Чтение онлайн

Алекс же, глядя на нее, не переставал умиляться:

– Ее словно тоже перенесли из моей эпохи, Кристиан. Ах, какая девочка! Какая женщина!

– Полная противоположность моей Сюзанне, - мрачно констатировал Кристиан.
– И вот эту говорящую змею ты заставишь меня соблазнять?

– Я пока не решил, - унял его страхи партнер.
– Жизнь покажет.

– То есть мы будем сюда таскаться, пока ты не скажешь "Будем брать"? А каким предлогом замотивировать наши визиты?

– Уже придумал, - парировал профессор.
– Мы будем репетировать пьесу Шекспира "Много шума из ничего". Беатриче будто срисована оттуда, ну а тебе придется стать Бенедиктом.

– Час от часу не легче! Зачем нам это?!

– Великолепные пьесы Шекспира (ты это не будешь отрицать?) известны пока только в Англии. Кому-то надо продвигать их на континент? Вот с Милана и начнем. Глядишь, зима незаметно пройдет, Беатриче сможем обуздать и публика к театру высококлассному потянется - а то все глазеет на кривляния Панталоне и Арлекино....

– Тогда, может, поставим трагедию? Мне "Гамлет" очень понравился....

– Эта пьеса о чужеземцах, а "Много шума..." - пьеса очень итальянская, веселая. И мы можем перенести действие в Милан. Из испанцев же оставим только негодяя Хуана. Не спорь, соглашайся.

– А где мы других актеров возьмем?

– Надо уговорить Джулио и Джованну, иначе никак. Ему дадим роль Клавдио, а ей - Геро. Джованна хоть родила троих детей, но выглядит очень молодо. И скромна как Геро.

– Там еще больше десятка ролей....

– Пригласим итальянских офицеров, а прислужниц Геро сыграют ее служанки. Саму же пьесу разыграем в галерее палаццо, а зрителей соберем во внутреннем дворе - туда войдет человек триста.

– Но пьесу надо еще перевести на итальянский язык!

– Что ж, посижу, поупираюсь. Ты можешь пока помечтать о чем-нибудь....

– До чего ты упрям, человек из будущего. Как асфальтовый каток....

– Ха-ха! Нахватался у меня образов....

Когда Кристиан появился-таки в палаццо Борромео, к нему первой из господ выскочила Беатриче:

– Где Вы изволили пропадать, синьор Анхальт? Гоняли по снегу своих солдат?

– А вот и нет, синьорита Беатриче, - улыбнулась пропажа.
– Решил вас очень-очень удивить. Все эти дни я переводил веселую комедию английского драматурга Шекспира "Molto Rumore Per Nulla" и теперь предлагаю нам разучить ее и сыграть перед публикой.

– Нам - это мне, Вам и кому еще?

– Джулио и Джованне, их слугам и моим итальянским офицерам.

– А Джулио об этом знает?

– Я ему расскажу, а Вы убедите. Или Вам не по душе моя затея?

– Очень по душе! Но хотелось бы все-таки эту пьесу прочесть....

– Всенепременно, синьорита. А с Джованной проблем Вы не предвидите?

– Ей тоже скучно, как и мне. И она еще не успела превратиться в матрону. Да вот сами у нее спросите....

Тут в гостиную вошла Джованна (миниатюрная, милая, домашняя) и рассказ Кристиана пошел по второму кругу - но задумка его была одобрена. Уговаривать Джулио пообещали обе дамы.

В итоге многочисленных переговоров все роли были розданы и доморощенные актеры стали их разучивать. Больше всего текста было у Беатриче и Кристиана, но они учили его в охотку, часто совместно и много при этом улыбались, взращивая взаимную приязнь. Потом пошли групповые репетиции, где все путались, а Кристиан, режиссируя сцены, злился. Злился, но вида не показывал (Алекс бы его заел). Хорошо хоть с декорациями и костюмами проблем не было - изображали практически современность. Постепенно сцены стали "вытанцовываться", а у актеров, осознавших это, появился интерес.

На общей репетиции вновь все пошло кувырком: надо было четко распределить массу актеров (более 20) и осуществлять контроль времени. Понадобился внешний режиссер, не участвующий в спектакле. Им стал сам кардинал Борромео, пришедший взглянуть на необыкновенную затею своей родни и странного кондотьера из Богемии. А в конце февраля состоялась репетиция генеральная, которой кардинал руководил уже с полным знанием дела.

– Что ж, - сказал он по ее завершении, - Нестыковок еще много, но спектакль получился. Я даже получил от него удовольствие. Будем через день представлять. Сбор публики я обеспечу.

Глава сорок третья. Представление началось

Первого марта 1624 г днем во дворе палаццо Борромео собрались самые изысканные жители Милана, но преимущественно молодые. Над этим скопищем людей (числом под 400) стоял ровный гул голосов. Взоры всех были обращены к галерее второго этажа, пока пустой. Но вот на нее вышел Ведущий, поднял руку, унимая голоса и начал пояснительный текст:

– Мы представляем на ваш суд свой спектакль по пьесе английского драматурга Вильяма Шекспира, которая называется "Много шума из ничего". В угоду миланцам место действия пьесы изменено на город Новару, хорошо вам известный. Время действия отнесено нами к походам Франческо Сфорца, то есть лет на 80 назад. Итак, войска Франческо одержали очередную победу и движутся на отдых в Новару. А вот перед вами граф Новары по имени Леонато, его дочь Геро и племянница Беатриче, а также гонец, прибывший от Сфорца.

Леонато берет из рук гонца письмо, читает и спрашивает:

– Из этого письма следует, что капитан-генерал прибудет вечером к нам в Новару?

Гонец: - Я оставил его милях в трех отсюда.

Леонато: - Сколько дворян вы потеряли в сражении?

Гонец: - Немного, а из знати - никого.

Леонато: - Победа является двойной, когда победители возвращаются без потерь. В письме говорится, что в битве особо отличился флорентиец по имени Клавдио. В Новаре живет его дядя, которого такая весть обрадует.

Беатриче: - Скажите, а синьор Фехтовальщик тоже возвращается?

Гонец: - В нашем войске я такого не знаю....

Геро: - Кузина имеет в виду синьора Бенедикта из Милана

Гонец: - А, наш весельчак! Он у нас заговоренный....

Беатриче: - Скажите, а много он на этой войне убил людей и съел? То есть много ли он убил? Потому что съесть убитых обещала я....

Леонато: - Право, племянница, ты слишком нападаешь на синьора Бенедикта. Он доблестный воин....

Беатриче: - Да, когда бывает с дамами; а каков он с кавалерами?

Леонато: - Не принимайте, сударь, всерьез выходок племянницы. Между ней и Бенедиктом идет шуточная война: стоит им сойтись, как начинается переброска остротами....

Беатриче: - А кто теперь его приятель? У него ведь каждый месяц новый названный братец....

Гонец: - Он чаще всего бывает в обществе того самого Клавдио.

Беатриче: - О господи! Он ведь хуже чумы! ППомоги Боже благородному Клавдио! Если он заразится Бенедиктом, леченье обойдется ему в тысячу дукатов.

Леонато: - Ну, племянница, как бы тебе не сойти с ума: ты ведь больше всех с Бенедиктом время проводишь....