Чтение онлайн

— Так он тебе не нравится? — спросил Череп, как только догнал меня.

— Кто?

— Громов. Ты же танцевала только с ним.

Я тихо застонала.

Только не это…

— Я танцевала с ним, потому что он пригласил меня на танец, — быстро ответила я. — А ты же знаешь, что это дурной тон — без причины отказывать, к тому же столь важной персоне, как Громов.

— Такому высокопоставленному снобу, — едва различимо пробормотал Кирилл, после чего задумчиво добавил: — Да, наверное, ты права.

Голоса впереди заставили Черепа остановиться. Мы приближались к кафедре, у входа в которую толпилось несколько человек. Я остановилась следом и посмотрела на своегостарого друга.

— Тебя не должны видеть со мной, — сказал он с извиняющейся улыбкой.

Я кивнула и с улыбкой сказала:

— Увидимся, Череп.

Он отдал мне честь и вернулся туда, откуда мы пришли, а я продолжила путь к своей цели.

Никто не знал, что мы с Кириллом были знакомы. Сейчас я бы не назвала его своим другом. Как и он меня. На самом деле прошло уже много лет с тех пор, как мы в последний раз общались друг с другом, поскольку я старалась избегать его, да и он меня тоже.

Когда он впервые пришел в нашу школу, он был маленьким, тощим ребенком, который всегда держался особняком.

Все почти не обращали на него внимания, а оттого у него совсем не было друзей.

А потом он совершил фатальную ошибку — признался в чувствах Насте Антоновой.

Я была там, когда произошло это признание и не могла поверить ни собственным ушам, ни глазам. Как ему могла понравиться Настя, которая была признана самой злобной стервой школы? По ней сохли многие мальчики и я искренне не понимала, что они в ней такого находили, чтобы пускать по ней слюни. У нее ведь из достоинств был лишь богатый отец и кило змеиного яда, который можно было сцедить с ее клыков.

Из-за этого признания над Кириллом начали издеваться.

Над ним подшучивали, обзывали и избивали после уроков. Несколько раз мне удалось спасти его, просто появившись в качестве свидетеля, да еще и с такой громкой фамилией, как моя. Но, честно говоря, я не планировала предотвращать ни одного нападения на него, потому что мне было просто всё равно. После того, что Данил сделал со мной, я перестала заботиться о многих вещах и сильно отстранилась от людей.

Он был в лазарете, когда мы впервые заговорили друг с другом. Я тогда бежала на урок, неудачно споткнулась, разбив колено, и пошла к медсестре, чтобы обработать свою свежую ссадину. Но медсестры внутри не оказалось, зато на кушетке лежал побитый Кирилл. Я уже собиралась уходить, как вдруг он заговорил со мной, не вставая со своего места.

— В том шкафу, — пробормотал он и я повернулась к нему.

— Что?

Он мотнул подбородком в сторону шкафчика.

— Перекись, вата и бинты там.

Я уставилась на него. Его голубые глаза были пустыми, лицо ничего не выражало и не имело синяков, но я знала, что оказался он здесь не просто так. Хулиганы старались не бить его по лицу, поскольку его бабушка и дедушка были весьма влиятельными людьми в городе, способными доставить серьезные проблемы обидчикам своего единственного внука, но поскольку Кирилл никогда не доносил на них, его не переставали обижать. И хотя его глаза были пустыми, я видела, как в их глубине плескалась боль.

У меня болезненно сжалось сердце. Это было все равно, что смотреть в зеркало.

Внезапно его глаза вспыхнули и он, тихо застонав и схватившись за ребра, соскочил с кушетки. Он подошел к шкафчику и сам достал то, что мне было нужно.

— Сядь, — сказал он мне.

— Давай я сама, — нахмурилась я от его явного посыла.

— Не бойся. Я сделаю это даже лучше, чем ты, — возразил он. — Я уже давно этим занимаюсь.

У меня не было слов, я лишь стояла и продолжала молча таращиться на Кирилла. Он же не стал ждать моего послушания и, взяв меня за руку, потянул к кушетке, на которой еще недавно отлеживался после очередных побоев. Я сидела неподвижно, пока он бережно обрабатывал мое колено и даже дул, когда мне было слишком больно.

Я посмотрела на него, на его бледную кожу, на его каштановые волосы с неровной челкой, частично закрывающей глаза.

И я поняла.

Он был таким же, как я.

Разбитым, безжизненным, несчастным…

— С тобой всё будет хорошо, Кирилл, — тихо сказала я, не зная, откуда взялись эти слова, но мне просто внезапно захотелось сказать ему это. Поддержать…

Он поднял голову и некоторое время пристально смотрел на меня.

— А с тобой? — после долгой паузы спросил он.

Я поджала губы.

Осознание своей правоты не облегчило боль в моей груди.

— И со мной тоже… когда-нибудь.

Так началась наша странная дружба.

Мы встречались в лазарете, он часто бывал там, притворяясь больным или являясь им, а я пробиралась туда, чтобы просто поговорить с ним. Я не хотела себе в этом признаваться, но он казался мнеинтересным. Он был удивительно разговорчивым, порою наивным и… ну, забавно глуповатым. Он с трудом усваивал учебный материал и я помогала ему с уроками, когда могла. Ему нравилось, что я никогда не задавала вопросов об обижающих его хулиганах или о Насте, а мне просто нравилась его компания.

Но потом я увидела, что он стал общаться с Данилом и Лешей Орловым.

Он выглядел счастливее.

Здоровее.

И тьма в его глазах исчезла.

Я даже не почувствовала предательства оттого, что потеряла его из-зачеловека, которого когда-то считала своим другом, который когда-то давно разбил мне сердце и теперь отнял единственного друга.

Все, что я почувствовала, — это облегчение. Я была искренне рада видеть Кирилла счастливым. И не побитым…

Я больше никогда не ходила в лазарет.

И он тоже.

Так закончилась моя очередная дружба.

POV Даня

Я провел рукой по волосам, издав усталый вздох. Мои мысли были заняты лучшим другом, который сегодня ужинал с Ксюшей и ее родителями. Я волновался за него и не мог не нервничать. Невозможно было предположить, что сделает или не сделает Орлов на этом вечере знакомства с родителями своей девушки.

И неизвестно было, что мог сделать отец Ксюши при виде такого зятя. Ну, будущего, разумеется. По крайней мере, я надеялся на подобный исход отношений своего друга…

Но мрачные мысли продолжали терзать мою беспокойную голову. Вдруг он ударит Леху за то, что тот ляпнет что не то? Орлов же был дерзок на язык, он мог с легкостью нагрубить и тем самым нажить проблем себе на зад.

Черт возьми, ему нужно было отказаться от этого приглашения или отмазаться, сказав, что у него болит живот, зуб, зад, да что угодно, лишь бы только не идти туда. Но Леха этого не сделал, он со всей готовностью отправился на вечер с неопределенным концом. А когда я попытался завести об этом разговор и предостеречь друга, Орлов лишь сказал мне, не лезть не в свое дело, и повез Ксюшу домой.