Чтение онлайн

Когда пегасы замедлили бег и остановились, укладывая вдоль спины крылья, Саэрэй обратил внимание Альеэро на кучки мусора и просто бумажки, перепархивающие с помощью воздушных потоков с одного места на другое. Ратуша стояла закрытой, хоть время было уже рабочее, и даже сторожа при здании кучер не выстучал. И лишь кое-где в домах были открыты ставни, но зеленщик уже раскладывал на лотках свой утренний товар, сбрызгивая его водой.

Альеэро спрыгнул с подножки фаэтона и медленным шагом подошел к пожилому мужчине.

– Здравствуйте, господин зеленщик. Доброго Вам дня и хорошего дохода!

– И Вам здравствовать, господин Ромьенус!
– Мужчина, несомненно, узнал фамильные черты лица и рыжие волосы, поскольку такой цвет встречался в этом мире только у детей Клана Змей.
– Чем могу служить?

– Скажите, а почему закрыта ратуша? И на улицах так грязно? Люди где?

– Так Вы что, ничего не знаете?

– И что я должен знать? Давайте присядем в тенек, пока у Вас нет покупателей, и Вы мне все расскажете.

Через полоборота, подарив зеленщику монету, Змей сел в фаэтон к Сааминьшу и задумчиво сказал:

– Знаешь, Саэрэй, действительно, гоняясь от скуки за развлечениями, я забросил порядок в собственном доме. И как после этого мне может довериться совершенно посторонний ребенок, если во мне виден только эгоизм и желание получить удовольствие любым путем?! Видимо, моя душа ему показалась близкой этому, - он провел рукой, - всеобщему безделью и бардаку.

– Какие умные слова, Альеэро! И, как моему будущему родственнику, я тебе обязательно помогу. Знаешь, ведь кроме Юори, у меня две дочери... Хорошенькие...

– Я в курсе, Сааминьш. Прошу, полетай над городом, поищи след Иржи. А я пока тут... поисправляю.

Саэрэй выпрыгнул из фаэтона и помахал руками, разминая плечи.

– И все-таки мужчине пристало думать о девушках, Альеэро, а не о чужих сынах Клана.

– Ты его еще не усыновил. А о Главе Клана думать можно?
– Ореховые глаза с плавающими в них золотинками пристально взглянули в очи Сааминьша.

– Тьфу на тебя, бестолковый!
– Сказал, отворачиваясь, Саэрэй и плавно перетек в драконий облик.

– Эй, я жду известий, противный!
– Крикнул ему вдогонку Альеэро, пряча ехидную усмешку.

И вот, дракон, набрав высоту, уже скрылся за крышами зданий.

А Ромьенус, сосредоточившись, снова щелкнул пальцами.

На заплеванную и грязную мостовую, в халате на голом и исхудавшем теле, свалился градоправитель в одном тапочке. Другая нога вызывающе сверкала босой желтой пяткой. Глаза, не успевшие привыкнуть к резкому переходу от полутьмы к свету, заслезились, и он не сразу понял, что произошло и кто перед ним стоит.

Народ, живущий в домах у площади, просыпался, бросал утренние дела и, боязливо перебирая ногами, выходил посмотреть.

Наконец, чиновник проморгался и взглянул в нужном направлении. И рухнул на колени, опустив голову. Альеэро снова щелкнул пальцами и поставил силовую клетку. И через секунду в ней оказалась роскошная, в прозрачном кружевном белье, жена отвечающего за город лица. Улыбнувшись всем сразу, отчего мужики застонали, а женщины зашипели и придвинулись, сжав кулаки и сумки, ближе, роскошная женщина подошла к гудящим линиям и, не дотрагиваясь до них, прошептала, облизывая пухлые розовые губы:

– Поймал, любимый!

Градоправитель вскочил на ноги и, пошатываясь, подошел к клети:

– А я, рыбка моя, русалочка?!
– он попытался дернуть прозрачный силовой прут, но был отброшен на кучу мусора и, сильно ударившись, не смог подняться. Тогда, закрыв рукой глаза, он заплакал. А Альеэро, подойдя к прутьям, поинтересовался:

– У нас была договоренность. Зачем ты пришла на наши земли?

Он стоял и смотрел, как женщина, пытаясь его очаровать, окутывается черным с красными молниями, никому не видимым, кроме магов, дымом, опутывающим сладкой сексуальной иллюзией душу, и разъедающим ее суть.

– Ты меня-то хоть не очаровывай, красотка. Говори, кто тебя выпустил?

Неожиданно прекрасная женщина превратилась в красноглазого тощего уродца с корявыми лапками, который проквакал:

– Твоя взяла, Альеэро, как и всегда!

– Так будет и впредь. Так почему ты нарушила договоренность и залезла в мои земли?

– Так родственничек твой выпустил. Такой синеглазый. Сам распечатал шахту и пригласил именем Ромьенусов пожить в долине. Мы тоже не поверили, так он перстень с печатью показал. Именной. Вашего Клана. Ну и мы пошли.

– Сколько вас?
– свел брови Альеэро.

– Четверо. Остальные и вылезать-то от греха подальше не захотели. Им и бесов с чертями подпитаться хватает.

– А ты?

– Любопытство проклятое заело. Знала ведь, что добром не кончится!
– Существо шмыгнуло сморщенным носиком и вздохнуло.

По толпе прошла возмущенная волна. Бабы разворачивались к своим мужикам, сжимая кулаки и засучивая рукава. Те трусливо опускали глаза и норовили выскочить из-под обстрела. Послышался первый и хлесткий звук пощечины. За ней - глухой удар. Толпа начала потихоньку выметаться с площади.

– Стоять!
– Рявкнул Альеэро так, что в окнах зазвенели стекла.
– Всем немедленно выйти на работу и вычистить город. Гвардейцам, незаконно присвоившим въездные пошлины, будет удержана зарплата в двухмесячном размере. Все чиновники, бравшие взятки, будут лишены имущества и высланы в рудники. Семьи - за пределы города. Новый градоправитель приступит к обязанностям завтра. Все свободны.

Народ сдуло ветром, но через некоторое время на площади появились трезвые мужики с метлами и магическими пылесосами. Они деловито собирали дурно пахнущие кучи в мешки и утилизировали их портативными распылителями.

– А теперь с вами, господа. Я могу отпустить тебя обратно, суккубочка. С теми же условиями, что и раньше. Но, если я еще раз увижу кого-либо на поверхности из твоей братии, пеняйте на себя. Уничтожу без предупреждения. Согласна донести мои слова до своих?

– Согласна, моя любовь...

Альеэро поморщился и открыл клеть. Существо вышло и, сняв с пальца обручальное кольцо, бросило его на землю. Оно вспыхнуло белым божественным огнем и сгорело.

– Спасибо, Ромьенус. Живи счастливо.
– Суккуб подняла красноглазую голову.
– А мальчика твоего тут нет.