Хроники Звёздного Народа
Шрифт:
– Не будем прощаться, Ария. Пожелаем друг другу удачи, – сказала Мать и исчезла вместе с вакциной.
В комнату вошла Ольга, неся на тарелочке четверть яблока, уже порезанного на маленькие кусочки. Она подошла к Арии и стала её кормить, заботливо отправляя ей в рот кусочек за кусочком.
– Тебя сильно напугали Странники?
– До жути. Но, с другой стороны, я понимаю, что так надо. Мать и ты такие же. Я благодарна за урок, а то вы меня разбаловали. Я общаюсь с вами, как с людьми.
– Ольга, ты очень умна. А у меня нет времени на подготовку. Тогда, в первом нашем разговоре, ты сказала, что чувствуешь, что речь идет о судьбе Земли.
– Я помню. Да. Я так чувствую.
– Ты готова к битве?
– У меня ведь нет выбора. Был. Но я его сделала. Я люблю. Люблю своего мужа, Землю, где я выросла, и даже этот мир, куда я попала. Если я предам свою любовь, с чем я останусь? Это будет хуже смерти.
– Но жизнь последующих двух-трёх часов покажется тебе вечностью, наполненной сплошным кошмаром.
– Возможно. Но как любил говорить мой Учитель, человек не знает своих возможностей. Есть шанс проверить.
– Тогда собирайся. Прикажи своему платью одеть тебя для открытого космоса, а потом действовать по обстоятельствам. Прекрасно. Попроси корону стать головным убором фараонов, а меня принять в качестве урея. А теперь идём.
– Куда? – растерянно спросила Ольга.
– Ольга, с этого мгновения ни о чём больше не спрашивай. Расслабься и доверься. Если, конечно, хочешь жить сама и сохранить жизнь другим.
– Хорошо. Я готова.
И Мать услышала голос Ольги:
– Мы покидаем корабль.
С этого мгновения Ольга будет каждую секунду умирать, а в следующую понимать, что ещё жива. Ещё не прошло и суток, как она покинула Землю, где, как теперь стало понятно, она вела ленивую и размеренную жизнь, не считая дни и даже годы. Теперь она знает, что секунда – это ужасно длинный промежуток времени, в течение которого может произойти столько событий, на описание которых может не хватить всей её жизни. За эти три с небольшим часа она дважды видела совершенно незнакомое звёздное небо. А теперь она с немыслимой скоростью одна летит в открытом космосе прямо в центр какой-то Галактики. Красиво, но жутко, так же, как при встрече со Странниками. Она непроизвольно выдаёт пароль.
– Молодец, – слышит Ольга голос Арии где-то внутри себя.
И тут же их обгоняют три серые фигуры в развевающихся плащах. В следующее мгновение всё исчезло. Очнулась она на гладкой поверхности, а вокруг всё небо было охвачено неимоверно ярким сиянием. Свечение было настолько ярким, что она закрыла глаза. Но ей пришлось их открыть от удивления. Кто-то очень чётко её голосом произнёс странную фразу:
– Мать, немедленно выпускай Ивана. Мой любимый становится прожорливее. Скоро уже не на что будет охотиться.
Но никого не было вокруг, и Ольга поняла, что произнесла эту фразу сама. «Что обо мне подумает Мирракс?» – мелькнула отчаянная мысль. Но она не успела её даже додумать, потому что из горла вырвался такой звук – не то свист, не то шипение, – что у неё остановилось дыхание. А до этого она, оказывается, дышала!
К её ногам посыпались палки, посохи, жезлы, кольца и поползли змеи. Но ползли они вяло и как бы не сами. Когда Ольга присмотрелась, то увидела, что те, которые ползли, были не в лучшем состоянии, чем Ария три часа назад. Недалеко сел огромный корабль. Из него вышел Иван. И Ольга, опять к своему удивлению, сказала:
– Через несколько секунд здесь не останется ни щепки, ни твоего корабля тоже.
Иван скрылся. Всё, что было около её ног, вихрем всосало в корабль. И корабля не стало, как и не было. Ольга подумала: «Как в страшном сне».
– Пошли! – сказала она вслух. – Вход в канал закроется через полторы секунды.
Она уже летела в кромешной тьме, когда произносила вторую половину фразы. «Я схожу с ума», – хотела подумать Ольга, но эту мысль перебила другая: «Моим голосом говорит Ария. Но кто, интересно, услышит мой слабенький голосок».
Но её слышали, и очень хорошо слышали. Как только корабль Матери взял на борт корабль Ивана, а его лицо высветилось на экране, Мирракс, не скрывая тревоги, крикнул:
– Как там Ольга? Ты её видел?
– Видел. С оторопелым лицом отдаёт приказы, которые слышно на половину Вселенной.
И тут, как бы в подтверждение его слов, они услышали последнюю фразу Ольги. Мать, Бэр и Мирракс исчезли.
На мостике остался только Сигл. Он теперь выглядел статным мужчиной, сильным и ловким, с такой же, как у Мирракса, копной волос цвета червонного золота. Его зеленовато-серые глаза были сосредоточены. Он ещё не успел обрадоваться своей метаморфозе, но управлять кораблём так было гораздо удобнее.
– Иван, пусть экипаж разделит подвижных и неподвижных по разным отсекам. Еду и воздух в оба. Где живые и мёртвые, разберёмся потом. А ты займись сетью. Та, что взяли с собой они, явно мала. И сразу ко мне. На тебе сеть и защита корабля. Всё остальное – моё.
Он тут же всеми десятью пальцами пробежался по клавиатуре коммуникатора.
– Ра, ты меня слышишь? Это Сигл.
– Да, мальчик. Ты так быстро соскучился?
– Ещё нет. Принимай немедленно энергию Сила по каналу Сириуса. Странники уже изнемогают. Боюсь, кто-нибудь погибнет.
– Почему таким сложным путём? Мог бы воспользоваться его каналом.
– Не мог. Там Мать и люди.
– Но Сила нет в его норе. Возможно, он в канале, побежал спасать свою казну.
– В канале его нет. Не ищи. Два дела не сделаешь, взорвёшься. Мать разберётся сама. Ей помогает Ария. Энергия пошла! Лови и Странника. Даже не знаю, как ты справишься.
В этот момент Мать услышала голос Ольги:
– Сил у себя в берлоге. Поторопитесь.
– Отлично! – откликнулся Бэр. – Возьмем тёпленького.
Но тут снова прозвучал голос Ольги:
– Василиса! Иди скорее домой!
– Вот теперь Ольга. Держитесь за меня, мальчики! Вот негодяй! Можем теперь не успеть.
А Ольга, поняв, наконец, что это не она говорит, а Ария, вдруг перестала быть. Она не знает, сколько продолжалось это небытие. Но когда оно закончилось, она увидела нечто невообразимое. Два страшных вихря метались, занимая собой почти всё обозримое пространство. Они сталкивались, переплетались, разлетались и снова сталкивались. Грохот, свист и треск рвали барабанные перепонки. Сверкали молнии, грандиозность которых приводила Ольгу в неописуемый ужас. И, в довершении всего, во всём этом хаосе Ольге слышалось ещё нечто осмысленное. Она уже не сомневалась, что это Ария слышит, а её просто нет.