Чтение онлайн

Систематически повышает свою деловую квалификацию и идейно-теоретическую подготовку, в текущем году заканчивает вечернее отделение Военно-Юридической Академии Советской Армии».

В первой половине 1953 года информационное управление внешней разведки было преобразовано в отдел и существенно сокращено. Из 170 сотрудников оставили лишь 12 информационных специалистов, 12 переводчиков, секретариат и руководство – всего 30 человек. Управление переименовали в Отдел переводов и обработки информации.

Трудно представить, как 12 информационных работников могли обрабатывать всю информацию, да ещё следить по открытым источникам за положением дел в капиталистическом мире. Начальник отдела Филипп Артемьевич Скрягин подчёркивал в отчёте о работе своего подразделения за 1952–1954 годы, что «определённая часть трудностей, слабостей и недостатков в работе информационного подразделения ПГУ в отчётный период явилась следствием отрицательного влияния на неё элементов субъективизма и волюнтаристских решений отдельных лиц, возглавлявших некоторое время органы госбезопасности СССР».

И Сахаровский совместно со Скрягиным принимает активные меры, чтобы поднять информационно-аналитическую работу центрального аппарата разведки на должный уровень.

Благодаря Филби была арестована группа албанских боевиков, направленных в свою страну для участия в антикоммунистическом перевороте. Ещё бы, если Филби принимал активное участие в их подготовке! Поэтому в Москве заранее узнали не только о точном времени высадки спецгруппы, её составе, вооружении, но и методах её подготовки. Мятежные албанцы отлично осознавали, на что шли. Их целью было физическое уничтожение тогдашнего лидера страны и установление проамериканского режима. Средства для этого было приказано применять самые жестокие. Так что разговоры, будто в результате сообщения Филби пострадали невинные люди, звучат смехотворно. Боевики получили то, что и было им предназначено.

Сорвалась, к изумлению американцев, и вторая попытка переворота. На этот раз боевиков, употреблю современный термин, забросили в Албанию на парашютах. Итог оказался тем же.

Во второй половине 1950-го последовала и третья высадка. На сей раз использовали новый приём. Диверсанты добрались до границы с Албанией через Италию и Югославию. Но здесь их уже ждали… Третья попытка, словно в спорте, оказалась завершающей.

На первый план вышла теперь задача забросить как можно больше шпионских групп в республики Прибалтики и на Украину. При этом между двумя спецслужбами, СИС и ЦРУ, возникли серьёзные разногласия. В этой схватке гигантов победило набравшее силу ЦРУ. Но всё равно шпионские группы, подготовленные в основном из коренных украинцев, бежавших после войны в Канаду, ждали неминуемые аресты. Филби передал даже имена агентов-парашютистов из трёх групп.

Все свои сообщения Филби передавал через Бёрджесса, работавшего в посольстве Англии в США. Советская разведка боялась засветить своего лучшего агента – Кима Филби. Правда, в американских источниках промелькнули сведения о встречах Филби с другим легендарным советским разведчиком – нелегалом Вильямом Фишером, известным нам и миру под именем полковника Рудольфа Абеля. Но и с ним, знакомым, очевидно, Филби ещё по его работе в довоенной Англии, встречаться приходилось вдали от Вашингтона – предположительно на территории Канады.

5 марта 1953 года умер Сталин. С его смертью не просто была перевернута очередная страница в истории нашей страны, но завершилась целая эпоха. И в истории не только СССР, но, пожалуй, всего человечества.

Перечислять все события, что последовали за 5 марта 1953 года, нет ни смысла, ни возможности.

А вот что рассказывал сын Судоплатова о том дне: «Вечером позвонил с работы отец и сообщил о смерти Сталина. Стало в доме как-то тихо, отрешённо. Через некоторое время отец приехал домой. Он закрылся в нашей комнате (где спали и занимались мы с братом) и долго не выходил. Я решил войти. Открыв дверь, я увидел, что отец лежит на одной из кроватей и беззвучно плачет. Я никогда не мог себе представить, чтобы этот закалённый житейскими бурями человек мог лить слезы, как все мы – дети. Я никому из домашних об этом не сказал. Второй раз он так же плакал, когда в больнице умерла мама».

Смерть И. В. Сталина внесла большие перемены в деятельность органов государственной безопасности. На состоявшемся 5 марта 1953 года совместном заседании Президиума Верховного Совета СССР, Совета министров СССР и ЦК КПСС было решено объединить МГБ и МВД в одно министерство: МВД СССР. В этот же день новым начальником советской внешней разведки стал генерал-лейтенант Василий Степанович Рясной, являвшийся до этого заместителем министра госбезопасности СССР.

Приказом МВД СССР № 002 от 14 марта 1953 года была утверждена структура МВД, согласно которой внешняя разведка вошла в МВД как Второе главное управление (ВГУ). А её главной задачей являлось «ведение разведывательной и контрразведывательной работы против капиталистических стран». Через несколько дней, 17 марта, был объявлен приказ о назначении Александра Михайловича Сахаровского заместителем начальника Второго главного управления МВД СССР и одновременно начальником его 12-го отдела.

Решено было объединить МВД СССР и МГБ СССР в единое Министерство внутренних дел СССР. Министром был назначен Лаврентий Берия.

Объединив два силовых ведомства – МГБ и МВД, Берия сосредоточил в своих руках власть, едва ли не превышающую власть самого Маленкова [29] (к слову сказать, в отличие от всех четырёх своих «первых» замов не имеющего никакого опыта самостоятельной государственной работы).

Признаться, автор был немало удивлён, когда услышал от нескольких ветеранов Лубянки, что почти все сотрудники выше среднего звена были рады возвращению Берии.

– Слава богу, – сказал Александр Коротков Виталию Чернявскому, – теперь закончится этот игнатьевский бардак и мы начнём нормально работать.

Коротков не таил на Берию обиды за давнее, почти годовое отлучение от службы. Теперь, по прошествии времени, он понимал, что положение Берии тогда было весьма непростым: он должен был фактически восстановить разведку и контрразведку после разгрома, учинённого на Лубянке «кровавым карликом» Ежовым, но делать всё так, чтобы ни в коем случае не бросить и подобия тени на Сталина. Он должен был убрать из НКВД прямых пособников Ежова, но и сохранить наиболее ценные кадры, которых к тому времени можно было по пальцам пересчитать. Да, тогда он жестоко обошёлся и с ним, и с Василием Зарубиным, и с Исхаком Ахмеровым, но в конце концов никого из них не посадил, не выгнал, а по прошествии времени вернул на прежние места, многих, в том числе его, Короткова, повысил и в звании, и в должности. Да, кремлёвские игры идут по сценариям, простым людям зачастую непонятным…