Чтение онлайн

Ответное предложение некроманта застало Ли врасплох. Уж таких слов она никак не ожидала услышать. Даже к своим собственным, про партнёра, бесконтрольно сказанным, женщина относилась довольно скептически. Мало ли, что хотело её подсознание или к чему взывала природа сущности, разум твердил об абсурдности заявления. А тут… Ли пропустила пальцы между заплетённых волос, откинула косицы за плечо и усмехнулась:

«Соревнование? Кто кого удивит больше? Пожалуй, признаю твою победу. И подпорчу триумф. Я не могу покинуть своих земель. Да и не хочу, если говорить откровенно. Но ты всегда здесь желанный гость, хотя…» – женщина взяла собранную одежду, открыла дверь, выпуская олицетворение детской радости навстречу отцу. – «Для гостя ты слишком часто к нам заглядываешь. Очевидно, ты уже сам стал жителем нашего скромного приюта», – улыбнулась она с порога хижины. – «К тому же сближению как раз способствуют тесные пространства», – и снова мысли из глубин её разума оформились в слова быстрее, чем намерение не выкладывать необдуманное сумело их развеять. Однако улыбка не покинула лица Ли: в конце концов, «сказанное» ничего не меняет. Нет же?..

«Не бывает нерешаемых задач. Я бы отдал в твоё распоряжение лучшую в королевстве лабораторию… и обширную территорию – для существ. Но раз тебя прельщает привычный уклад, я готов поступиться роскошью. Чтобы быть ближе. К тебе. И Эффалии. Я могу расценивать твои слова, как равноценное приглашение?» – не сводя с женщины глаз, колдун заключил подбежавшую девчушку в объятия.

Согласие почти облеклось в ёмкое «да», но в этот раз отчего-то застыло. Кое о ком Ли совсем позабыла.

«Широкий жест. Я ценю твою щедрость. Но дело касается не только меня. Существа тоже привыкают к своим владениям, не хотелось бы их тревожить. Равноценное же предложение я смогу сделать немного позже. Надо уладить один вопрос».

«Договорились», – Леонардо посмотрел на радостную дочь: – Итак, нужно подготовить твой разум к телепортации…

«Подожди. Возьми её вещи. На всякий случай».

Колдун снова поднял взор:

«Если нам потребуется одежда, я оберну её в шелка, и мы отправимся в Саджа-Гат: древний град на границе пустыни и подгорной саванны всегда изобиловал тканями. После, думаю, можно отметить приобретения дегустацией вин на винодельне братьев Шэхстц. Это в Виверхэле. Сладкие, как мёд. Эффалии понравится. В общем, занимайся своими делами и ни о чём не беспокойся», – Леонардо присел возле дочери и заглянул ей в глаза: – Начнём же…

«Я надеюсь, ты шутишь…» – вклинилось в процесс волнение женщины.

В ответ издали долетел аристократичный смех.

Юмор некроманта был редким, похожим на правду и оттого всегда неожиданным – шутливо погрозив силуэту кулаком, Ли вернулась в дом. Там её ждало неотложное по хозяйству, но оно было споро переделано. Пришло время сборов.

Женщина оделась в когда-то давно умыкнутые у Рихарда самые простые, рабочие, рубаху и штаны, ушитые насколько сумела, убрала волосы, оставив короткий хвост. Раз уж она решила ехать в город, хоть и внепланово, стоило совместить несколько дел.

Приоткрытая дверь алхимической пристройки. Ставший родным запах трав и реагентов. Два деревянных ящика наполнились глиняными горшочками, разноцветными флаконами самых разнообразных форм: от совсем заурядных до причудливых, украшенных позолотой, – зашуршала солома, чтобы сберечь их от повреждений.

Возвращение в дом. Шелест поднятого люка. Тёмная прохлада подпола. Наверх была вытащена пара мешков с увесистыми кусками мяса. Свежего. Специально отложенного для давней приятельницы.

Снова алхимическая лаборатория. Снятый со стены ремешок из пеньки: невзрачный, даже несмотря на вплетённые в него дымчатые кристаллы, все как один, полупрозрачные. Теперь они поблёскивали на запястье.

Женщина прихватила ещё два таких же ремешка, но размерами побольше. Опять вошла в дом. Средний – нацепила на лежавшую в проходе Кригу, а большой – накинув плащ, понесла к Хайят.

Путь до сарая искрился росой – добрая, хорошо провощённая кожа сапог не давала им намокнуть, но обратно Ли вернулась уже верхом.

Приторачивая ящики и мешки по обе стороны простенького, коричневого седла, женщина старательно отгоняла назойливые мысли о дочери: с чем же та вернётся после целого дня, проведённого с отцом? Беспокойство и любопытство сплелись воедино…

Ли ещё раз проверила крепления, поправила ошейник, сливавшийся с такой же верёвочной уздечкой, мысленно передёргиваясь от лицезрения грубой сбруи на изящной кобыле, но чем-то всегда приходится жертвовать: больше реальных элементов – проще поддерживать нужный образ. Осталось прихватить ещё пустые мешки для покупок и можно выдвигаться.

Ли только вскочила в седло, а Крига, до того наблюдавшая за ней с порога, уже неспешно протрусила вперёд, к их привычному месту.

– Эй! А кто закрывать за собой будет, а? – возмущённый крик нагнал удалявшуюся хищницу, но та и ухом не повела.

– Распоясались совсем! – не слезая с лошади, женщина громко захлопнула дверь.

Гиена остановилась, полуобернулась, опустив голову, и разве что не улыбнулась во всю пасть, коротко всхихикнув.

– Смеёшься, да? Ла-а-адно, – Ли мстительно припомнила, что кого-то она давненько не купала и этот кто-то ой как не любит сию процедуру.

С ручья тащился белым саваном туман. На зелёном полотне леса с каждым днём добавлялись новые красно-жёлтые мазки. Утро было уже по-осеннему холодным, а на поляне – непривычно пусто. Как на старом погосте в пасмурную погоду.

«Только некроманта и не хватает для завершения картины», – усмехнулась про себя Ли, и над лесом, словно в ответ на её мысли, пронеслось далёкое кроканье.

К счастью, мрачная пустота была временной. Урс всё ещё дремал в сарае, а Риффир, как всегда после удачной охоты, отсыпался в логове в лесу за хижиной.

Вчера необычная стая вернулась с тушей лося. Скелы и Хуги женщина уже не застала – вероятно, Рихард забрал их совсем рано, – поэтому только они с Кригой несколько переживали за реакцию Эффалии. Риф не стал дожидаться пробуждения девочки – отделив мощным клювом заднюю половину добычи, поспешил убраться к себе. Но взрыва эмоций от Эффи не последовало. Постояв на пороге, девочка пришлёпала к убиенному животному и с интересом принялась его рассматривать. Кажется, даже гиена облегчённо выдохнула: тяжело было забыть бурную истерику ребёнка в тот раз, когда на месте лося лежал молодой олень. Эффи так плакала, что смутила не только сильно привязанную к ней Кригу, но и компаньонок Рихарда, а потом слёзы сменились гневом – в добытчиков полетели выколупанные из площадки перед домом камни, отчего матёрые хищники и вовсе разбежались кто куда. Ли насилу успокоила дочь, уведя её в дом. Однако тем вечером ужин был без мяса.

Размеренный шаг Хайят приблизил женщину к дальнему краю поляны, где их уже поджидала сидевшая Крига. Кобыла привычно остановилась, а Ли сосредоточилась. В голове всплыл образ излюбленной лесной прогалины. Место безопасное. Всего в получасе езды от дороги к городу. Образ стал оборачиваться развёрнутым проходом. Удивительно, скольких усилий стоило то же самое в зверином облике. Но жизнь в последнее время настойчиво усложняла обыденные действия.

Взор смазало нечто зелёное – шумно бухнулось оземь. Рассеявшиеся мысли. Секундный полёт под перезвон стекла. Испуг, в одно мгновение пробудивший зверя. Однако на сей раз он не вырвался на свободу – покорно ждал разрешения. Нет, не сейчас. Ли всё ещё чувствовала под собой кобылу – застывшую изваянием, мелко подрагивавшую. Они стояли метрах в трёх от исходной точки. Портал захлопнулся – перед ним лежала сосновая ветвь величиною с рослого мужчину. Крига обнюхала её и, не обнаружив ничего примечательного, вновь уселась.

– Всё хорошо, девочка, всё хорошо, – успокаивающе поглаживая лошадь, Ли сползла на землю. Ноги предательски подогнулись, в глазах потемнело – не упала: схватилась за крыло седла.

Хайят повернула к женщине голову и сунула нос той под мышку: ото лба к ноздрям тянулась сеть царапин.

– Ну-ну, бедняжка моя… Досталось тебе, да? Сейчас поправим, – шептала Ли, почёсывая животное за ухом, а заодно и сама переводя дух. Чудо, что она не сверзилась с лошади и отделалась испугом. Конечно, в большей степени это была заслуга Хайят, ибо пересидеть неожиданный прыжок вбок крайне затруднительно, но кобыла всегда заботилась о всаднице, в любой ситуации, даже получив колючей ветвью по морде.