Хвостоуны. Книга 2. Гиены на каникулах
Шрифт:
– Что случилось, сынок? – забеспокоился мистер Хвостоун и наклонился к ребёнку.
– Нога! А-а-ай, болит!
– Ох, бедный Бобби, – проговорил мистер Хвостоун. – Дай взглянуть!
Он осторожно стянул с ноги Бобби носок, и все уставились на весьма и весьма волосатую щиколотку.
Бобби стонал.
– Кайл… он пытался отобрать у меня медаль. Но я не дал ему!
Он вздрогнул.
– Нога-то прям распухла! – горько заметил Джордж. – Плохо дело!
Бобби попробовал встать, но боль оказалась слишком сильной. Он захныкал:
– Я не… не могу… наступать на неё.
– Я понесу тебя, – успокоил сына мистер Хвостоун, поднял его и движением пожарника перекинул через своё плечо.
– Лучше отвезти беднягу в больницу, – сказал Джордж. – Ему нужен рентген, это сто процентов. Апчхи!
Глава 4
Вы, наверное, думаете, что для Бобби и остальных Хвостоунов поездка в больницу и тем более на рентген стала бы проблемой?
Вы правы. Дело именно в том, что они – животные, а не люди. И форма их костей совсем не такая, как у нас. У любого врача определённо возникнут ненужные подозрения. Доктора будут почёсывать затылки, призывать на помощь консультантов, и вся правда вылезет наружу очень скоро – так что тайная жизнь Хвостоунов в Теддингтоне превратится в руины.
– Я всегда опасалась, что нечто подобное рано или поздно случится, – произнесла миссис Хвостоун, когда они наконец оказались в безопасности в своём доме на Фэйрфилд-роуд, 41. Бобби лежал на софе на кипе подушек, а Бетти прикладывала к его повреждённой ноге пакет замороженного горошка. – Что же нам теперь делать? Ему нужен врач, Фред, нужен, но ни один доктор не поверит, что перед ним человеческий ребёнок, увидев рентгеновские снимки!
– М-м-м, главное – не паниковать, – ответил мистер Хвостоун, бродя по комнате взад и вперёд. – Я что-нибудь придумаю.
Правда, для мистера Хвостоуна лучшим решением любой проблемы всегда считалась шутка.
Все посмеялись, несмотря на всю серьёзность положения, и это подстегнуло мистера Хвостоуна пошутить ещё разок…
Смех получился ещё более дружным, но мистер Мак-Тупинс первым остановился и заметил, что так они ни за что не решат проблему.
– Ещё одну шуточку, пожалуйста! – попросил Бобби. – Когда я смеюсь, мне не так больно.
– Отвлекаться от болячки! – скрипнула Миранда.
– Хорошо, хорошо. Последняя шутка «Доктор, доктор». Дайте подумать… – замялся мистер Хвостоун. – Ага, вот!
Хохот вновь прервал мистер Мак-Тупинс.
– Да! Вот оно! – воскликнул он.
– Что? – не понял дядя Тони.
– Давайте притворимся, будто Бобби – собака. У них с гиенами ведь кости похожи, да?
– Верно. Но как это нам поможет? – недоумевала теперь миссис Хвостоун.
– Ветеринар, – просто ответил мистер Мак-Тупинс. – Мы скажем, что Бобби – наш пёсик, и отведём к ветеринару, а не к человеческому доктору. Он-то и сделает рентген и скажет, что дальше.
Пока все обдумывали это предложение, стояла тишина.
Бобби заговорил первым:
– Вы имеете в виду сменить мою одежду на поводок и ошейник?
– Да, именно так, – подтвердил Найджел.
– А мне надо будет гавкать и вытворять всякие собачьи штучки?
– Ага.
– Писать на фонарные столбы?
– Э-эм, ну если хочешь.
– Есть из миски и закапывать косточки в саду?
Миссис Хвостоун печально поглядела на сына:
– Прости, но, видимо, это единственный выход…
– Но мне НРАВИТСЯ эта идея! – с азартом воскликнул Бобби. – Я смогу кувыркаться в грязи, тащить в рот всё подряд, тереться попой о мебель!..
– Давай вот без этого, а? – прервала мечтания Бобби мать, бросив взгляд на новенькую софу.
– А можно и я тогда стану собачкой? – поинтересовалась Бетти.
– Нет, милая, мне кажется, одной собаки нам вполне хватит, – ответила Амелия.
– Великолепная идея. Молодчина, Найджел! – сказал мистер Хвостоун, пожимая мистеру Мак-Тупинсу лапу. – Где у нас тут ближайшая ветклиника?
– Есть одна на главной улице, – вспомнил дядя Тони. – По соседству с кафе-мороженым!
Но прежде чем отправиться к доктору, Бобби необходимо было усвоить ещё несколько вещей.
Вам может показаться странным, что Бобби – гиене, притворяющейся человеком всю свою жизнь, – теперь необходимо было прекратить изображать человека и начать вести себя как животное. Да, это и правда странновато, соглашусь. Но уж простите, я просто рассказываю историю в том виде, в каком сам её услышал. И уж если она, на ваш взгляд, необычна и удивительна, просто продолжайте читать – и следите, что произойдёт дальше. Вы ещё ничего толком и не знаете.
В тот же день мистер Мак-Тупинс вернулся из зоомагазина с симпатичными красными ошейником и поводком; Бобби снял с себя одежду и опустился на четыре лапы – и, поскольку одна из них была повреждена, ему пришлось подпрыгивать на трёх.
– Ух! Какое же это удовольствие – позволить хвосту вилять куда ему угодно! Блаженство! – вздыхал Бобби.
– Хорошо-хорошо, – сказал мистер Хвостоун. – Но послушай. Ты не должен разговаривать. Совсем! Понимаешь?
– Да, – ответил Бобби.
– Нет! – вскрикнул отец. – Не говори! Ты же собака. Ты можешь только тявкать, помни. Животные не умеют разговаривать, ну, по крайней мере так считают люди.
– Я всё понял, – подтвердил Бобби.
– Нет, нет, ничегошеньки ты не понял, – застонала миссис Хвостоун. – Давай же, скажи: «Гав!»
– Гав! – выкрикнул Бобби. – Правильно?
Это могло бы продолжаться ещё долго, так что мистер и миссис Хвостоуны подтвердили: всё хорошо.
– А как насчёт намордника? – предложила Бетти, недобро поглядывая на брата.
– Нет, пожалуйста, не заставляйте меня носить намордник! Все же будут из-за него думать, что я опасный злой пёс!
– Ну-у, это намного лучше, чем говорящий пёс, по-моему, – хихикнула Бетти.
Бобби ещё раз вздохнул.
– Гав, гав! – добавил он к этому вздоху.
– Вот, так сойдёт! Теперь помаши хвостом, да подружелюбнее! – инструктировала миссис Хвостоун. С этим у Бобби сложилось лучше: ему и по жизни нелегко было останавливать свой хвост от беспрестанного повиливания. (На самом деле хвост его приходилось довольно туго закреплять на талии с помощью изоленты – иначе штаны его смотрелись бы странновато.)