Чтение онлайн

* Аквила (лат. aquila) - орел, символ римских легионов.

– Танцы на камнях, командир, это что-то!
– разглагольствовал Цери Пашутин, мечтательно закатив черные выпуклые глаза.
– В темноте, под звездами да под местную настоечку на травах... Марченко рассказывал, что на природе гораздо лучше, чем в постели кувыркаться. Ты ее обнимаешь, она тебя, и такая энергия прет, что ой-ёй-ёй! Совершенно дикое состояние, первобытное, как у пещерных ребят... Представляешь, ты ее тут же, прямо на камнях, горяченькую, как пирожок...

– Не трави душу, Паша!
– взмолился Барелли и поскреб квадратный подбородок.
– Мне до отпуска еще три месяца с лишним.

– А мне, командир? Все пять! Но я своего не упущу!

Сидевший к ним спиной стажер вдруг как-то подобрался, - и в этот момент прозвучал сигнал обнаружения.

Алессандро Барелли одновременно с Цери Пашутиным взглянул на экран.

А там было на что посмотреть.

Больше всего эта штука походила на цистерну древнего бензовоза (видали такие в арт-объемках про всяких Терминаторов), метров десяти в длину и метров трех в диаметре. Цистерна эта болталась, как показывали сканеры, в пяти с лишним тысячах метров от крейсера и шла параллельным курсом, хотя ничего похожего на двигатели у нее не наблюдалось. У нее вообще ничего не наблюдалось: ни люков, ни иллюминаторов, ни обводов хоть каких-то приборов. Бороздила космос этакая бочка без каких-либо намеков на свое предназначение... И, главное, появилась-то она только сейчас, в ту минуту, когда Цери рассказывал про дикие танцы. А до этого и духу ее здесь не было!

Стажер бросил вопросительный и встревоженный взгляд на командира, и Алессандро Барелли тут же поступил по инструкции: он попытался выйти на связь с объектом.

Но связи не было. Эта бочка никак не реагировала на сигналы.

Через секунду к делу подключился и штурман, только плечистые артиллеристы продолжали играть в свое киво-ково. Цери, отпихнув стажера, врубил увеличение и тут же, на всякий случай, активизировал резервный блок. Долговязый дубль-штурман тоже оказался неплох: невзирая на толчок в плечо, он задействовал дополнительную защиту и послал запрос автонавигатору.

Навигатор незамедлительно подтвердил: совсем рядом с патрульным крейсером утюжит космос неопознанный объект. Может быть, ничем и не угрожающий, но...

– Глаза протрите, пушкари!
– взревел Алессандро Барелли.
– Объект по правому борту!

Артиллеристы тут же встрепенулись, протерли глаза, отбросив свои дурацкие палочки для дурацкой игры, и по всей рубке раскатились сигналы боевой готовности лучевых пушек.

– Не стрелять!
– рявкнул Барелли.
– Пока просто контролируем.

Светловолосый стажер чуть ли не влез с головой в экран, пожирая глазами неведомый объект. Цери враскорячку навис над панелью управления, готовый в любую секунду бросить крейсер в любой маневр. Командир выжидал. Бочка не казалась опасной - какой-то допотопный отработанный топливный бак с орбитальной станции первой волны, не более. Но отродясь не водилось в системе Либера ни орбитальных станций первой волны, ни отработанных топливных баков. И не могли эти топливные баки возникать из ниоткуда - не было поблизости никаких сабов. А если бы и были, кому пришло бы в голову, находясь в полном уме и здравии, пихать через сабы какие-то цистерны?

Время начальной нервотрепки прошло, наступило время размышлений.

– Веди его, Паша, - сказал Барелли.
– И чуть что...

– Не проблема, командир, - процедил штурман сквозь зубы.
– На то и учились...

Барелли бросил взгляд на стажера. Призывать того к вниманию не требовалось: стажер и так не спускал глаз с цилиндра и готов был в случае чего просто броситься на него, защищая крейсер.

– Пушкари, пока не дергайтесь, - напомнил командир.

– Есть не дергаться!

Уставившись на цилиндр, Алессандро Барелли начал искать ответы на вопросы. Он был командиром, и именно ему предстояло принять решение.

Варианты имелись, и нужно было выбрать оптимальный. А если и не оптимальный, то хотя бы не самый худший.

Цилиндр держался справа по борту, не обгоняя крейсер, и не отставая от него, а это значило, что они имели дело не просто с какой-то космической бочкой, где томился былинный князь Гвидон. Объект внезапно возник в какой-то точке континуума и шел на равных с быстроходным крейсером - а значит, не был каким-то выброшенным предками за ненадобностью баком. Он был именно объектом - неопознанным объектом. А что Алессандро Барелли знал о таких объектах?

Хроники автохтонов. Священные свитки аннуниев, приморского народа с планеты Китеж в системе Беллоны. Предания горцев с Парадиза, одного из двенадцати миров, обращавшихся вокруг Латоны. Многочисленные свидетельства многочисленных народов, населявших когда-то Землю в системе Солнца. Этот объект - порождение чужих? Тех, кого не видел никто из живущих ныне, но кого подспудно постоянно опасались? Для обороны от них, собственно, и создавался Стафл!

Или все гораздо проще - это просто диковинная пивная бочка, осушенная бравыми эфесами и брошенная в космической пустоте?

Алессандро Барелли мог принять любое из предположений.

Но не успел.

Внезапно вырвался из бока цилиндра фиолетовый луч, стремительно расширяясь в конус. И, прежде чем взвизгнули в ответ лучевые пушки, вонзился в корпус крейсера, с легкостью преодолев все защитные оболочки. Полностью накрыл корабль - и пропал, и не пискнул ни один сигнал защиты. И тут же пропал и сам цилиндр, словно просто привиделся.

Благо ли это было - или зло? Или просто одно из тех явлений, о которых ходят легенды, но которые нисколько не мешают жить?

Алессандро Барелли протер глаза, пытаясь избавиться от плаваюших там фиолетовых пятен. Артиллеристы, которых он видел на экране, таращились в космическую пустоту. Лонг-техник, судя по всему, вообще пребывал в неведении относительно происходившего - его метка безмятежно перемещалась по экрану; Зураб Сулави бродил себе в недрах крейсера, продолжая выполнять свою работу. Штурман по-прежнему нависал над панелью управления. Стажер смотрел в вакуум с таким видом, словно готов был прыгнуть туда и разорвать врага на куски, - но не было там никакого врага. Вообще ничего там не было. Обычная пустота, которой полным-полно в любом уголке Виа Лактеа, хоть ешь ее, хоть пей, хоть рассовывай по карманам про запас. И никаких загадочных цилиндров.

– И что прикажешь делать, Паша?
– после довольно продолжительного всеобщего молчания осведомился командир, с кривой ухмылкой взглянув на штурмана.
– Будем считать глюками?

– Записи сканеров...
– проскрипел в ответ Цери Пашутин, морщась, как от зубной боли.

Стажер уже вывел показания сканеров на экран. Цилиндр там присутствовал. Вне всякого сомнения. Если только сканеры не страдали галлюцинациями.

– Ну так что, парни?
– вновь вопросил Алессандро Барелли.
– Имеет место встреча с неопознанным объектом. Докладываем, как положено?
– Он помолчал.
– Со всеми вытекающими... Почему не попытались его тормознуть. Почему наши мямли-пушкари вовремя не среагировали. Почему они вообще затеяли дебильные игры на боевом посту. Почему наш дорогой штурман сопли жевал и даже не рыпнулся. Потому что в уме уже кружился в диких танцах под прекрасную настоечку на расчудесной планете Беловодье?