Чтение онлайн

Зачем?
– удивленно взглянула на него ваарка.
– Город как город...

У тебя что, есть предложения получше - как нам провести время?

Ладно.

Женщина задумалась. Через мгновение она начала свой рассказ:

Хбоо - это древний портовый город. Настолько древний, что в городском храме Ло последние сто лет постоянно что-нибудь чинили - красили, замазывали, пе-рестраивали. Самое примечательное, совет никогда не успевал закончить починку до следующей беды... Впрочем, меня тогда мало волновал вопрос о возрасте нашего города. Моя семья жила в Водном Переходе - узкой улочке, ведущей от Торгового ряда, где располагались многочисленные лавки, до порта. Это была самая обычная улочка, на которой убийства, грабежи и пьяные драки случались каждые два дня, что роднило Водный Переход с тысячами других подобных мест... Помню порт. Мне нравилось смотреть на большие торговые корабли, с какой-то тор-жественностью покачивающиеся у причалов. Нравились и матросы, которые приплывали к нам, веселые, лихие парни. Мне они казались героями. Не удивительно, что первым мужиком, с которым я переспала, был простой матрос... Но это не важно... Как ни странно, в порту я отдыхала, хоть там всегда царил дикий шум. Я думала: вот она, настоящая жизнь, буйная, веселая, закручивающая тебя в вихре дел!

И я носилась среди грузов, складов, подъемников, как маленький слуга Эфга, постоянно путаясь у кого-нибудь под ногами и лишь хохоча в ответ на проклятия, сыпав-шиеся на мою голову... Когда мне надоедал порт, я бежала на базар... Вот это был базар!..

Чушь!
– встрял в разговор гном.
– Что может знать ваарец о базаре?! Вот у нас, в Дгор-Рьине, когда все мастера...

Заткнись, Труг.
– Ваарка нахмурилась.
– Базар в Хбоо ничем не уступит вашему... Тысячи вещей из разных стран привозили к нам по суше и по воде: ткани, чудную одежду, фрукты, которых никогда не видели твои глаза, данные тебе Эфгом, невиданных зверей, украшения, тонкие, как морозный узор...

Украшения!
– Дгор фыркнул.
– Посмотрела бы ты на наши украшения, небось сразу прикусила бы себе язычок. Хорошую драгоценность можем сделать только мы!..

Уж больно ты щедр на похвалы себе, бочонок.
– Саада усмехнулась.

Что?.. Что ты сказала?.. Бочонок?! Я?!
– взревел Туг, вскакивая.

Она шутит. Бочонки выглядят иначе, - примирительно сказал ему Михаил.

То-то же.
– Дгор сел. Немного помолчав, он добавил: - Дылда!

Базар - это было нечто, - проигнорировав последние слова Трута, продолжила Саада.
– Постоять и поглазеть на все эти диковинки, вдохнуть неизвестные запахи, витавшие в воздухе, поторговаться с купцами за какую-нибудь безделушку... Впрочем, мне редко что удавалось купить. Семья-то у нас не очень по части денег. Так - что мать нашьет, сам понимаешь...

Михаил неуверенно кивнул... Нехватка денег в свое время сильно портила ему настроение. Но, как говорится, нет ничего абсолютного, все относительно. По сравнению с этой женщиной он жил весьма неплохо!

Конечно, не всегда было шумно и весело.
– Саада грустно улыбнулась.
– Случались и тихие, мирные моменты.

Помню, в детстве я убегала на Решающую площадь, где находился храм городского Совета. Этот храм - большой, белый, с куполами, увенчанными сверкающими шпиля-ми, с разноцветными окнами - своим видом всегда завораживал меня.

Знаешь, там был такой фонтан - мужчина и женщина держатся за руки, подняв их к небу, а из их пальцев бьет вода... Но главное, стекла в окнах храма бросали на фонтан разноцветные блики, и вода становилась то красной, то зеленой. Мне очень нравилось смотреть на нее, окунать в нее руки и думать... Думать о далеких городах, странах...

Потом, когда я немного подросла, мать взяла меня с собой в Спуур. Дорога мне запомнилась мало. Наверное, потому, что была самой обыкновенной дорогой. Мы про-ехали Южные ворота, и сразу потянулись бесконечные, однообразные холмы. Лишь кое-где это однообразие нарушали вспаханные участки земли, на которых копошились маленькие фигурки...

Уж не хочешь ли ты сказать, что это были дгоры?
– воскликнул Труг.

Нет.
– Женщина досадливо поморщилась.
– К полям с пшеницей вас бы никто не подпустил. То были ревьены: дети земли.

Что значит - не подпустил бы?
– возмутился гном.
– Разве ты видела, как мы работаем на земле, чтобы говорить так?

Всем известно, что вы лучше обращаетесь с железом и камнем.

А чем мы, по-твоему, питаемся?!

Бородами!
– вскипела ваарка.

– Если бы у тебя хватило мозгов понять...

Под звуки этой нескончаемой перепалки Михаил и уснул. Выкрики Саады и Труга действовали на него успокаивающе...

Утро приветствовало его толчком волны в борт корабля. Корабль качнулся, заставив пленников пошевелиться.

Оторвав голову от плеча Михаила, Саада сонно улыбнулась:

Жаль, что ты вчера уснул. Я дгору бороду выдрала.

Глупые враки, женщина.
– Трут с хрустом потянулся.
– О моей бороде ты и не думала. Ты гадала, как бы половчее приклеиться к Корноухому.

Зря ты меня не разбудила.
– Михаил зевнул.
– Мы для начала ощипали бы этот бочонок, а потом бы весело провели ночку.

Впереди еще не одна ночь!
– абсолютно серьезно сказала Саада.

Сглотнув, Михаил заставил себя улыбнуться. Женщина хихикнула. Потом, прижавшись к нему всем телом, поцеловала. Ее губы были теплые и нежные.

По крайней мере, это как-то скрасит путешест-вие, - пробормотал Михаил. Конечно, устраивать шоу на виду у всех они не будут, но...

Спать не одному, пожалуй, приятнее!
– Кивнув, Саада отправилась за завтраком. Двое ее вчерашних собеседников последовали за ней.

Откушав зеленого хетча, вся троица вновь устроилась на своем насиженном месте, у борта. Дгор, чтобы никто не успел его опередить, поспешил начать разговор:

Пора тебе, Мик, услышать про настоящий город. Толкую я тебе о Дгор-Рьине - о столице нашей дгорской страны. Так вот, тому, кто утверждает, что в Бриндгоре нет ничего, кроме снега, камня и колючего ветра, ты мо-жешь смело плюнуть в глаза...

Я утверждаю, - вмешался в разговор мужчина, сидевший неподалеку от Саады. Был он высок, поджар, светловолос - типичный лепурец. Ну а добродушное лицо его могло расположить к себе кого угодно, за исключе-нием, пожалуй, яроттцев и Трута.

Плюнь ему в лицо!
– категорично потребовал обиженный Трут. Увидев, что Корноухий этого делать не собирается, он решил просто не обращать на наглеца внимания.

Рьин - это место тысячи огней. Мы, маленький народ, с присущим нам мастерством украсили город драгоценными камнями, и Близнецы, перекатываясь по небу, зажигали на улицах тысячи радуг. Городской совет на площади Становления походил на яркую звезду, при виде которой ни одно дгорское сердце не могло остаться равнодушным...

Ну да, к ветру, снегу и камням я забыл прибавить драгоценности, - кивнул незнакомец.

Да кто ты такой?
– Г ном даже приподнялся со своего места.

Шарет из второго Стегардского отряда, - представился мужчина.
– Во время боев за Бриндгор я неплохо изучил эту страну.

Бриндгор может знать только маленький народ!
– отчеканил Трут.
– Рьин расположен в Вилитской долине - в месте, которое поражает сочной зеленью деревьев и травы, запахом цветов, хрустально-чистыми водами горных рек... Сколько раз я сам, стоя на городской стене, любовался этим зрелищем!