Чтение онлайн

Аристарх почувствовал себя довольно неуютно под прицелом сотен взглядов вооружённых людей. Слегка повертев головой, он убедился, что стражники не зевают, и из бойниц немного высунулись оголовки арбалетных болтов и дула контрштурмовых пушек.

Правда, если что, то всё это мало бы помогло генералу, но какой ты к ларистанским демонам командир, если не умеешь словом усмирить толпу?..

Правда, гоблины пока что не проявляли никаких враждебных намерений, а просто стояли и во все глаза пялились на крепостную стену. Многие из них, видимо, впервые в своей жизни видели столь монументальные для них сооружения.

Генерал вздохнул, и, собравшись с духом, шагнул вперёд.

К нему сразу же подошла троица предводителей.

Двое из них были обычными военными вождями, судя по богатой (по гоблинским меркам) одежде и дорогому оружию, а главное доспехам. Да, на этих двоих были самые настоящие доспехи - старые потёртые кольчуги, которые были подогнаны по их скромным размерам, наверное, каким-нибудь деревенским кузнецом.

Третий же был субъектом более серьёзным - пожилой, с проседью в длинных чёрных волосах, он являлся, без всякого сомнения, видным шаманом. В длинном плаще-шубе, с коротким посохом, увенчанным волчьим черепом и с непременным ожерельем из мелких звериных черепов на шее - он являлся эталоном представления рядовых рарденцев об аборигенах.

– Ты вожд рарденов?
– в упор спросил один из вождей. На рарденском он говорил очень чисто, с лёгким акцентом.

– Я, - не стал спорить Аристарх.

– Правду крестане бают, что ворог на землу нашу идот?

– Как есть правда, - с интересом подтвердил генерал, размышляя, к чему же всё-таки клонит коротышка?

– Битва будет?
– басом спросил второй вождь, на удивленье широкоплечий и здоровый для гоблина. Если обычный их рост составлял всего лишь где-то метр двадцать, то этот гоблинский богатырь вымахал сантиметров на двадцать выше. Да и вообще, народная молва о гоблинах, как о маленьких карликах с большими ушами и зелёной кожей ожидаемо не соответствовала действительности.

Да, гоблины действительно были низкорослы, но вот насчёт остального - бред. Уши их были вполне обычного размера, только заострённые, на манер эльфьих и слегка торчащие в стороны. А что касается кожи, то она была обычная, человеческая - смугловатая, конечно, но уж никак не зелёная. Учитывая ещё и раскосые глаза, и широкие скулы, то гоблинов было и не отличить от некоторых людских племён.

– Битва будет великая, - сказал Морозов. Теперь-то он понял, что всё это означает...

Троица переглянулась, а затем менее "крупный" вождь торжественно объявил:

– Мы поможем тебе, рарден. Мы привели с собой много воинов, скоро приведом ешо! Вы хорошие соседи - от вас нет зла нашим племенам, мы не хотим других соседей - мы не знаем какие они. Поэтому мы будем дратса вместе!

Военные предводители дружно вскинули копья вверх и издали боевой клич. Их пример тут же был дружно подхвачен остальным войском.

– А можно узнать поточнее, сколько вас?
– без особой надежды на успех спросил Аристарх, перекрикивая общие вопли. Генерал был не слишком уверен, что аборигены умеют считать.

– Мы привели сюда двадцать три десятка воинов, - ровным голосом проговорил, молчавший до сей поры шаман.
– Ещё шестнадцать десятков подойдут в течение двух дней. Также мы предоставим тридцать одного шамана, они, безусловно, слабее ваших магов, но тоже будут неплохой подмогой. Но мы бы хотели получить настоящее, железное оружие на всех, и обсудить нашу роль в предстоящей войне.

Генерал только и делал, что хлопал глазами, слушая эту тираду.

– Признаюсь честно, сударь, вы меня неслабо огорошили, - с улыбкой признался Морозов.
– Ещё кофе?

– Нет, благодарю вас. Ну, так что же, вы думаете, что все гоблины поголовно неграмотные дикари?
– улыбнулся в ответ шаман.

– Да нет, конечно! На материке ваши соплеменники служат и в армии, и в других местах - там это дело привычное, но здесь, на острове...

– Здесь за нами закрепилась репутация малограмотных охотников и кочевников, - продолжая улыбаться, мягко продолжил гоблин.
– Но это всё временно, вы же понимаете... Мы, найхэ, если хотим занять достойное место в Империи, безусловно, должны стремиться к новым знаниям. Смело могу заявить, что я и несколько моих соплеменников, первыми поняли это и именно поэтому решились на обучение в вашей миссионерской школе. Долгие годы, которые мы даже, увы, не можем и сосчитать, наш народ был оторван от большого мира. Где-то там происходили великие события, которые наш разум, к сожалению, не может осознать, а мы тихо прозябали в этой глуши. Но теперь настала пора всё изменить...

Чем дольше генерал беседовал с этим маленьким человечком, тем больше он поражался его недюжинному разуму. Без сомнений, по меркам своего народа, он являлся настоящим гением, да и в большом мире наверняка бы не потерялся. Бесконечно жаль было, что шаман был уже в возрасте, и по его собственным словам уже "терял хватку к обучению".

...Шамана звали Вэхэ Джаларай, и он оказался предводителем всех своих коллег на Монероне. Как оказалась функции шаманов в племенах не ограничивались лишь пресловутым "общением с духами". Они выполняли функции религиозных и научных лидеров - передавали знания от поколения к поколению, всячески охраняя их и преумножая.

Когда-то давно пришельцы с большой земли вызвали у гоблинов вполне резонную опаску, и именно поэтому они и избегали тесных контактов с рарденцами. Но когда Вэхэ стал Верховным Шаманом, он сделал всё возможное, чтобы сломать эту систему - он понял, что если гоблины замкнутся в своём узком социуме, то рано или поздно, народ найхэ выродится или, что ещё хуже - окажется раздавлен стальным катком прогресса.

Как маленький гоблин осознал это - одному Сотеру известно, но вскоре он сумел привести к власти лояльных ему верховных военного и мирного вождей, а потом начал широчайшие реформы в подвластных племенах. Косность и недальновидность мышления простых соплеменников здорово тормозили этот процесс - лишь единицы соглашались отдавать своих детей в приходские школы, а из старшего поколения учиться не захотел практически никто.

Но Вэхэ бросил все свои дела, лишь прослышав о созыве ополчения острова. Из уроков учителей и прочитанных книг он знал, что в Империи его созывают лишь тогда, когда положение по-настоящему отчаянное и другого выхода просто нет. С максимально возможной энергией шаман начал подбивать соплеменников присоединиться к людям в грядущей войне. При этом он естественно преследовал несколько целей, но основной, конечно же, было защита своей родной земли - гоблины быстро сообразили, что какие-то новые, неизвестные пришельцы вполне могут оказаться не столь миролюбивы, как рарденцы.

Официальная колониальная политика Империи строилась в первую очередь на постепенной и всеобъемлющей культурной ассимиляции малых народов, с заимствованием всего полезного и сохранением индивидуальных особенностей. Иными словами, аборигены просто становились рарденцами - принимали официальный язык Империи, получали доступ к службе в гражданских и военных учреждениях и тому подобное. В то же время им не возбранялось сохранять свои обычаи, праздники, даже религию.

Рарден умел ждать.