И имя ей Гроза
Шрифт:
Я глухо стонала и зажимала самой себе рот, боясь, что кто-то услышит.
Меня ожидала смерть, если бы узнали о том, что я превращаюсь, а перед этим куча опытов и исследований. Мучений.
Утром жар спал.
Проснулась я после короткого сна и едва не закричала: вместо ногтей у меня были когти, а все тело покрывал легкий серебристый пух.
Превращение началось.
Снова и снова я пыталась убрать когти. Под конец я была готова убить кого-нибудь.
Наконец, мне это удалось.
Отец весь день приходил в себя после попойки, отсыпался, так что я смогла хоть немного потренироваться.
Вскоре я поняла, что быть оборотнем – это не столько проклятие, сколько дар: быстрая регенерация, сила и реакция, в несколько раз превосходящая силу и человека и охотника, волчье зрение, слух и обоняние способность чувствовать природу.
Мои способности оборотня выручали меня не раз.
Но одно ставило меня под удар.
Я не могла жить без свободы. Каждую ночь мне было необходимо выбираться наружу и выпускать своего зверя.
И каждый раз я рисковала. Но прогулки были необходимы, как воздух.
Я зарылась головой в подушки. Мысли, полуночные ястребы без устали вспарывали крыльями мою несчастную душу.
Какая-то часть меня хотела послушать брата и уехать куда-нибудь в глушь, но другая часть знала, что я там скоро взвою от тоски.
И тогда я выскользнула из дома.
Знакомая судорога превращения расправила тело. Я быстро бежала, скользя меж падающих листьев, и изредка ловя их лапами, и заливаясь веселым волчьим смехом.
Я была свободна!
Я могла забыть все, что мучило меня, человека, и бежать наперегонки с ветром и скользить в лунных лучах, и красться, прячась в сплетающихся тенях.
– Вставай лежебока! – Янита не повторила ошибку Ольги и не прикоснулась ко мне, окликнула, стоя у двери.
Я села на постели. Смутный утренний свет заливал комнату. Пыль клубилась в его лучах. Салфеточки, вазочки, статуэточки, ковры – у меня дома не было уюта.
Я встала и быстро оделась. Янита сидела на кухне и лениво щелкала пультом от телевизора.
– Кушай. А потом пойдем снимать метку, - сообщила она, откладывая пульт и остановившись на каком-то дурацком ток-шоу.
Я зевнула. Было всего четыре утра, и даже моя выносливость оборотня постепенно сходила на нет.
– Расскажи мне про ритуал, - попросила я ее, накладывая себе полную тарелку мяса.
Я могла есть, и вегетарианские блюда, но мясо, я кровожадно облизнулась, было и оставалось моей любимой пищей. За весь год притворства, я и так ела его гораздо меньше, чем хотелось.
Янита сцепила пальцы, не отрывая взгляда от бормочущей ведущей.
– Сейчас, - сказала она.
Я ткнула костью в накрашенный лик главной героини шоу и прокомментировала:
– Она так похожа на ведьму.
Янита вырубила телевизор. Ее сердитый голос заполнил кухню:
– Хорошо если ты так хочешь, я расскажу тебе! Даже посмотреть не дала!
Я ухмыльнулась:
– Это был комплимент.
Видели бы вы как вспыхнули от злости ее карие глаза! Похоже, я заигралась.
Я слишком любила ходить по лезвию бритвы.
– Извини, - похоже, я зря ее обидела. Вечно я творю, черт знает что, не подумав.
– Потом расскажешь, - и включила телевизор.
Янита вернулась на место и сказала:
– Извинения приняты, - но голос ее был непривычно холоден.
Даже мясо показалось мне невкусным.
Она оттаяла, когда увидела мой искренний интерес к магии. Магия была пронизана тайной, я не понимала ее, я не знала и не могла познать, но от этого не меньше жаждала этого. И спрашивала ее обо всем подряд, об изнанке обратного мира.
Начала она так:
– Я расскажу тебе самое основное, то, как должен пройти обряд. Ты нужна здесь, потому что в тебе часть его крови, и ты очистилась от метки.
Я серьезно взглянула на нее и приготовилась слушать.
– Этот обряд базируется на истинной силе человека. Его необходимо выдержать.
Я стиснула зубы. Справится ли мой маленький братик?
Я в него верила, он выходил живым, непоколебимым из многих переделок.
– Постой, а как же ты сняла ее с меня?
– Ты была слишком слаба, - я нахмурилась. Это я-то?!
– Не духовно нет, и не физически, скорее метка пожирала тебя заживо. Твою сущность.
Я вздрогнула. Такое могло испугать даже меня. Ни смерть в честном бою, ни клинок, летящий прямо в сердце, а пожирающая тебя пустота, пока не останется ничего кроме горящего, бредящего тела.
– Бр-р, - я встряхнула головой.
– Теперь все позади, - успокаивающе прошептала Янита.
Я взглянула так, словно на меня смотрела моя беда, моя болезнь: яростно и неистово:
– Зато месть впереди.
Янита чуть-чуть отодвинулась подальше от меня. Неужели я такая страшная? Кровожадная?
Никто не в силах меня понять. Я и сама не всегда себя понимаю.
– Тебе это не грозит, - ласково взглянула я на нее.
– Ты же помогла нам.
– Может быть тебе надо…- осторожно начала Янита, а затем махнула рукой.
– Что это я говорю! Ладно, время не резиновое, давай дальше.
– Давай, - радостно согласилась я.
– Я проведу основную часть. Ты должна лишь произнести эти слова: «Fledi ratr pare», и по моему знаку разрезать запястье и дать крови пролиться на метку.
– Хорошо, - мысленно я твердила заклинание, чтобы не подвести в самый ответственный момент.
– А что будешь делать ты?
Янита смущенно улыбнулась. Ее щеки, немного похожие на щечки бурундука зажглись розовым румянцем:
– Конечно, канва, то есть основный костяк обряда остается неизменным, но можно и импровизировать. Я не знаю, что отчебучу, когда дух магии снизойдет на меня.
– Дух магии? – переспросила я.
– Дух магии – есть та сила, великая сила, из которой исходит все, - все ее лицо было озарено внутренним огнем.