Чтение онлайн

– А морфий колоть будете? Я по телику видел, всем с огнестрелами колют. – Бывшие омоновцы и остальные присутствующие зашикали на него, ктото даже дал ему легкий подзатыльник.

– Нне… надо… морфий, – послышался тихий голос майора.

– Ты как, Слава? – нагнулся к нему Коновалов.

– Терпимо. Чем меня так? И главное – когда? Доложите обстановку, – зачастил он вопросами, приподнимаясь на правом локте. С другой стороны его поддержал Ноздря.

– Командир, может, не нужно вставать? Давай мы тебя в «Газель» положим и домой отправим.

– Отставить сопли, старший лейтенант Сапрыкин, – сказал майор таким тоном, что омоновец сразу вспомнил, что он не просто Ноздря, а обученный боевой офицер МВД России, пусть бывший, однако от этого не потерявший достоинства.

– Слушаюсь. Есть, отставить! – четко и без тени иронии ответил он.

Вячеслав попытался встать, опираясь на больную ногу, но чуть не свалился обратно на землю. Его поддержало сразу несколько рук.

– Я в порядке. – Он отстранился от добровольных помощников, оставив при себе только Егора. – Итак…

– Да что тут докладывать… – начал Игорь как самый старший после Никифорова. – Противник полностью уничтожен. Погибших двое. Раненых двое, включая тебя. Второй тяжелый. Ему… откусили левую ногу. Сейчас оказывают медпомощь.

– Андрей. Моя вина, – проговорил Вячеслав. – Почему все столпились и не держите свои сектора? Вдруг нападавшие были не единственные в округе. Коновалов! И где третья группа? Вижу Алексея, а остальные?

Капитан виновато опустил взгляд. Тут снова влез Гвоздь:

– А мы там гнолла поймали.

Несколько пар глаз вытаращились на Леху.

– И молчал? – вызверился Игорь.

– Так я… Меня доложить… А вы все заняты были…

Ему не дали договорить. Вячеслав, превозмогая стреляющую боль в ноге, сквозь зубы сказал:

– Ну так докладывай.

– Когда мы сбоку навалились на них, а они драпанули… ктото завалил гнолла. Он – на землю, а его динозавр – прыгскок, и за развалины. Мы палили как бешеные. Я, кажется, двоих завалил. Короче, один из аборигенов вдруг вскочил и дал деру, да куда ему, подстреленному, с нами тягаться! Вадим… – Узрев, как Вячеслав мрачнеет лицом, Гвоздь поправился: – То есть, я хотел сказать, товарищ лейтенант Вадим Ходько догнал вражину – и с ноги ему по кумполу! – Еще больше смутившись, он продолжил: – То есть провел задержание нарушителя с использованием….

Все заржали, даже Никифоров весело морщился, превозмогая боль.

– Понятно. – Вячеслав повернулся к Коновалову: – Проверь, что с командой Вадима, и помоги, если нужно.

Игорь кивнул бойцам, чтобы следовали за ним, и, прихватив с собой Гвоздя, умчался к местонахождению своего непосредственного командира.

– Придется к боевой подготовке прибавить уроки литературного русского языка. Иначе подобные доклады сведут меня с ума, – вслух подумал майор.

Никифоров проследил взглядом за убывшими, затем проверил второго раненого. Андрей был совсем плох. Он потерял много крови и, видимо, находился в торпидной фазе шока – уже не кричал и не стонал, лишь учащенно дышал, слегка шевеля пересохшими губами. Было видно, что паренек вотвот потеряет сознание. Исполняющий обязанности врача боец уже перетянул обрубок, вколол обезболивающее и теперь пытался с помощью гемостатической губки остановить кровь.

Заметив командира, он отрицательно покачал головой.

– Срочно нужно доставить его домой. Если успеем, выживет, – хриплым голосом доложил он.

– Доставим, – пообещал Вячеслав. – Накрылся наш рейд медным тазом, – уже обращаясь к Сапрыкину, прокомментировал он.

– Это точно.

– Давайте Андрея на носилки – и в грузовую машину. Едем домой. Егор, помоги мне сесть в УАЗ. Нога разболелась ужас просто.

– Не вопрос.

Незадолго до отправления вернулись вторая и третья группы, волоча брыкающегося гнолла. Аборигена опутали найденной в развалинах проволокой и ремнями. Ктото не пожалел свою бандану на сооружение намордника для непокорного пленника.

– Почему так долго? – больше для проформы поинтересовался командир. Глядя на сумасшедшие телодвижения гнолла, и так было ясно почему.

– Не могли придумать, чем ему пасть перевязать. Гибкий и сильный, падла, попался, все укусить норовил.

– Прикладом его по голове. Нам он живой нужен, а не здоровый, – порекомендовал Никифоров.

Бойцы восприняли совет как инструкцию к действию и с радостью кинулись вводить поверженного противника в бессознательное состояние.

– Эй, аккуратнее! Я же сказал, он нужен живой, – забеспокоился Вячеслав. Побои сразу прекратились, и Ходько спросил:

– Куда его?

– А ты как думаешь? В «Газель», конечно. С Андреем вместе, только не забудь пару крепких парней с ним определить. Не ровен час, очнется, покалечит раненого.

– Не беспокойся. Я сам с ними поеду.

Когда гнолла утащили, Никифоров повернулся к Сапрыкину:

– Егор, догони Ходько и узнай, что они там нашли. Изза стычки совсем из головы вылетела причина, по которой мы здесь застряли. И еще, – бывший майор схватил Егора за рукав, – ты всетаки возьми одну машину и узнай, что с местной общиной. Мухой туда – и догоняй нас. Если найдешь живых, скажи, пусть спрячутся. Мы вернемся за ними завтра.

– Понял, сделаю.

Буквально через минуту Егор бегом вернулся вместе с Ходько, который отрапортовал:

– Нет нужды кудато ехать. Там вся община лежит. Многие мертвые в специально сделанном загоне. Судя по всему, некоторыми усиленно питались.

– Откуда такой вывод? Думаешь, аборигены?

– Если честно, я сильно сомневаюсь. Гноллы не насаживают части тел на шампуры и уж точно не будут пользоваться мангалом.

Новость просто шокировала Никифорова.

– Мда… – протянул он, на мгновение даже позабыв о раненой ноге. – Нужно будет обязательно вернуться и обследовать здесь все. Егор, твоя разведка отменяется.

– Я понял уже.

– Раз понял, тогда все по машинам – и домой.

Небольшая колонна клановцев развернулась в сторону базы. Рейд закончился неудачей, хотя, с другой стороны, могло быть гораздо хуже.

Александр сидел в своей комнате и уныло глядел на пыльные ботинки, размышляя о последних событиях, происходящих в городе. Ему не давал покоя тревожный вопрос: почему гноллы не предпринимают активных действий против клана и в то же время остальным зареченцам не дают головы поднять? Он пытался выстроить назойливые мысли в целостную картину, но изза недостатка информации ничего не получалось. Именно по этой причине Бер поддался уговорам Вячеслава и Игоря Коновалова совершить рейд по городу. Несмотря на нехорошие предчувствия, он согласился с доводами опытных офицеров и теперь не находил себе места от беспокойства.

В дверь постучали.

– Войдите, открыто, – пригласил Бер.

Дверь распахнулась, и в комнату влетел Пушок. Не останавливаясь, он кинулся к отпрянувшему от неожиданности Александру и лизнул его в лицо. Бер попытался оттолкнуть зверя, но ничего не получилось.

– Уйди, кабаняра бесстыжий, – попросил он. Пушок, будучи умным зверем, оставил хозяина комнаты в покое и переключился на Дану. Овчарка успела среагировать и спряталась между креслом и стеной, откуда послышался обиженный скулеж. Пушок попытался последовать за собакой, только Бер не позволил. Для этого ему пришлось встать и оттащить Настиного любимца от псины, а это было непросто, поскольку за последнее время зверюга значительно увеличилась в размерах.