Чтение онлайн

– Знаю, да, чужак. Надо помочь.

Клички животным Николай не давал, не желая привязываться слишком сильно. Он не мог оставить их у себя. Им нужен был новый дом и любящие хозяева. А ему рано или поздно предстояло их отпустить. И хорошо, если при этом, душу не будет рвать на части.

И с этим парнем Николай собирался поступить примерно так же: ни о чём не расспрашивать, не касаться его жизни. Даже имени не узнавать, чтобы не связываться с тем, кто скорее всего был замешан во что-то противозаконное. Иначе нашёл бы себе нормального врача.

– Коля! – позвал его парень, не зная, что он не любил этот вариант своего имени.

И что вообще не собирался его говорить. Но видимо Кай заочно его представил.

– Что? – Николай вернулся к нему.

– Подумал, что ты обо мне забыл. – Парень улыбнулся, демонстрируя идеальные зубы.

– Да я бы с радостью. – Николай подошёл к раковине. Тщательно вымыл руки. – Умойся, – скомандовал парню. – Бумажное полотенце под раковиной.

Пока тот осторожно отмывал кровь с лица, Николай достал аптечку первой помощи. Обработал руки антисептиком, натянул перчатки.

Парень вернулся на своё место. Николай подошёл к нему и взял за подбородок, приподняв лицо. Осторожно ощупал нос.

– Перелом, есть небольшое смещение, но кости вроде не раздроблены, – вынес вердикт. – Повезло тебе. Я вправлю, есть такой опыт. Но всё равно, как будет возможность, сходи к специалисту. Теперь держись.

Парень, видимо машинально, схватился за столешницу. Николай двумя выверенными движениями вправил нос.

– Какого!.. – парень дёрнулся, потом отшатнулся от него. Из носа снова пошла кровь, и Николай протянул ему заранее заготовленные ватные тампоны. – Нельзя было предупредить, что будет так больно?

– Чтобы ты ещё больше заорал? Как кровь остановится, скажи. Сменим тампоны. С ними придётся походить некоторое время.

Пока пациент приходил в себя, Николай, глядя на него, вспомнил, как в юности не раз и не два помогал брату и его друзьям. Те часто вписывались в какие-то разборки, и не всегда возвращались целыми. Для него помощь им была тем, чем для обычных людей помощь бездомным котам или собакам. Вот только Николай никогда бы не притронулся к лечению людей, если бы не брат.

– Теперь руку. – Николай мечтал поскорее разобраться с не самым приятным для себя занятием.

– Ты так же зверски это сделаешь? Не дам!

– Тогда езжай в больницу.

Николай поправил ворот рубашки. Не сразу вспомнив, что так и не переоделся после свидания. Отнял руку, надеясь, что не оставил на голубой клетке следы крови. Было бы жаль лишиться единственной рубашки, которую никто из животных не драл, не кусал, не рвал и не пачкал. Остальная одежда подобным похвастаться не могла.

– А ты езжай на свою встречу. – Парень выплюнул слова с непонятной для Николая обидой в голосе. Кто из них в этой ситуации вообще жертва? – Не могу я поехать в больницу. Мне нельзя привлекать к себе лишнее внимание. Держи, живодёр. – Протянул руку.

Николай мог бы ответить ему что-нибудь «ласковое», но не хотелось растягивать процесс общения. Потому он молча осмотрел повреждённый палец.

– Тут надо будет наложить шину. После.

– После чего? – Парень сжал губы, когда Николай дернул фалангу на себя. – Понял, уточнять не надо.

– Садись. – Николай указал на кресло. – У тебя не перелом был, а вывих. Сейчас я сделаю фиксирующую повязку из того, что есть. Завтра купишь специальный фиксатор. И не дёргайся так, больно не будет.

– Ага, все вы так говорите. – Парень схватился за столешницу. – Я Макс, кстати.

Николай раздосадованно цокнул. Вот зачем он? Не хотел же знать его имя. Фиксируя палец, старался не смотреть на Макса, всё ещё надеясь абстрагироваться и от него, и от его истории.

– Теперь займёмся твоим лицом.

Николай собирался провести по нему ватным диском, смоченным хлоргексидином, но Макс отстранился.

– Док, ты меня усыпить решил?

– Ага, и изнасиловать. – Глупая шутка вырвалась сама собой.

Макс отреагировал мгновенно. Сжав его руку, процедил:

– Следи за языком.

– А ты за руками. – Николай высвободился и снова потянулся к его лицу. Макс опустил взгляд, но с извинениями не спешил. Надутые вены на висках и шее выдавали то, насколько он напряжён. То ли от того, что Николай к нему прикасался, то ли от самой ситуации. —Не дёргайся, и я быстрее закончу.

С лицом и руками Макса Николай управился довольно споро. При том, что зачем-то обработал даже самые мелкие ссадины. Вопреки своему принципу, а может, потому, что тот назвал своё имя, перестав быть анонимом с улицы, Николай незаметно разглядывал его: высокие скулы, красиво очерченные мышцы груди, которые не скрывала тонкая ткань футболки. Из-под круглого ворота выглядывал кусочек татуировки, но понять, что именно набито, Николай не смог. Чисто внешне Макс был хорош. Даже стало немного жаль, что такая красота шла в комплекте с несносным характером.

– Ты закончил? —Спросил Макс, стоило Николаю замешкаться. – Я…– Не успел договорить, прерванный урчанием своего живот.

Вздохнув, потому что отпустить голодным того, кого только что врачевал, не позволяла совесть, Николай спросил:

– Есть будешь?

—Жидкий или сухой? – Макс улыбнулся, говоря немного в нос.

– Жидкий.

Из мини-холодильника Николай достал банку супа. Половину он съел сам в обед, а половину придерживал для Кота. Что ж, как и планировал, покормит живое существо. Только двуногое.

Пока суп разогревался в микроволновке, достал керамическую миску – новую, которую хотел подарить Коту вместо старой пластиковой. Рядом положил одноразовую ложку.

– Я, что, псина сутулая, чтобы есть из миски? – Макс отодвинул её от себя, едва не разлив суп на стол.

– У меня ничего другого тут нет. – Николай не врал.

Глубокие пластиковые тарелки закончились. Обычную же посуду, оставшуюся от деда, почти всю отвёз к родителям. На двух этажах клиники и по совместительству дома не осталось ничего лишнего. Но на мойку посуды времени почти не было, поэтому чаще в доступе оставалась одноразовая. Освободившееся пространство Николай переоборудовал под себя и нужды клиники.