездушного самца, у которого не нашлось для меня пары ласковых слов.

Альдо, взяв меня за подбородок двумя пальцами, заставил посмотреть на него.

— Тебе нужны слова? А что они значат? Поверь мне. Я. Очень. Счастлив.

— У тебя формальдегид вместо крови, — фыркнула я и попыталась вырваться. Безуспешно.

— Ошибаешься, у Саваров в жилах расплавленное железо, — хмыкнул он. — Я соскучился.

— Отпусти меня и уходи.

— Тебе не обмануть меня, найлек, ты так не думаешь, и ты этого не хочешь.

— Думаю и хочу.

— Ну… виноват, — дернул он плечом. — Вообще-то, я просто не хотел тебя волновать.

— Волновать? Ты притащил меня сюда с определенной целью, а когда добился своего даже не счел нужным притвориться обрадованным.

— Ну… я могу говорить часами, но ты все равно не поверишь ни одному моему слову. А если хорошенько подумаешь, то поймешь почему я так поступил. Хочешь, я помогу тебе думать?

Полный притворного раскаяния, Альдо был неотразим. Я твердила себе, что он делает это специально, чтобы превратить меня в безвольную дуру.

Но я не сопротивлялась, я тоже соскучилась. Хотелось его оттолкнуть, но одновременно хотелось, чтобы он утешил меня. От этих противоречий страшно хотелось разреветься, а он был так нежен…

Он действительно «неигнорируемый», сплошное воплощение мужественности, где-то на грани реального. До такой степени, что требовалось прикоснуться к нему, чтобы убедиться в его существовании.

— Ты такой теплый, почти горячий.

Его кожа обжигала мои пальцы. Молчаливый с полузакрытыми глазами, он был похож на кота, которого хотелось приласкать. Большого, теплого, пушистого кота, существовавшего только в моем воображении. Это было глупое сравнение, хотя сейчас он терпеливо позволял себя трогать, выжидая, когда я удовлетворю свое любопытство.

— Ты злобное маленькое существо, найлек, — поморщился он. — Ты превратила мою жизнь в ад. Совсем недавно я был весел, здоров и свободен, как ветер. Я жил в свое удовольствие, не думая о маленьких девочках с липкими руками и отвратительном существе под кроватью. Я мог идти куда мне хочется и делать, то что считаю нужным. Никто не смел повышать на меня голос, кусать, пинать в особо чувствительные места, кидаться туфлями и бить деревяшкой по спине. А теперь? — он легко толкнул меня, и я упала на кровать.

— Посмотри я болен, — голосом полным страдания сказал Альдо. — Я совсем без сил, — добавил он, полностью лишая меня возможности двигаться.

Какое-то время я пыталась отталкивать его от себя, а потом сдалась, Альдо стал частью меня, и я не могла с ним расстаться.

— Ты бессовестный хам.

— Знаю.

— Ты отвратительный бездушный монстр.

Он счастливо улыбнулся и начал расстегивать пуговки у меня на рубашке. Я зажмурилась от удовольствия, хотя он был абсолютно невыносим.

И в этот момент раздался жуткий, леденящий душу вопль.

— Что это? — спросила я, хватая его за руку.

— Похоже на птицу, — нахмурился Альдо.

— Ерунда, птица так кричать не может. Нужно проверить детей.

— Оставайся здесь, — велел он, и осторожно двинулся к двери.

Вопль повторился снова, и я рванула за ним.

— Я сказал, останься, — рявкнул он.

— Ну уж нет, — отрезала я, выглядывая из-за его плеча в пустой полутемный коридор.

— Никого. Если бы это было что-то серьезное…, - начал он.