Чтение онлайн

Глаза Шепа метнулись обратно ко мне, перебив меня на полуслове.

— Если ты думаешь, что есть хоть одно место, где я бы хотел быть больше, чем здесь, ты глубоко ошибаешься.

Мое дыхание сбилось от того жара, что вспыхнул в его взгляде — смесь раздражения и чего-то еще, чего-то теплого и волнующего. Шеп пробуждал во мне те части, о существовании которых я уже и не помнила. Те, которые всплывали только при чтении особенно хорошего любовного романа — такого, что напоминал: хэппи-энды всё ещё существуют, даже если только на страницах книги.

— Значит, это да?

Он усмехнулся:

— Это чертовски да.

У меня вырвался смешок:

— Ладно, тогда...

Я уже собиралась отнять руку от его груди, но Шеп перехватил ее и прижал к себе:

— Тея, я не хочу, чтобы ты чувствовала себя неловко. Так что ты устанавливаешь правила — я их соблюдаю. Все, как тебе надо.

Такой хороший. Слишком хороший, чтобы я могла позволить себе дотянуться... но я все равно это делала.

— Ты не заставляешь меня чувствовать себя неловко. Ты заставляешь меня хотеть... большего.

Янтарный взгляд блеснул золотом.

— Большего.

Я кивнула.

— Мне нравится большее, — его пальцы сомкнулись вокруг моих. — Спасибо, Тея.

— Пожалуйста.

Он сжал мою руку:

— А теперь как насчет того, чтобы я пригласил тебя на ужин?

— На ужин? — пискнула я.

— Ничего особенного, — успокоил Шеп. — Что насчет Рор? Горячее с гриля там намного вкуснее.

Я никогда не ела в Рор. Только брала еду на вынос или любовалась уютным интерьером сквозь окна, но ни разу не сидела в этих красных кабинках. Я не хотела рисковать — вдруг кто-то начнет разговор или проявит ко мне любопытство. Но с этим покончено. Если я хочу большего — придется тянуться за ним. А это значит, что у меня был только один ответ.

— Хорошо.

Шеп припарковал свой пикап у закусочной в стиле пятидесятых, над которой светилась неоновая бирюзово-красная вывеска The Soda Pop. Было еще рано, поэтому в заведении не толпилось, но и пустым его не назовешь. Я вытерла вдруг вспотевшие ладони о джинсы.

Это были самые приличные джинсы, какие у меня были. Я попросила Шепа немного подождать, пока приведу себя в порядок. Он сказал, что я и так выгляжу прекрасно, но я была не согласна. Поэтому, устроив Лося и котят, я постаралась на максимум за двадцать минут.

Темные джинсы и белая блузка с короткими рукавами и кружевными вставками. Немного теней, тушь и блеск для губ. И снова я решила обойтись без линз. Потому что хотела быть смелой. Хотела быть собой. Когда я вышла на улицу, Шеп окинул меня взглядом с головы до пят и сказал:

— Если это результат двадцати минут, мне крышка.

Мой живот тут же выдал целый акробатический номер, достойный Цирка дю Солей. Но теперь я задавалась вопросом — с чего я вообще решила, что такая уж храбрая? Что, если кто-то узнает меня как бывшую Брендана? Или, что еще хуже, с одного из тех сайтов?.. В горле запершило, но я сглотнула подступившую тошноту.

Чья-то рука скользнула в мою, пальцы переплелись. Такое простое движение — но оно тут же заземлило меня, сделало нас сильнее вместе, чем порознь.

— Если для тебя это слишком, я могу заказать еду навынос, и мы устроим пикник в каком-нибудь тихом месте.

Я перевела взгляд с закусочной на Шепа. В его лице было столько понимания.

— Я хочу зайти. Я всегда мечтала поесть здесь. У них на столах стоят маленькие музыкальные автоматы.

Уголки его губ дернулись в улыбке:

— Кажется, у меня даже найдутся пара монеток, чтобы заказать пару песен. — Он изучающе посмотрел на меня. — Договоримся так: если в какой-то момент станет тяжело — просто скажи, что тебе нужно уйти. Я попрошу счет, и мы уедем. Мы идем за большим, но не ценой боли.

Боль была и сейчас. Но она была красивой. От того, что мужчина давал мне то понимание, которое я даже не надеялась когда-либо получить.

— Иногда оно того стоит. Потому что то, что тебя ждет по ту сторону, становится в разы слаще после всего, через что ты прошла.

Шеп погладил мой палец большим, его движение было спокойным, уверенным.

— Обожаю, как ты видишь мир. — Он сжал мою руку чуть крепче, а потом отпустил. — Сиди здесь.

Я нахмурилась, когда Шеп выскочил из пикапа и обошёл машину, чтобы открыть мою дверь. И улыбнулся.

Живот снова перевернулся.

— Такой джентльмен.

Он тут же взял меня за руку, едва я встала на землю.

— Иногда, — прошептал он мне на ухо.

По коже пробежала дрожь — обещающая, многообещающая. Возьми себя в руки.

Если я едва держусь в руках по пути в закусочную, то как вообще собираюсь жить с этим мужчиной под одной крышей?

Будто услышав мои мысли, Шеп только шире улыбнулся, ведя меня ко входу в Рор.

— Не глумись, — буркнула я.

Он громко рассмеялся:

— Мне нравится знать, что я на тебя влияю.

Я метнула в него убийственный взгляд, но он только засмеялся сильнее.

Он уже тянулся к ручке двери, как вдруг она распахнулась изнутри. Шеп отступил, чтобы пропустить человека.

Мара.

Ее глаза засветились, когда она увидела Шепа, но мгновенно потухли, когда она заметила наши сцепленные руки.

— Шеп, — прохрипела она. — Тея. Рада вас видеть.

Я заметила, как Шеп поморщился.

— И мы тебя. Навынос?

Мара натянуто улыбнулась:

— Вечер кино с девчонками. Я отвечаю за еду.

— Здорово, — сказал Шеп.

— Ага, — ее взгляд скользнул на меня, потом снова на Шепа. — Хорошего вечера.

— И тебе, — пробормотала я.

Она развернулась и ушла так быстро, как только позволяли ноги.

Я подняла взгляд на Шепа:

— Такое ощущение, будто я только что вонзила ей нож в сердце.

Он тут же покачал головой:

— Мы с ней давно расстались. И все было не серьезно.

— А она хотела, чтобы было, — это не было вопросом. Я видела это по ее глазам, и раньше в пекарне, и сейчас.

— Возможно, — честно сказал Шеп. — Но я не чувствовал к ней того же. Это не было... больше.

Мое дыхание сбилось. Но я поняла.

Он сжал мою ладонь:

— Не позволяй этой встрече испортить вечер. Мы должны съесть столько жареного и выпить столько молочных коктейлей, сколько в нас влезет.

Он прав. Это должен был быть хороший вечер. Первый шаг к нормальной жизни. К настоящей жизни.

— Звучит идеально.

Он повел нас внутрь и усадил в свободную кабинку. Я скользнула по красной кожаной обивке, разглядывая очаровательную атмосферу пятидесятых, пока к нам не подошла женщина в розовом платье с красной отделкой — прямо как из той эпохи.