И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды
Шрифт:
— Сколько тебе надо, чтобы восстановиться? Неделя, две?
— Месяц.
— Меся-а-ац! — протянул Шантель. — Вообще-то это не входит в мои планы. Ладно. Я планирую твои летние гастроли на июль.
— Хорошо.
— И на август.
— Ты сказал, Сочи и еще парочка городов!
— Ну, ты же за месяц полностью отдохнешь, придешь в себя…
— Жмот ты, Лева.
— Все, что я делаю…
— Я делаю ради тебя. Я давно это понял.
До обеда Коля валялся на диване, смотрел телевизор и тупо ждал вечера. На этот раз никаких сюрпризов, никаких «беременных» женщин и застрявших лифтов. К вечеру он включил свой телефон. Отчего-то казалось, что с минуты на минуту раздастся важный звонок. У него ведь отлично развита интуиция, она его редко подводит. К тому же в голове созрел дальнейший план действий.
Первым делом он позвонил на Казанский вокзал и узнал расписание поездов. Только не самолетом. Тут все прозрачно. Надо искать другие пути отхода. Когда раздался телефонный звонок, Коля с удивлением узнал голос Олега:
— Коко, а мы новый мультик сделали!
— Да? Я рад.
— Посмотри на нашем сайте, тебе понравится. Мишка старался. Ты как, не передумал еще?
— Насчет чего?
— Насчет работы с нами. Я долго думал о нашем разговоре, с Мишкой советовался. Ты извини, что я на тебя наехал. Это от зависти. Все равно ты талант, и мне без тебя гораздо хуже, чем с тобой. Поговорить бы нам еще разок.
— Я не против.
— Давай завтра встретимся?
— Нет, не могу. Уезжаю. Поезд в двенадцать пятнадцать с Казанского.
— Поезд? Почему поезд?
— Так получилось, Олег. Кстати, как твой Бяка? Не появлялся больше?
Олег рассмеялся:
— Тут интересное продолжение получилось. Я тебе при встрече расскажу. Когда позвонить?
— Через неделю.
— О’кей.
Потом был еще один звонок, не менее странный.
— Это Сергей.
— Какой Сергей?
— Бывший барабанщик «эНЛО». Я звонил тебе домой, но там телефон не отвечает. Ты уж извини, что побеспокоил.
— Если что-то важное, охотно извиню.
— Я тут вспомнил кое-что. Насчет того дня.
— Ну, говори. — Он зевнул. — Хотя это уже не актуально.
— Вообще-то мне работа нужна. Или деньги.
— Эдик рассчитался со своим кредитором. Того липового контракта больше не существует.
— Как будто это что-то меняет! Магазин все равно закрывается.
— Я могу вам помочь, только не сейчас.
— Почему?
— Срочно уезжаю. На неделю.
— Куда?
— К себе на родину.
— Понятно.
— А ты, как я понял, хочешь продать мне информацию? Но, видишь ли, ситуация прояснилась. Оказалось, что Фиса здесь ни при чем. Так что расслабься.
— Значит, мне не на что рассчитывать?
— Я же сказал: расслабься.
— Если что, мой номер у тебя есть. Звони.
Он зевнул и дал отбой. В начале седьмого оделся, выглянул в окно. Вроде никого. Можно выдвигаться.
Выйдя из дома, Коля сразу же поймал такси. Новенькая черная «Ауди» так и осталась на стоянке возле «Эридана». На какое-то время о машине придется забыть.
…Он сидел за тем же столиком на двоих, где вчера Краснов поверял Виктору Петровичу свои тайны. Как и договаривались. Сидел один, потягивая пиво из высокого запотевшего бокала. Потом посмотрел на часы, и только что вошедший в зал ресторана Николай машинально глянул на свои: без одной минуты семь, пришлось немного постоять в пробке. Парень поднял глаза, увидел идущего к столику певца, удовлетворенно кивнул.
— Не люблю, когда опаздывают, — была его первая фраза. — В нашем деле точность — главная составляющая успеха.
Его лицо Николаю сразу же показалось знакомым. Но он промолчал, сел за столик и подозвал официанта:
— Мне тоже пива.
— Правильно, — кивнул его собеседник. — Напиток богов. Никогда ничего не пью крепче пива.
Помолчали. Официант принес еще один бокал с пышной шапкой пены. Когда он отошел, Николай негромко спросил:
— Вы получили деньги?
— Не. Мне сразу много давать нельзя, потому что я на зарплате. Они у Крутого.
— Это ваш босс?
— Друг. Вместе когда-то лямку тянули.
— Там? — каким-то особенным голосом спросил Николай. Имея в виду войну.
— Ага. — Его собеседник отхлебнул пива. — Но ты не переживай: все в ажуре. Задание я получил. Осталось уточнить, кого именно я должен убрать. Кто клиент?
— Я.
Они какое-то время молчали.
Удивляться этот человек не умел. Заказ получен, дальше — надо выполнять. Поэтому наемный убийца внимательно вгляделся в лицо своего собеседника, чтобы запомнить его раз и навсегда. И вдруг усмехнулся:
— Надеюсь, ты не шутишь. Таких шуток я не понимаю.
— Я сейчас все объясню, — поспешно сказал Николай.
— Хотелось бы.
— Вы знаете, кто я?
— Артист, тонкая натура, — усмехнулся мужик, отхлебнув пива.
— Постойте-ка… Когда же мы встречались? И где? Ведь я вас знаю!
— А ты не вспомнил? Что ж, немудрено. Кто ты и кто я? Мы для вас, суперзвезд, все равно что муравьишки. Ползаем себе потихоньку по грешной земле, травинки-соринки в свой муравейник таскаем. А вы высоко летаете. Вам с высоты земли не видно. Значит, раньше ты своими руками неугодных тебе людишек убирал, а теперь разбогател, киллера можешь нанять. Оно понятно, чужими-то проще. Хотя надо сказать, что это у тебя неплохо получается. Дело-то сразу тогда закрыли или деньги выжимали? Во сколько все обошлось?
— Вы… Старший оперуполномоченный Колыванов!
— Бывший. И бывший военнослужащий. Уволен в запас по состоянию здоровья. Ранение у меня было. И контузия.
— Простите, — потерянно сказал Николай Краснов. — Это все… Нелепость какая-то.
— Да ладно, парень. Брось! Я давно забыл.
— Но вы же попали туда, — снова со значением выделил он последнее слово. — Выходит, что из-за меня.
— А я не жалуюсь. Достойных людей встретил. Это здесь людишки — дерьмо. Все гадят друг другу и гадят. Сами не знают, что делят. А когда у тебя только и имущества, что жизнь, на все смотришь гораздо проще. Чего ее делить? Она есть одно неделимое целое. Жаль только, что приходится возвращаться.
— Но почему? Ведь там же страшно!
— А здесь нет? Вот когда вернулся, мне было страшно! Гораздо страшнее, чем там. Как дальше жить? Что делать? Снова вокруг не люди — людишки. Работы нет, из армии после ранения списали вчистую, денег нет. Хорошо, что Крутого вновь встретил. Хотя я его не понимаю. У него цель — заработать на этом деньги. Дом купил, машину, женился. Бриллиантов на бабу навесил. И все мало, мало. А я не затем убиваю.
— А зачем?
— Привычка. Хотя поначалу не мог. В мирное время. Знаешь, с чего началось?