Чтение онлайн

Подушечки передних лап сбились и болели от бесконечных камней, задние же – постоянно оскальзывались. Теперь она на собственной шкуре чувствовала, как тяжело было Хайят, когда та впервые оказалась в Виверхэле. А ещё, дура, дивилась, глядя на жеребца Учителя и вспоминая, с какой лёгкостью перемещались местные лошади по узким горным тропам. В тот раз Рихард постоянно останавливался и ждал: мягко глядел на них, еле ковыляющих, то и дело отстающих. А сегодня она ловила снисходительный взор уже на себе. И это раздражало…

А вот Эффалия, в отличие от неё, была в восторге от путешествия. Меховая шубка не давала замёрзнуть, и даже, казалось, перепончатым крыльям нипочём перепады температур. Правда, иногда Эффи всё же их складывала, плотнее прижимая к пушистым бокам. Она весело носилась, всюду суя любопытный нос: то нависала над обрывом, то чуть не влетала в красные мхи, то заинтересованная запахом карабкалась по отвесной стене в поисках его источника, чем изрядно нервировала и без того измученную мать.

Когда же детёныш вконец притомился, Рихард одел ему на шею кожаный шнурок с медальонами, шерстяное платье до колен и штанишки, а потом завернул в заботливо припасённое одеяло. Оставшийся путь он нёс мирно посапывающую девочку на руках. Ли откровенно завидовала дочери, ибо ей Учитель не оставил пути отступления.

Налетел очередной порыв ветра, ударил колючим снегом, принесённым с вершины горы. Существо ещё сильнее прижало и без того отмороженные уши, попеременно поднимая намятые лапы.

– И долго собираешься так стоять? Эффалия тоже мёрзнет, – донеслось из-за спины, вливая новую струйку ярости – единственное, что хоть как-то грело.

Шипы хвоста больно врезались в незащищённую полосу на боку. Ничего не получается… К чему это представление?.. Только ребёнка застудить… Воздух вокруг моалгрена повис непроницаемой пеленой.

– Нет, – тихо, почти неслышно, не оставляя выбора, подавляя сопротивление.

Пелена послушно спала. Окончательно теряя самообладание, моалгрен резко развернулся, клацнув челюстями, но наткнулся на воздушный щит и улыбку мага.

– Неважно, какой облик ты носишь, – ты остаёшься собой, Шиари. Перед тобой элементарная задача. Просто открой портал. Разве это невыполнимо для тебя? – Учитель смотрел в зло прищуренные глаза, его голос успокаивал и вселял уверенность.

Зверь снова повернулся мордой к пропасти и в веренице воспоминаний ухватил изображение лесной поляны и хижины. Перед ним тонкой, изломанной линией разверзлась материя мироздания, пропуская багряные отсветы заката вместе с теплом и цветочно-травяным ароматом. Но вновь хлестнувший по спине ветер шкодливым котёнком ворвался в сознание, спутал нити образов, унёс с собой и видение, и тепло. Переход захлопнулся, оставляя лишь стынувшую кровь да разочарование.

Мягкая поступь Учителя. На плечо легла его ладонь. На фоне вездесущего холода она казалась горячей.

– Ещё раз.

* * *

Вскоре пространство рассёк портал. Едва Ли ступила на мягкую траву и почувствовала, что в сознании нет блока на перевоплощение, она без стеснения скинула осточертевшую за день звериную шкуру, что принесла столько мучений. Лесная прохлада лишь мимолётом коснулась обнажённой кожи – её заботливо окутал плащ, подарил вожделенное тепло. Обернув озябшие руки тканью, женщина стала растирать уши, к которым постепенно возвращалась чувствительность, и теперь их нещадно кололо. И тут разум словно обожгло: плащ тёплый… даже снаружи… Ли повернулась к Учителю, осторожно потрогала щёки и руки дочери – тёплые. Взгляд взмыл к лицу Рихарда. Тот изучающе смотрел, а в глазах отражалась хитрая улыбка, не затронувшая губ:

– А ты и правда думала, я дам девочке мёрзнуть? И сам буду? Впрочем, тебе тоже незачем было страдать… – не дожидаясь ответа, мужчина отправился в хижину, оставив Ли наедине с мыслями.

И в самом деле дура, раз такие предположения возникли в голове. Очередное подтверждение тому, что зверь и здравый рассудок – вещи малосовместимые. А он что? Хотел, чтобы она ещё при этом и колдовала? Может, всё-таки он дурак?

Движение слева привлекло внимание. Призрачным силуэтом в глубоких сумерках к Ли плыла Хайят. Женщина отогнала бесполезные мысли и зашагала ей навстречу, ибо ответ и так был очевиден: Рихард видел дальше неё. Если была возможность, даже самая небольшая вероятность – он шёл к ней и её заодно тащил, несмотря на все взбрыкивания и пререкания.

Кобыла нежно ткнулась носом в лицо, пошебуршала губой по щеке, вынуждая Ли улыбнуться. Поцеловав Хайят в розовый лоскуток бархата меж ноздрей, она вместе с лошадью направилась к сараю. Там их встретил Урс, лежавший в копне соломы. Мерин в привычной манере лишь на мгновение поднял голову и продолжил дальше неспешно ковыряться в подстилке.

– И я рада тебя видеть, Медведь.

Лошади были в порядке. Почесав кобыле лоб на прощание, Ли оставила их. Прошла вдоль сарая. С другой его стороны располагался курятник с отдельным входом. Здесь тоже всё шло своим чередом: одни разномастные обитательницы готовились ко сну, рассаживаясь по жердям, остальные лениво бродили в поисках просыпавшегося зерна. Поменяв закиданную сором воду на свежую, женщина заглянула в гнёзда – яиц нигде не было: то ли куры не успели снести новые, то ли её опередили.

Вернуться решила через задний двор. Ни Криги, ни её матери с сестрой, ни Риффира поблизости не было. Лишь стог сена, телега да пустой загон, сиротливо серевший в сгущающейся тьме, откуда разносился громкий стрекот сверчка. Не вернулись ещё с охоты…

Ли остановилась ненадолго послушать романтическую песнь невидимого исполнителя. Запрокинув голову, жадно смотрела на мерцавшие алмазы небесной сокровищницы. Сколько бы жизней она уже ни прожила, не переставала каждый день, каждый миг восхищаться чудесами окружавшего мира, не меньше чем подвластной магии и ещё не познанной.

Из ниоткуда налетевший ветер откинул полы плаща, взметнул волосы. Он пах водой и молодой зеленью. Ли опустила голову и перевела взор к широкому ручью, бежавшему по правому краю лесной поляны. За хижиной он поворачивал, устремлялся прочь с заднего двора, теряясь среди деревьев. На его изгибе росла старая ива, омывавшая склонённые ветви, словно дева длинные косы, в неторопливых водах. Здесь её высадил Рихард в первые годы, как Ли обжилась в этом уголке эльтаронского леса. Побег он принёс из очередного своего путешествия.

Зелёная волна пробежала по кроне, призывно качнула дерево. Ли быстрым шагом приблизилась к иве, скользнула под нефритовый полог. В тот же миг почувствовала касания ветвей к плечам, лицу. Над самым ухом прошелестело едва различимо:

– Иссохла?.. Поникла?..

Дрогнули полы плаща, пропуская прохладный воздух и тоненькие веточки, нежно коснувшиеся обнажённого тела.

– Щекотно, – поёжившись, с коротким смешком шепнула Ли, отступила назад, прижимаясь спиной к стволу.

Лёгкие касания сменились крепкими объятиями, а под плащом блуждали уже не веточки – хрупкие пальчики в кольцах молодой листвы. От них в тело полились струйки энергии. Её потоки Ли чувствовала и босыми ступнями, упиравшимися в корни.

«Хорошо?» – вновь прошелестело, уже в голове.

– Иначе не бывает. Благодарю, Ильхири, – полностью открывая сознание, сияла сытой улыбкой женщина.

Вместе они стали перебирать картинки сегодняшнего дня.

– Тяжело живётся братьям и сёстрам… Негостеприимная земля… – грустно выдохнула Ильхири в затылок.

– Увы, не всем даруется право выбирать как жить… – Ли перехватила запястье древесной девы и направила его к подшитому с внутренней стороны карману.

– Подарок? – уже веселее прошелестела Ильхири и выудила из него полотняный мешочек. – Что там?