Чтение онлайн

У фонтана, в тени кустарника, было немного прохладнее, чем наверху. Весело звенели струи, сновала, не обращая внимания на девушку, какая-то мелкая живность. Лани осторожно присела на густую упругую травку сочного зеленого цвета, полностью покрывавшую полянку, словно специально оставленную для любителей отдохнуть на природе. Хотя. Почему словно. Скорее всего, так и было.

Текущая вода привлекала и завораживала. Именно то, что требовалось сегодня. Девушка глубоко вздохнула, невольно улыбаясь и прикрывая на мгновение глаза, с восторгом впитывая смешенный аромат цветов, свежести и даже некоторой сырости. Тихо и приятно. Кустарник мерно шелестел листвой, сквозь которую то и дело проникали озорные солнечные лучи, не упускавшие возможности поиграть с водяными струями.

— Ваша светлость, я прошу Вас….

Довольно громкий голос, раздавшийся со стороны лестницы, невольно заставил вздрогнуть и оглянуться. На ступенях стоял высокий темноволосый демон, в котором Лани не без некоторого труда признала приближенного к императору герцога. Келас, вроде бы. Пока она соображала, показать ли свое присутствие или нет, стоявшая на ступеньку выше яркая демонесса с удивительно красивыми чертами лица и сочными, цвета спелой черной черешни волосами, схватившая мужчину за рукав, судорожно вздохнула, очевидно, поймав взгляд герцога, и отступила немного в сторону, резко отпустив лорда.

— Ваша светлость, этот ребенок Ваш, Вы же можете это проверить, — в голосе звучало отчаяние, — Он Ваш.

— Хватит уже того, что в нем течет Ваша кровь, леди. Вы должны были понять, что Ваша измена перечеркнет все. Или измены? Не собираюсь утруждать себя Вашими делами, — мужской голос звучал холодно и отрешенно. Лани вздрогнула, как впрочем, и демонесса. Герцог даже не потрудился назвать ее имя, что в подобной ситуации означало только одно: ее вычеркивают из любого круга общения. Увы.

Лорд развернулся, и в несколько шагов скрылся по уходившей в противоположную от Лани сторону дорожке, в то время как оставшаяся в одиночестве демонесса без сил уселась на прохладный камень и, прижав лоб к коленям, практически завыла, тоненько и отчаянно.

Нужно было уйти. И это было бы правильно. И безопасно. И демоны — не люди. Но. Она просто не могла.

— Леди, Вам вредно сидеть на холодном. И так расстраиваться тоже. Ребеночек плачет вместе с Вами.

От мягкого, ровного и спокойного голоса, раздавшегося совсем рядом, лордесса подняла голову. Заплаканные, лишь чуть темнее волос, глаза с недоумением уставились на человечку, которая с обреченностью смотрела на то, как сквозь туман горя начинает полыхать огонь злости.

— Ты вссе слышшала, — высокородная леди даже сорвалась на шипение. В ответ на которое спокойно до того дремавший на пальце шатенки хранитель приподнял головешку и раздраженно зашипел, засвистел в ответ. Ярость притухла, покрываясь тоненьким слоем равнодушия, но никуда не делась.

— Вот и хорошо, леди. Когда Вы злитесь, Ваш малыш уже не плачет, а хулиганит. Это лучше, — Лани невольно улыбнулась.

— Откуда ты можешшь знать, человечка, — на лице демонессы прекрасно отражалось все, что она думала о незваной собеседнице. Явно ничего хорошего.

Отвечать девушка не стала, лишь присела в вежливом, строго отмеренном реверансе, еще раз виновато улыбнулась и развернулась, чтобы оставить все-таки вставшую с камней, хотя и не отдававшую себе в этом отчета, женщину одну.

— Не смей ухход, — яростный окрик резко оборвался, сменившись судорожным дыханием. Шатенка оглянулась и в следующую секунду оказалась рядом с опять опустившейся на ступени и скрючившейся в позе зародыша демонессой.

— Как Вам помочь? Позвать кого-нибудь? — Лани уже приготовилась открыть портал, как лордесса с безысходной тоской посмотрела на нее и покачала головой.

— Уже ничего не сделаешь. Отец не принял. Ребенок не может без его энергии. Я потеряю моего малыша…. Уже теряю, — так безнадежно, с такой болью. Ухоженные бледные руки с заточенными острыми когтями цвета красного вина так крепко и бережно обнимали пока еще впалый живот, словно хотели удержать ускользавшую жизнь. И Лани вздохнула….

— Обойдется, поганец мерзкий!

Демонесса вздрогнула от этого отчаянного звонкого возгласа и взглянула на человечку, решительно шагнувшую к ней, но не успела ничего сказать, как ее накрыло золотистым теплом, которое, словно наигравшийся котенок сворачивалось уютным клубком где-то там, в животе, усмиряя боль, прогоняя горечь предательства. Уже было потухшая искорка сначала засияла более ярко, а потом и вовсе увеличилась в размерах. Ровный и спокойный свет, так отчетливо отслеживаемый будущей, или скорее уже настоящей, мамой на магическом плане, не оставлял сомнений в том, что с малышом все в порядке.

— Вот и все. Теперь все будет хорошо. А с папаши Вы потом еще и алименты стребуете. Сколько у Вас еще беременность будет длиться?

Высокородная леди ошеломленно смотрела в разноцветные глаза невысокой человечки, в которых постепенно таяли и растворялись золотистые искры.

— Семь месяцев. И что такое алименты? — демонесса все еще прижимала руки к животу, наблюдая при этом, как ее странная помощница, наморщив лоб, шевелила губами, явно что-то подсчитывая, после чего сняла с висевшего на руке причудливого браслета с огромным количеством кристаллов четыре золотистых и один темно-синий.

— Вот этого должно хватить. Даже, скорее всего, останется. Я с запасом считала. Темный на сейчас. То есть используйте его первым, а остальные потом. Договорились? — девушка аккуратно сгрузила кристаллы на подол пышного платья цвета морской волны, взглянула на задумчивую демонессу, нерешительно переступила с ноги на ногу: — Вы позволите? Вам понравится…, — и протянула ладонь, прося роскошную красавицу дать ей руку.

Пристальный взгляд черешневых глаз и слабая улыбка на губах. Бледные пальцы дрогнули и оказались в теплой небольшой ладони человечки, вторая рука которой медленно двинулась в сторону женщины, пока совсем не опустилась на живот. В этот момент будущую маму захлестнула волна спокойствия, тепла и радости. Не ее.

— Ваш малыш счастлив и здоров. И Вы ему нужны, — тихий шепот практически на грани сознания. И все прекратилось. Человечка опять стояла в нескольких шагах от все еще находившейся под впечатлением от столь яркой связи с малышом высокородной леди, — А алименты, это средства на достойное содержание, воспитание и образование ребенка. А то напакостил и в кусты. Нужно было либо держать себя в руках, либо соблюдать целибат. А не уходить от ответственности. Он, в конце концов, во всем этом тоже активное участие принимал. Как можно обречь на гибель собственного ребенка! Да о чем я вообще говорю? Любого ребенка! — под конец речь шатенки звучала уже довольно громко и возмущенно.

— Он считает, что я ему изменяла, — шепот демонессы казался почти неслышным после прочувствованной речи разрумянившейся и слегка растрепанной человечки.

— А лялька-то причем? Она ему на какую мозоль наступила? — разноцветные глаза зажглись злостью, которая, впрочем, тут же ушла, сменившись теплой лаской, — ничего, теперь у малышки все будет в порядке. У нее есть Вы, надеюсь, что и Ваша семья…, — в интонациях явно прозвучал вопрос.

В темно-красных глазах внезапно мелькнула улыбка: — Все в порядке. Моя семья всегда поддержит меня. У малышки? — мгновенная пауза, последующий подтверждающий кивок шатенки, — будет все хорошо. И ее будут очень любить. У нас вообще детей любят.