Чтение онлайн

— Я прошу тебя, Кира! — чуть не плача взмолилась Нури. — Это ужасно, то, что ты говоришь!

— А, кстати, что это значит? — спросила я, вертясь перед зеркалом.

— Это… это невозможно перевести, — задохнулась девушка. — Если узнают, то эр-рех скормит мои внутренности скотине, — с ужасом прошептала она. — А отец и братья перережут мне горло и четвертуют.

— Я никому не скажу, — пожав ей руку, сказала я.

***

Если бы не Нури, я бы сразу заблудилась в лабиринте бесконечных коридоров и переходов. Дворец был огромен.

Величественные анфилады комнат, выходящие на галерею, с которой открывался чудесный вид на море. Мраморные лестницы и залы, наполненные музейной мебелью, произвели на меня странное впечатление, дежа вю что-ли? Везде было чисто и прохладно, пахло солнцем, морем и ветром. Иногда, в зеркалах, я ловила наше с Нури отражение, ее простое белое платье и мой королевский наряд.

Я медленно шла за ней и думала, почему я здесь? Что во мне такого? Чем я могла заинтересовать такого мужчину, как Альдо? Причем здесь Константин? О каком деле государственной важности они говорили? И где я, в конце концов?

Мои размышления прервал голос Нури.

Мы стояли на верхней площадке круглой башни. Внизу, я видела множество плоских крыш и башенок, окруженных садами. Немного дальше, за высокой стеной у подножия холма разбегались улицы маленького городка, все дома утопали в пышной зелени. Круглая площадь была вся увешана разноцветными флагами. Еще дальше в дрожащем горячем воздухе виднелись небольшие пальмовые рощи, казавшиеся темными островками в море песка и ровные заплатки светло-зеленых полей. Обернувшись, я увидела знакомые красно-коричневые скалы и море.

— Пустыня? — упавшим голосом спросила я.

Все мои надежды на побег разбились в прах. Я не могла поверить своим глазам. Я оказалась гораздо дальше от дома, чем предполагала. И нигде не было видно линий электропередач, ни одной машины, ничего!

— Идем, — потянула меня за руку Нури.

Мы спустились по широкой лестнице в огромный сводчатый зал, в центре которого сверкал бассейн, выложенный синей плиткой. Крохотное море на фоне стен мягкого песочного цвета.

Вокруг бассейна собралось множество людей, в основном мужчин. Они, как по команде, повернулись и уставились на нас.

— Просто иди вперед, — прошептала мне Нури. — Я подскажу, что делать дальше.

Мне, конечно, было страшновато, кто знает, что еще придумал этот маньяк Альдо. Все, кто был в зале смотрели на меня, а я чувствовала себя голой. Но показать, что я боюсь, значит признать поражение, не дождутся они от меня этого! Я подняла голову как можно выше и двинулась за Нури. А они, молча, расступались передо мной и их лица были похожи друг на друга, сохраняя общее для всех бесстрастное выражение.

Обойдя бассейн, мы оказались перед возвышением, в центре которого на низком широком кресле, развалившись, сидел Альдо, окруженный десятком мужчин, один другого надменнее.

В отличие от своих приближенных, обвешанных оружием и закутанных в какие-то куски ткани, Альдо выглядел вполне цивилизованно в свободной белой рубахе, расшитой золотыми нитями и черных штанах. За широкий пояс, украшенный коваными бляхами, были заткнуты два длинных чуть изогнутых ножа, с витыми рукоятками.

Его лицо не было надменным, оно было суровым, почти жестоким. Он смотрел на меня, слегка прищурившись, как зверь. Еще немного и у него на лбу загорится надпись: «Играю с добычей».

— Ты должна поклониться и не поднимать голову, пока эр-рех не позволит этого, Нури быстро шептала мне инструкции.

Не дождется! Рядом с креслом Альдо, немного в стороне, стояло еще одно кресло, поменьше, никем не занятое. Проигнорировав страшный шепот Нури, я шагнула вперед и опустилась на подушку, стараясь сохранить на лице презрение ко всем вокруг. Сердце стучало как барабан, еще немного и я услышу эхо.

Тихо ахнув, Нури пристроилась на маленькой скамеечке рядом со мной.

Несколько минут в зале стояла гробовая тишина. Наконец, Альдо, не поворачивая головы, сказал:

— Кирен, моя ноэль, — он небрежно махнул рукой в мою сторону, сказав несколько слов на своем тарабарском языке.

— Альдо — извращенец, похититель, маньяк и хам, — в тон ему отозвалась я и так же махнула рукой. — Переведи, Нури.

Он повернулся ко мне, и почти не разжимая губ, прошипел:

— Зря стараешься, никто из них не знает твоего птичьего языка. А Нури умная девочка и промолчит.

— Кира, — поправила я его. — Меня зовут Кира.

— Звали, — отрезал он. — скривившись, ответил Альдо.

Я скосила глаза на Нури, она, втянув голову в плечи, сжалась на своем месте.

Свою коронную фразу я решила приберечь напоследок, и поэтому произнесла первый вариант приветствия, стараясь улыбаться как можно более очаровательно.

Нури заметно расслабилась, а Альдо благосклонно наклонил голову.

— Молодец, — тихо сказал он, поднялся и протянул мне руку.

Альдо подвел меня к небольшому столику, на котором стояла корявая деревянная чаша, бутылка с чем-то темным, кожаный шнурок и нож. Нож мне сразу не понравился.

Я, выжидала, не понимая и слова из того, что говорил Альдо и высокомерные дядьки в бурнусах. Постепенно вокруг нас образовался правильный круг из обвешанных оружием мужиков, а рядом с Альдо встал отец Нури, Ахлат. С торжественным видом он поднял вверх руки, и стало так тихо, как будто разом выключились все звуки на свете.

Альдо протянул ему руку и едва слышно прошептал:

— Делай, как я.

Я сделала, какой смысл упираться? Все равно заставят.

У Ахлата был глубокий мелодичный голос, он читал нараспев что-то вроде стихов, а окружающие нас мужчины повторяли последние слова каждой строки. Было совершенно ничего не понятно, но очень красиво и торжественно.

Продолжая говорить, Ахлат протянул Савару нож.

— Смотри в глаза, — последовал очередной приказ.

Альдо, не отрывая от меня глаз, полоснул лезвием по своей ладони, и в подставленную чашку закапала кровь. Я слишком поздно догадалась о том, что будет дальше и не успела отдернуть руку. Нож был таким острым, что я ничего не почувствовала, глупо уставившись на окровавленную ладонь. Ахлат соединил наши ладони и ловко обмотал их шнурком, высоко подняв наши руки. Все вокруг зашумели и затопали ногами, а в чашу с темным вином потихоньку капала наша кровь. От смешанного запаха вина и крови меня замутило, но Альдо, быстро сунул эту треклятую чашку прямо под нос и прошипел: «Пей». Изо всех сил борясь с тошнотой, я собиралась едва пригубить этот «коктейль», а вместо этого по непонятной причине сделала хороший глоток. Савар быстро допил остальное, перевернул чашку и, глядя мне в глаза медленно заговорил, чужая речь звучала завораживающе. Как только он произнес последнее слово, вокруг раздался такой топот и рев, что стены задрожали.