Чтение онлайн

– Здесь по-другому, - сказал я и ткнул пальцем в сторону входа.
– Пообедаем в теньке?

Давер согласился, и мы зашли внутрь. Холл был с высоким потолком, стены, от пола и примерно до пояса оббиты панелями из выцветшего дерева. Выше когда-то были обои, от которых теперь остались лишь рваные клочки. На вздыбившемся паркете, поверх немногочисленного мусора, лежал слой пыли. В центре холла подымалась на второй этаж деревянная лестница с украшенными тонкой резьбой перилами. Сквозь мутные окна на пол падали косые лучи, в которых плавала поднятая нами пыль. С первого же взгляда было понятно: время в этом месте сначала забарахлило, работая лишь временами, а потом окончательно сломалось. Одиноко стоял в углу перекосившийся стул, лежала на ступеньках картонная коробка, видимо оброненная в страшной спешке - эти вещи провели здесь целую вечность, но не сломались, не разрушились под тяжестью прошедших лет.

Ференц вытер лицо платком и стал подниматься по лестнице. Я смотрел ему в спину, прислушиваясь к своим ощущениям и ожидая чего-то. Чего? Того, что Давер замрёт, покроется пылью, как всё здесь и следующее движение сделает только через сотню лет? Я бы этому не удивился, но Ференц прошагал по скрипучим ступеням и скрылся. Я двинулся за ним, гладя ладонью затёртые от миллионов прикосновений перила, пробуя кончиками пальцев старую резьбу. Поднятая пыль присоединилась к уже летавшей, и я чихнул.

– Будьте здоровы, - сказал сверху Давер.
– И посмотрите, что я нашел.

Я ускорил шаг. Давер стоял в первой же комнате, повернувшись к раскрытому окну и держа в руках раскрытую книгу.

– Откуда это у вас?
– спросил я удивлённо.

– С собой принёс!
– хмыкнул Давер и показал на шкаф у стены.

Шкаф походил на старшего брата того стула, что стоял в холле: такой же скособоченный, держащийся на честном слове или на грязи, что налипла на нём. Полки были пусты, лишь на самом верху валялись несколько книг, старинных, из пластика, служивших в электронную эру скорее изысканными сувенирами, чем реальными хранилищами информации. Я достал одну и подошел к окну. Тёплый ветер дохнул мне в лицо, принялся весело трепать страницы, едва я открыл книгу.

– Ничего не понимаю, - сообщил мне Давер, оторвавшись от чтения.
– Что за странные буквы?

Я заглянул в свою книгу, потом в его, и предвкушение сменилось разочарованием.

– Раньше, до апокалипсиса, кроме всеобщего универсального языка у каждой нации был свой язык, - пояснил я.
– Говорили всё равно на всеобщем, но, как дань традициям, изучали ещё и свой, родной. Поэтому видимо книга и сделана в пластике, а не в электронном виде. Тоже как дань традиции.

Давер кивнул.

– Если бы мы были людьми и имели соответствующих предков, из этих книг бы вышел великолепный подарок. А так они похоже бесполезны.

С этим я с готовностью согласился, и мы прямо здесь расположились к обеду. Для очистки совести я проверил книги на наличие информационных отпечатков, но те были девственно чисты. Я не удивился, почему-то был уверен, что во всём здании не найду ни одной истории. Мы сели напротив друг друга, использовав вместо сидений древние книги. Я покончил с обедом быстрее Давера, вытер руки о куртку и привалился к стене. Навалилась дрёма, я медленно моргнул, борясь с потяжелевшими веками.

– Ничего не работает!
– затравленным голосом сказал Давер.

– Что?
– я с трудом открыл глаза.

Напротив меня сидел не Давер, а совсем молодой парень лет семнадцати-восемнадцати. Со странной прической - длинные чёрные волосы уложены так, что похожи на перья, и торчат в разные стороны, образуя замысловатый, но красивый узор. Похожий узор пробивался сквозь грязь на флуоресцирующей одежде.

– Ты кто?
– спросил я.

– Все линии обрезаны!
– с отчаяньем воскликнул подросток и хлопнул по коленке каким-то устройством.
– Даже подключиться не могу!

– Где Давер?
– спросил я тупо.

– Да я уже всё перепробовал!
– ответил подросток. Смотрел он прямо на меня, но разговаривал словно с кем-то другим.
– Наверно где-то авария случилась. В городе словно с ума все сошли!

Я встал, и юноша поднялся вслед за мной, вглядываясь мне в глаза.

– Ты чего?
– спросил он.

Я не ответил. Мне только сейчас стало понятно, насколько это интересно - изучать реакции живого существа, следить, как меняются его эмоции, как боль сменяет экстаз, как бесконтрольным потоком несутся в его голове мысли и образы. Я стиснул щёки и нижнюю челюсть подростка ладонями и легко, как пушинку поднял над полом. Его затылок стукнулся о стену, юноша что-то закричал, но я уже не вслушивался в слова. Большие пальцы двинулись выше, уперлись в глазные яблоки парня. Надавили слегка, потом всё сильнее и сильнее...

Я вздрогнул и открыл глаза. Напротив меня сидел Давер, укладывавший в рюкзак остатки обеда.

– Что, задремал?
– понимающе сказал он, бросив взгляд на меня.

Я отлично чувствую разницу между сном и историей, и я видел не сон. И ещё я снова чувствовал его - чужака, стоящего внизу на улице. Это его историю я видел сейчас, это он, притворясь человеком, таким страшным способом изучал паренька. Я почувствовал его историю, хотя он был в нескольких десятках метров от меня. Мне стало понятно, почему в книгах не было отпечатков - здесь есть только одна история, история призрака. Может он как город, что породил меня? Всё, что вокруг: здания, мусор на улице, сама улица и даже вот эта книжка, всё - часть него? Может он тоже создал, всё что я вижу, только заселил свой город настоящими людьми? Или наоборот, незаметно для людей подменил собой настоящий город?

Давер что-то сказал мне, я что-то ответил. Казалось, я снова смотрю историю, только теперь я в главной роли. Нет, понял через несколько секунд я, это сейчас мою историю смотрит чужак. Оценивает, сравнивает... Через эту незримую связь и я невольно осознал кто он - отнюдь не город, не всесильное нечто, а такой же продукт непонятного эксперимента, что и я. И оценивал он, насколько я близок к нему ментально, насколько наши цели и интересы схожи или может станут схожи в будущем...

Придя в себя, я обнаружил, что иду по улице рядом с Давером. Ференц покосился на меня:

– Всё нормально?

Я кивнул.

– Что-то разморило вас, Валентин, - добродушно добавил Ференц.

– Угу, - промычал я.
– А вы ничего странного не почувствовали?

– Разве что нашего невидимого спутника.
– Давер показал большим пальцем себе за спину.
– Но он за нами с самого начала тащится. Так что, наверное, нет.

Дальше мы шли молча. Я изредка оглядывался, не то чтобы в надежде увидеть призрака, просто от нервов. Давер иногда заходил в хорошо сохранившиеся дома, в поисках "сувениров". Ближе к вечеру целых домов почти не осталось, зато развалины стали увеличиваться в размерах. Стало прохладнее и пришлось нацепить куртку. Улица постепенно исчезала в завалах, наше движение снова свелось к подъёмам и спускам. Напоследок я оглянулся с вершины одного из холмов. В лучах заходящего солнца уцелевший городок среди развалин чем-то напоминал ящерку или стрекозу, попавшую с застывшую смолу. Так же застыл в ярко-жёлтом мареве и сохранился до нашего времени... Или его сохранил призрак. Тот был сейчас где-то там. Наблюдал за нами, ждал... чего? Когда мы станем такими, как он? От этой мысли меня передёрнуло. Ну уж нет!

Когда стемнело, мы отыскали небольшую пещерку в развалинах. Топлива для костра поблизости не было, поэтому Давер после ужина сразу завалился спать. Я же достал из мешочка предпоследний камень.

Из-под ботинка вырвался камень и полетел в пропасть. Дэнил, стоявший на самом краю, глянул вниз, где сейчас обычно безлюдная пустыня буквально кишела от черноголовых.

– Сколько их здесь?
– спросил он по-деловому.

– Около трёх с половиной миллионов, - ответил из-за спины Чеслав.