Чтение онлайн

Камеры они втянули внутрь еще перед прыжком. С того места, где он находился, Реннер видел туманное красное свечение, которое постепенно становилось черным. Вражеские лазеры, должно быть, поливали своими лучами Поле Лэнгстона "Синдбада".

–  Да... Лады. Поле сдерживает их. А вы... как быстро вы приходите в себя, Джойс, - пробормотал Реннер и огляделся. Ему казалось, что его голова отделилась от тела и вращается где-то очень далеко. До него донеслись проклятия Бекмана, пытающегося восстановить кровообращение в онемевших пальцах, чтобы выставить камеру за Поле. Руки Блейна тряслись и дергались, когда он подносил их к приборам. Гораций Бери пребывал в созерцательной нирване. Взгляд его был пуст и безмятежен, а на губах застыла странная улыбка.

Наконец, магната "прозвонили" его "доктора" и выдали заключение. Тахикардия, сердечная недостаточность, язвы, нарушение пищеварения, и... Эх, нескоро ты справишься с этим! Невозможно бороться с прыжковым шоком.

–  Давайте з-з-з... Зонд, - проговорил астрофизик.
– Все, я врубил его.
– На мониторе Реннера появилось изображение. Оно прыгало, дрожало, дергалось, словно рыскало за чем-то, потом стало ослепительно зеленым. Ясно. Лазеры использует только один корабль, - кивнул Бекман.
– Кто у нас отвечает за артиллерию?

–  Я, - ответил Реннер, не доверяя обстрел Блейну. Конечно, Кевин Блейн обучался в ИВКФ, но его воспитывали Посредники. В любом случае сейчас нельзя было задействовать Блейна, равно как и Трухильо. К тому же, на "Синдбаде" не было изобилия пушек. Сигнальный лазер - в несколько тысяч раз мощнее, чем нужно, достаточно пригоден для того, чтобы "припереть к стенке" вооруженное торговое судно, но о том, чтобы использовать его против настоящих боевых кораблей, не могло быть и речи.

Насколько серьезной мишенью был вражеский корабль? И вообще, стоит ли им стрелять в ответ? И где "Антропос"? "Синдбад" прошел прыжковую точку последним. Должно быть Раулингз работает над тем, чтобы защитить "Синдбад".

Зеленое свечение заплясало, закачалось и расплылось. Потеря фокуса. Теперь пятно превратилось в зеленую точку, окаймленную красным ободком и с ослепительным желто-белым гало, оно расширилось, потом раздулось в фиолетовый шар, затем - пуф!
– и исчезло.

Как только этот враг пропал, небо сразу стало чистым.

Реннер всматривался в небо, и ему показалось, что такое бывает на вечеринках в честь дня рождения. Перед ним расстилалось бесконечное звездное пространство, наполненное разноцветными шарами, привязанными друг к другу светящимися ниточками. "Синдбад" угодил в самое пекло сражения. Казалось, что корабли исчислялись сотнями. Не говоря уже о количестве сражающихся сторон, и о том, кто был кем. "Синдбад" отличался от остальных своим расплывчатым темно-красным Полем, изливающим накопленную энергию. Он больше не находился под атакой.

–  Бекман, задействуйте антенну!

–  Сделано. Теперь мы "достаем" корабли по всем направлениям. Кстати, не так уж много кораблей двигаются к Мошке... По-моему, я вижу "Антропос".

Оранжевое пятнышко, близкое, холодное... постепенно темнеющее и становящееся красным, но не сжимающееся. Определенно - это "Антропос". То, что мошкиты создали Поле Лэнгстона, круто изменяло военную стратегию Империи; но их Поле было большого диаметра, тогда как "Антропос" был построен для дежурства в Глазу, где расширение Поля приводило к увеличению поглощения жара, исходящего от звезды.

–  У меня на связи "Антропос", - доложил Бекман.

–  Отлично, - сказал Реннер.
– Раулингз, как вы?

–  Положение стабильное. Нас атаковали, как только мы преодолели прыжковую точку, капитан Реннер. Здесь две флотилии, одна обстреливает нас, вторая - эту флотилию. Когда корабль с послом мошкитов "Фидиппидес" проходил через точку, они обстреляли его. Я остановился напротив и обстрелял их в ответ. Как только я это сделал, все остальные вступили в бой.

–  Что с "Фидиппидесом"?

–  Сейчас он находится по другую сторону от нас, и его Поле расширяется. Оно совершенно желтое и с каждой минутой становится все хуже и хуже. В ответ меня не обстреляли. Теперь мы напротив вражеского корабля. Положение не критическое, если они не начнут торпедирование.

–  Вы можете защитить "Фидиппидеса"?

–  Да, сэр. Мы не можем связаться с другой флотилией, но они, похоже, сотрудничают с нами. Мы уничтожили один из вражеских кораблей, который оказался между нами, после того, как вы прошли прыжковую точку. Сэр, мы еще не видим торпед, пока они используют только лазеры и пучки заряженных частиц. Мы идем на соединение с главной флотилией, но кроме вас и корабля мошкитов я не вижу ни одного объекта. Это значит, что все пушки и все корабли окружены Полями...

–  "Синдбад", говорит "Фидиппидес". Вы целы? Мошкит говорил голосом Горация Бери, немного гнусавя, возможно, еще не отойдя окончательно после прыжкового шока, несмотря на, что мошкиты совершили прыжок задолго до "Синдбада". Реннер поморщился и сказал:

–  Продолжайте, коммандер Раулингз. Вы великолепно справляетесь со своей задачей. Попытаюсь раздобыть информацию.

Не требовалось разъяснять мошкитам, что эти слова означали, чтобы Раулингз вел себя как можно осторожней.

–  Евдокс, это Реннер. Кто в нас стреляет?

Перед Кевином мгновенно возник статический искаженный силуэт мошкиты.

–  Назову их... Генгис Хан и Монгольская Орда. Они - бандиты, и у них большая и прочно укоренившаяся группа. Когда прыжковая точка Безумного Эдди переместилась, на нас напало Ханство. Однако мы считаем, что они здесь ради нашей кометы.

–  Ты сказала "комета", Евдокс?
– переспросил Реннер изумленно.

–  Ресурсы, Кевин. Мы пригнали комету из ближнего Пространства, чтобы снабжать промышленным сырьем наблюдательный флот Медины у новой прыжковой точки, которую мы дожидались. Черт подери, большинство их них защищает комету.

–  Ну же, Евдокс. С кем мы сражаемся? У нас есть союзники? Если есть, то как нам их распознать? Ты в безопасности? Учти, тебе нельзя сражаться.

–  Защита на подходе. И не пытайся сражаться, Кевин. Я уведу тебя к нашей базе, в безопасное место. Воины Медины идут к нам на защиту. Они обеспечат наш отход.

–  Ты вовсе не с Мошки-1, - внезапно вырвалось у Реннера.

–  Нет, нет, нет, - тотчас же отозвалась мошкита.
– На Мошке-1 они уничтожали сами себя, и пока не изобрели даже керамику. Мединская торговая группа в настоящее время обосновалась в Облаке Оорта вместе с союзниками на спутниках Мошки-2 и в других регионах. Ваше защитное Поле мы удачно использовали для сбора космических отходов, но комета - это самое главное наше приобретение.

Расположение кораблей вдали изменилось... и спустя некоторое время преобразилось полностью. В небе виднелись сверкающие точки и более крупные пятна; повсюду метались атакуемые и атакующие корабли. Их было несколько сотен, и все они сходились к точке, расположенной между "Синдбадом" и главным скоплением военных кораблей. Поле "Фидиппидеса" стало холодным и съежившимся, пока его союзники уничтожали атакующие его корабли.

Непросто было понять, что творилось в космосе, если помнить о том, что все происходило со скоростью света. Реннер не мог разглядеть даже ближайшие корабли, пролетевшие мимо в первые полминуты. Сражение могло длиться три или четыре световых минуты и развернуться на десятки миллионов километров. И все они... нет, только ближайшие к "Синдбаду" корабли отреагировали на внезапное появление трех кораблей в новой прыжковой точке. Некоторые корабли шли на защиту "Фидиппидеса" и для эскортировки Имперских судов, некоторые - чтобы атаковать их. Но, где-то очень далеко, Реннер заметил еще один ослепительно-белый, икрящийся свет, ползущий за холодным белым свечением, исходящим от хвоста кометы.