Чтение онлайн

Ни боли. Ни гнева. Ни радости.

Сссстань песчинкой, Акамацу.

Останься здессссь, на дороге - так будет лучшше.

Для вссссеееех... Для вссссеееех...

...Генерал даже и не заметил, когда его собственные мысли сменил какой-то странный, нечеловеческий голос. Акамацу помотал головой, отгоняя странное наваждение, и шипящий голос, шептавший что-то бессвязное, исчез.

Фуу, привидится же такой бред... Видать переутомился, я за эту неделю, да и солнце голову напекло - и никакой климат-контроль доспехов не спас.

Не ссспассс...

Тьфу ты!..

Ну, пустыня, чего тут такого? Просто песок, просто животные - ничего смертельного, просто природа...

Не добрая и не злая, просто, такая как есть.

Акамацу достал из чересседельной сумки плоскую металлическую фляжку, открутил пробку и с наслажденьем глотнул тёплой, с металлическим привкусом воды.

Уф... Хорошо...

В любой пустыне, даже в такой недоделанной, как эта, самая главная ценность - вода. Хорошо, что рядом с городом протекала полноводная круглый год речка, и ни жители города, ни ниаронские солдаты никогда не испытывали недостатка в воде. Вода - это жизнь, и с этим никак не поспоришь...

Она приносила в эту унылую землю настоящую красоту - в ураганном темпе начинали расти, и что самое главное, цвести мириады самых разных цветов. Всего за несколько дней раскалённая равнина превращалась в цветущий луг, ветви кривых уродливых деревьев украшали поразительные по своей красоте грозди роскошных белых цветов, по странной прихоти Неба, похожих на розы.

Генерал как истинный ниаронец умел ценить красоту. Настоящий воин мог найти прекрасное во всём - в стремительном росчерке меча, в последнем стоне врага, в пламени истребительного пожара, но вот в полупустыне после дождя искать ничего не требовалось. Она навеивала покой, желание любить, созидать - этого ведь порой так не хватало...

...Минуты и шаги таяли, словно невиданный в этих широтах снег, и вот уже вдали показался город. Чёткие квадраты полей, очерченные ирригационными каналами, убогие домишки крестьян, стоящие вне крепостной стены, сама стена - низкая и старая, повидавшая на своём веку немало завоевателей - всё это был Хайлар. Город, с почти что пятидесятитысячным населением. Крепость, закрывающая путь вглубь материковых территорий Империи, и как это ни странно - жуткая дыра.

Поначалу Акамацу был просто в ярости, когда его и весь 4-й отдельный засунули сюда. И это после того, как он так хорошо проявил себя в Кайтунском сражении!.. Но потом, поразмыслив, генерал решил, что всё это имеет под собой какую-то важную причину и смирился. Теперь же, когда из Генштаба стали один за другим лететь приказы по усилению боеготовности подразделения, генерал понял - что-то затевается.

Полк понемногу начал втягиваться в город, направляясь к Южным воротам. Здесь, в отличие от всей дороги уже начали попадаться крестьяне, а также другие путники - естественно, хаты.

Генерал не утруждал себя приказами расчистить дорогу - если сервы хотят жить, они сами уберутся с неё, а если нет... Что ж, сервом больше, сервом меньше - невелика потеря...

И, правда - перед всадниками начало образовываться мёртвое пространство. Люди, толкаясь, и отпихивая друг друга, стремились убраться с дороги грозных и безжалостных солдат.

Некоторые из всадников искренне потешались над тем, как эти черви разбегаются перед ними, спотыкаются, падают... Им нравилось это ощущение власти над простыми людьми.

О, да, это опьяняло.

Но Акамацу подобное не цепляло - он просто не видел смысла глумиться над этими несчастными. Жалость - вот и всё, что они вызывали у генерала. Да, они были жалки - рваная грязная одежда, худые измождённые лица, и страх, бесконечный страх в глазах...

И Акамацу знал, что, или вернее кто был его источником.

Полк тяжёлой кавалерии неторопливо двигался по городу. То, что казармы находились внутри крепости, было одновременно и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что, в случае чего, солдаты будут под надёжной защитой, а плохо, потому что, опять-таки, в случае чего, при выходе из города, они стали бы лёгкой добычей пехоты. Да и постоянные переходы туда-сюда до учебного плаца были весьма утомительны, но что поделать - командование не сочло нужным построить отдельный укреплённый лагерь.

Поэтому полк шёл по городу.

Грязные улицы, утопающие в мусоре и ослином навозе, низкие глинобитные дома, крытые снопами проса, даже крепость и та была убогой. Низкие кирпичные стены, кое-как усиленные магией, круглые башни, в которых были наспех прорезаны орудийные бойницы, местами вывалившиеся зубцы парапета, неглубокий ров, заполненный мутной грязной водой... Всё это было явно не показателем высокого класса крепости, но за неимением лучшего...

Генерал, в меру своих скромных сил пытался что-то сделать со всем этим безобразием, но силы в этом противостоянии были слишком неравны. Всадники были отличными воинами, но в их обучение не входила инженерная подготовка, а гарнизон крепости был слишком слаб, да и эти раздолбаи вовсе не горели желанием работать. А идея с привлечением местных жителей была отметена сразу же - слишком дохлые и хилые они были, да и работать на стройке не умели совершенно.

Тем временем солдаты достигли ворот, хотя это было слишком громким названием для столь жалкой калитки. Сделанные из старого дерева, кое-как обитые железом, они носили следы многократных починок и не были рассчитаны на современный штурм. На простом деревянном, даже не опускном мосту стоял десяток разномастно вооружённых солдат городской стражи. Увидев приближающихся всадников они, все как один, подобострастно согнулись в поклоне, попутно пряча ненавидящие взгляды - ведь все стражники были набраны из покорённых хатов.

Генерал даже не удостоил их взглядом - всё его внимание привлёк скачущий к нему всадник, судя по всему из оставленного в крепости десятка.

Около Акамацу всадник развернул своего коня буквально на пятачке, и, примерившись, продолжил движение уже бок о бок с генералом.

– Господин генерал! Командование требует выйти на связь!

– Спасибо, - генерал разглядел лычки всадника.
– Сержант.

Вскоре колонна начала подходить к концу своего пути - просторным каменным казармам, являющихся единственным примером стройки чего-либо инженерами Ниарона в этом городе.

Ранее здесь, кажется, располагались апартаменты здешнего градоначальника, но строение было слишком большим и нефункциональным, поэтому его и снесли, и построили ряды простых каменных трёхэтажных бараков. На нижнем этаже располагались конюшни и вспомогательные помещения, а на верхних - жилые комнаты.

Остановившись около здания, где, судя по частоколу длинных металлических антенн на крыше, находилась установка Дайсон-связи, генерал пружинисто спрыгнул с коня, бросил поводья подбежавшему солдату, и направился внутрь здания.