Художник
Шрифт:
– О, Капка, Дишка! Это к нам Тони таки пришел... Мы тебя уже и не ждали, - шаги ускорились, а лестница в ужасе затрещала, - думали, сгинул на чужбине, касатик. Хотели скинуться, свечу поставить, но свечи опять подорожали! Ни стыда, ни совести у этих молельщиков, одни убытки благочестивой душе и совершенно пустому карману! А у нас опять все плохо. Пинчо как на заработки уехал, так и монетка в кармане не валяется, и крошки хлеба в доме нет! И белье-то все в заплатах!
Иржи и Йожеф переглянулись и, опустив головы, захихикали.
Откуда-то сверху, наконец, спустилась огромная троллиха и, изящно огибая бочкообразным телом развешанное белье, четко вышла на голос.
– Здравствуй, Тони! Ай, как поправился, растолстел на чужих хлебах, видно, хорошо заплатили?
– Поинтересовалась Тарма, поджав тонкие губы. Из-за ее обширной спины выглядывали две молодые девушки-троллицы, улыбаясь и опуская реснички под эльфийским насмешливым взглядом.
– Здравствуй, тетка Тарма! Говоришь, Пинчо на заработках?
– Тебя-то не было, а кто еще даст такую хорошую работу и столько монет маленькому Пинчо? Вот и пришлось ему уехать!
– Она укоризненно посмотрела на Тони, словно он был виноват в их финансовых трудностях.
– Не стони, тетка Тарма. Вот тебе в счет будущих услуг.
– Он протянул ей руку с мелочью, которая тут же исчезла сначала в огромной лапище, а затем - в необъятном кармане.
– А Пурито, надеюсь, никуда не делся?
– Ох, да куда ж он денется? Сидит, шьет. Только заказов совсем мало! Даже в его маленький желудок положить нечего! Разве это заказы? Две строчки, три точки да мои невысыхающие слезы! А чего ты хотел?
– Заблестели ее маленькие глазки.
– Мальчиков одеть.
Тетка Тарма тут же оценила и прикинула. И большой рот расплылся в улыбке:
– Ой, да проходите же скорей! Пурито сразу все бросит и займется только вами! А другие заказы подождут!
– Ты говорила, что их нет?
– Все-таки не выдержал Тони.
– Или мне к Дженди подойти?
– Нет-нет!
– испугалась троллиха.
– Пурито все сошьет быстро, да и скидочку сделает! Ты иди!
Мощное тело с упертыми в бока локтями встало так, что обратного пути, кроме как через комнатку Пурито, уже не было. Поэтому эльф, потянув перекошенную створку на себя и немного придержав отваливающуюся доску, открыл дверь и вошел внутрь. А мальчишки - за ним.
Оказавшись в темной комнате, заваленной отрезами тканей, бумажными выкройками и какими-то обрывками, Тони, придерживаясь за стеллаж, двинулся дальше и открыл вторую дверь. В этом помещении было светло. Огромное окно занимало почти всю стену. Напротив него висело большое зеркало, около которого стояли одетые в подколотые заготовки манекены. Рядом с ним стоял широкий и невысокий стол, на котором сидел парнишка, похожий приземистой фигуркой и чертами лица на тетку Тарму.
– Здравствуй, маленький гений большой моды!
– поздоровался Тони.
– Здравствуйте!
– улыбнулся сразу всем парень и отложил в сторону разрезаемый им материал.
– Что-то будете заказывать?
– Будем, Пурито. У тебя есть что-нибудь готовое вот на этих молодых людей? А то видишь, в чем приходится появляться на людях?
– Готовое?
– он смерил мальчишек профессиональным взглядом.
– Что-то есть. Сейчас посмотрю.
Он соскочил со стола и, подпрыгивая, удалился в закрытую комнату. Скоро оттуда послышался шум, треск и ругань.
Иржи с Йожефом переглянулись и посмотрели на Тони.
– Не волнуйтесь, - прошептал он.
– Многие вещи, изготовленные Пурито, продаются в городских центральных магазинах, выдаваемые за островные. Ну и с соответствующей наценкой. Со своих же он берет совсем недорого. А младший сынишка тетки Тармы, Пинчо, частенько помогал в моих расследованиях. Кто обратит внимание на маленького троллика, болтающегося под ногами? А он, между прочим, умный, и память у него великолепная!
Тем временем, из комнаты вышел Пурито, неся охапку готовой одежды.
– Вот, хотел продать Линесским эльфам, да они вчера не забрали. Посмотрите, что из этого подойдет!
– он бросил ворох вещей на стол и встал рядом.
Иржи с Йожефом тут же начали разбирать вещи. Рубашки, штаны - все было качественным, и красиво пошито из дорогой ткани, которая не мялась и долго носилась.
– Это отличная одежда!
– сказал Иржи эльфу.
– Боюсь, мы с тобой долго не расплатимся.
Тони махнул рукой:
– Но не дороже жизни, парень. Берите все, что надо. Да побыстрее. Нас еще ждет белье и обувь.
– Скажи, Пурито, а у тебя есть приличные брюки и рубашка с курткой из ткани попроще, но чтобы хорошо отстирывались от краски?
– Сейчас.
– Тролль снова удалился в комнатку, откуда раздался очередной шмяк.
– Меряйте!
– Парень принес синий комбинезон, состоящий из брюк и пришитой к поясу грудке на эластичных лямках.
Иржи примерил по очереди все, что себе отложил. Одежда сидела так, словно мальчишка шил прямо по его мерке. Рядом пыхтел довольный Фаркаш.
Эльф посмотрел на парней:
– Вот прямо так и идите, не снимайте. А то неудобно по центру с такими босяками прогуливаться. Вдруг привлекут за попрошайничество?
– И он подмигнул сыну тетки Тармы. Тот покраснел.
– Сколько?
– как ни в чем не бывало, поинтересовался эльф.
Тот повозил босым пальцем по полу и выдавил, борясь с собственной жаждой наживы:
– Пятнадцать монет!
Эльф покачал головой и почмокал губами.
– Пурито, Пурито! Если бы я не знал тебя еще крошкой, то подумал, что ты хочешь на мне нажиться. Но ты, наверное, ошибся?
Парень покраснел еще сильнее и покрылся потом:
– Только для тебя, Тони, отдам за десять...
– он тоскливо посмотрел на сшитую его руками одежду.
– Забирайте!
Тони достал из кармана тоненький, но объемный после раскладки, мешок и сгреб в него все, в том числе и старую одежду ребят.
– Спасибо, Пурито, ты - настоящий гений!
– И, открыв дверь, вынырнул сначала в темную комнату, а потом, придержав отходящую доску, во двор, перетянутый бельем.
– А теперь уходим очень быстро!
– скомандовал он.