Чтение онлайн

— Думаешь, меня это волнует? — спокойно ответил я.

— Думаю, тебе все равно на мое мнение. Но что насчет мнения Тани? — Глеб склонил голову набок и изогнул бровь. — Ты забыл, что сделал с моей сестрой?

Я откинул голову назад.

— Ты забыл, как причинил ей боль?

Мое тело застыло подобно статуе.

— Забыл, как унизил ее?

С моих губ само собой сорвалось:

— Заткнись.

— Забыл, как заставил ее чувствовать себя никчемной?

Я закрыл глаза и опустил голову.

— Заткнись, — вновь процедил я сквозь зубы.

— И из всех дней ты выбрал ее день рождения.

Открыв глаза и подняв голову, я рявкнул:

— Я сказал, заткнись!

В глазах Глеба появился довольный блеск, когда он улыбнулся.

— И знаешь, что было хуже всего?

Я не мог ответить. И не только потому, что у меня было море вариантов, а потому, что мое дрожало от ярости.

— Это был тот день, когда она нуждалась в тебе больше всего.

Мое горло сжалось, чувство вины и раскаяния скрутили желудок, а ровное пламя внутри меня превратилось в бушующий огонь, который прожег дыру в груди.

Что он имел в виду?

Почему именно в этот день она нуждалась во мне больше всего?

Я не мог найти слов, чтобы просто сказать “отвали”. Кожу стало покалывать, а внутри всё сжалось. Я никогда не задумывался о том, что сделал с Таней, потому что хотел двигаться дальше, не заостряясь на болезненном прошлом. А оттого что Глеб только что сказал, мне стало не по себе и желание врезать кулаком по его самодовольной физиономии усилилось в несколько раз.

— Что ж, мне пора возвращаться к своей семье, — сказал он и его губы растянулись в знакомой насмешливой улыбке. — Мне нужно кое-что обсудить с сестрой.

Но я не слышал его.

Я все еще ощущал себя так, словно меня отметелели битой.

Кажется, из этой игры я вышел проигравшим…

— Наслаждайся вечером, Данил.

И подобно своей сестре, Глеб ушел, не оглянувшись, но я даже не заметил его ухода.

POV Таня

В огромном танцевальном зале было невыносимо жарко.

Я стояла рядом с деловыми партнерами отца, вполуха слушая, как они восторженно отзывались о благотворительном вечере.

Заметив Глеба, вернувшегося в зал, я испустила вздох облегчения. Я не сводила с него глаз, пока он приближался к нам, чтобы проверить, не разбит ли у него нос или не окровавлены ли губы. Потому что я не сомневалась, что он мог умышленно спровоцировать Громова на выплеск ярости. И я не винила бы Данила, если бы он так и сделал. Я видела, как Данил смотрел на него, и выражение его лица было мрачным, именно поэтому я посмешила вмешаться, хоть и неудачно.

Глеб натянуто улыбнулся и покровительственно положил руку мне на поясницу, а я постаралась не отшатнуться от его обжигающего прикосновения. Поприветствовав деловых партнеров, он с готовностью включился в их разговор.

Я в это время ничего не могла с собой поделать. Мой взгляд то и дело устремлялся к арочной нише в поисках Данила. Прошел уже целый час, а его все еще не было видно. Должно быть, он ушел и это заставило меня забеспокоиться. Наверняка Глеб что-нибудь ему сказал.

Я покачала головой, испытывая отвращение к самой себе.

Неужели я так и не усвоила этот урок?

Неужели мне придется пережить еще одно разбитое сердце, прежде чем я, наконец, сделаю все соответствующие выводы?

Ему нельзя было доверять.

Но мои противоречивые поступки заставили меня думать, что со мной было что-то не так.

Заставили думать, что я жаждала боли от разбитого сердца.

Заставили меня понять, что я была слабой, когда дело касалось его.

— Он смотрит на тебя.

Мы с Глебом сидели одни за столиком, когда он произнес эти слова. Вдруг мое внимание привлекла стайка хихикающих несовершеннолетних девочек за соседним столиком позади нас и я лениво подумала, как они раздобыли развеселившее их шампанское.

Вернув внимание к брату, я также лениво спросила:

— Кто?

— Громов.

Не теряя ни секунды, я ответила:

— Быть может, он смотрит наНастю Антоновуза соседним столиком.

Его брови поползли вверх.

— Настю? А разве она не встречается с его лучшим другом?

— Нет. У его лучшего друга есть девушка, которая является полной противоположностью Антоновой.

— Любопытно. И ты думаешь, Данил заинтересован ею?

Я одарил его слащавой улыбкой и сказал:

— Не знала, что ты заинтересован в Громове.

— Я просто забочусь о своих интересах, — сказал он и его губы искривились в сардонической улыбке.

У меня не было ответа на его заявление. В голове только лишь крутилась мысль о том, как я умудрилась пропустить возвращение Данила.

— Он ведь не интересуется тобой, правда?

Бросив на него равнодушный взгляд, или, как я надеялась, равнодушный, я сказала ему:

— Мы даже не друзья.

— Так почему же я застал вас двоих на балконе?

Отказавшись отвечать, я отпила из стоящего передо мной стакана воды. Брат ухмыльнулся с моей неразговорчивости.

— Просто убедись, что он держится подальше от тебя, Таня. А ты подальше от него, — он наклонился ко мне и продолжил низким, угрожающим тоном, от которого меня бросило в дрожь: —Потому что у меня есть на тебя планы, в которые он не входит.

Мое сердце подпрыгнуло, а затем замерло.

Я отпрянула от него и ужас, отразившийся на моем лице, прозвучал в моем голосе:

— Что ты имеешь в виду?

— Тебе не обязательно знать, — улыбнувшись холодной улыбкой, брат поднял свой бокал с шампанским. — По крайней мере, пока.

О Боже…

Нет, нет, нет!

— Что ты сделал, Глеб?!

Его улыбка исчезла, сменившись суровым видом.

— Что я говорил об уважении?

— Глеб, бра… братишка, — мой голос дрожал, а горло горело. — Что ты сделал?

В его глазах что-то быстро промелькнуло, а потом так же быстро исчезло.

— Тише, сестренка, — назидательно произнес он, прежде чем его взгляд скользнул в сторону. — Илья идет.

Я посмотрела на своего наставника, который сел рядом с Глебом за стол. Я сквозь боль проглотила ком в горле, который перекрывал мне кислород. Это помогло — я снова могла дышать, хотя и неглубоко.

— Илья, — поприветствовал моего наставника Глеб, протягивая ему руку для рукопожатия. — Как дела?

— Хорошо, — ответил Илья Артемович. — Рад тебя видеть, Глеб.

Я наблюдала за этим обменом доброжелательными репликами с отработанным артистизмом и улыбкой, хотя мне так и хотелось прогнать его к чертовой матери, чтобы я могла продолжить разговор с моим чертовым братом.