Чтение онлайн

Будь его воля, Олаф ограничил бы знакомство с техническими новинками своим микроавтобусом — «фольксвагеном» 1974 года выпуска — да и то лишь для выполнения этого задания. Он был не настолько невежественным, чтобы не понимать преимуществ мгновенной связи, быстрого сбора данных через компьютерную сеть и хранения целой библиотеки на диске размером с печенье. Только Олаф считал, что за технические новшества приходится платить слишком дорого: они убивают знания, получаемые через личный опыт, а не удары пальцами по клавишам, сводят на нет тепло дружеских объятий после долгого странствия, отвергают красоту устных преданий, передаваемых из поколения в поколение. По-настоящему невежественны как раз те, кто не понимает ценности всего того, чем приходится расплачиваться за технический прогресс.

Но когда он ворчал, не желая изучать спутниковую связь и прочую электронику, ему объясняли, что враг слишком силен, а их мало. Так что нужно использовать все доступные средства, которые помогают добиться преимущества.

— Они вырубят тебя скорее, чем ты успеешь пошевелиться, — доказывал человек, явившийся с заданием для Олафа и еще нескольких его соплеменников. Он принес с собой кучу всяких технических приспособлений. Его звали Арджан, это был тощий албанец с пронзительными глазами и выпирающими венами. В виде доказательства он показал им штуковину, похожую на игрушечный пистолет. Арджан сказал, что это — оружие, которое «обездвиживает, не убивая», и называется оно «Тазер».

— Обычно я пользуюсь вот этим, — возразил тогда Олаф, показав свой кулак размером с не самую маленькую дыню. Его товарищи, сидевшие рядом на полу спортзала, одобрительно засмеялись.

— Так что, показать? — спросил, поглядев на него, Арджан.

Олаф, принимая вызов, поднялся на ноги. Остальные зашумели и стали со смехом подначивать их, как мальчишки.

Арджан нажал переключатель, и «Тазер» завыл на высокой ноте, перешедшей в неслышный для человеческого уха писк. Звук был неприятен Олафу, хотя о возможностях приборчика он до тех пор ничего не знал. Он шагнул вперед; Олаф был лишь на несколько сантиметров выше человека, бросившего ему вызов, по если Арджан был хорошо развит физически — и только, то тело Олафа было по-настоящему мощным.

Арджан посмотрел ему в глаза, смерил взглядом.

— «Тазер» сработает даже через твою плотную одежду, — произнес он. — Отойди-ка на пару шагов. Радиус действия — семь метров.

Повернувшись к противнику спиной, Олаф не сделал шаг, а продолжил разворот с нарастающей скоростью. Используя силу инерции для усиления удара, он выбросил вперед руку и дотянулся кулачищем до скулы Арджана. Раздался такой звук, будто один тяжелый камень ударился о другой, и Арджан буквально опрокинулся: голова оказалась ниже ног; тело, повисев долю секунды в таком наклонном положении, с глухим стуком упало на деревянный пол. «Тазер» отлетел в сторону.

— Если у этой штуки такой большой радиус, — с улыбкой обратился к друзьям Олаф, посмотрев на неподвижное тело соперника, — то почему он подпустил меня так близко?

После того случая Арджан оставил попытки повлиять на их образ жизни, ограничившись транспортом и связью.

— Главное — выполни работу с гарантией, — говорил он, сверля взглядом Олафа, когда отправлял его на задание.

Устраиваясь на стульчике, Олаф улыбнулся воспоминаниям. Шифрующий приемопередатчик внешне представлял собой четыре черных ящичка, утыканных электронными гнездами, настроечными шкалами, переключателями и клавишами, а также индикаторными лампочками самых разных цветов. Олаф включил передатчик, настроился на нужную частоту и установленный спутниковый канал, набрал первичный шифровальный код, затем вторичный (они менялись в зависимости от даты) и свой позывной. Затем он нажал кнопку, и все эти данные отправилась на низкоорбитальный спутник, который, в свою очередь, переслал их на следующий, а тот на третий, пока, наконец, они не дошли до спутника, плывущего на высоте 780 километров, задействовав его для передачи последующей информации. На все это ушло около пяти секунд.

— Hvar er salernid? — отчетливо послышалось в наушниках.

Олаф нахмурился — кто только придумал этот пароль: «Где туалет?» Необходимость словесной и голосовой идентификации он понимал, но к чему этот подростковый юмор?

— А тебе зачем? — грубовато ответил он по-исландски.

— Кончай шутить!

— Туалет в Колорадо.

— Боюсь, не успею добраться, — рассмеялся собеседник. — Рад тебя слышать.

— А я рад слышать тебя, Оттар, — улыбнулся Олаф и придвинулся к передатчику. — Ты видел Ингун? Скажи мне, что с ней все в порядке!

— Она меня уже достала. Все рвется с тобой поговорить.

— А как мои сыновья? — спросил Олаф, заулыбавшись еще шире.

— Йон как новорожденный теленок: то маму ему найди, то самого искать надо. А Бьорн постоянно ищет приключений.

Да, это краткая, но точная характеристика его сыновей. Младшего надо отучать от чрезмерной привязанности к матери, а старшему — помочь переплавить бесстрашие и любопытство в подлинное мужество. Олафу до боли хотелось домой, но была в этой боли и сладость жертвы ради победы. Может, такова природа жертвы — ей потребна не только твоя любовь, но ваша общая: тех, кого любишь, и кто любит тебя. Любовь жертвенна по своей природе, и она не бывает неразделенной.

— Олаф… как слышишь?

Олаф встряхнул головой. Его с детства учили воинским искусствам: умению обращаться с оружием, выживать, выходить на цель, отходить. Но почему его так плохо готовили к разлуке с близкими?

— Слушаю, — наконец произнес он.

— Есть вести от Арджана. Тебе дают новое поручение.

Олаф был ошеломлен; Арджан в каком-то смысле рассчитался за тот неожиданный удар. Олафу было поручено убить пятьдесят человек из списка, быстро и без задержек. Отправляя Олафа на задание, Арджан подчеркивал, что его выполнение очень важно для установления нового порядка. Точнее, как представлялось Олафу, для восстановления старого.

— Ничего не понимаю, — сказал он и взял в руки список людей, которых поручено было убить.

— Новое задание первоочередной важности… — донесся до него спокойный голос Оттара. Олаф развернул листок: в нем было вычеркнуто всего шесть имен.

— Это… из-за меня? — Олаф не собирался обсуждать или оспаривать причину, по которой его снимали с задания, но он должен был знать. — Оттар, я что-нибудь сделал не так?

— Нет-нет-нет. Арджан просил тебе передать: «Хорошая работа, отличная. Все прошло по плану».

По плану? Недоумение Олафа только возросло. Он получил список в пятьдесят имен, и сорок четыре еще осталось.

— А как же остальные? Те, кто остался?

— Забудь про них. Так Арджан сказал: «Пусть про них забудет».

Олаф прикоснулся к буквам, составлявшим имя Тревора Уилсона, так, словно прикасался к самому мальчику. «Ты помилован, юный Тревор. Счастливой тебе жизни», — подумал он.

— Не понял, — сказал в ответ Оттар, и Олаф догадался, что произнес эти слова вслух.

— Так, ничего. Какое новое задание?

— Сейчас вышлю.

— Ну высылай. Конец связи.

— Погоди, Олаф. Арджан велел передать, что объектов два и они перемещаются. Сейчас они находятся недалеко от тебя, но если поменяют место, мы тебя известим и приготовим транспорт.

— Понял.

«Транспорт» — это частный реактивный самолет. Шестнадцать дней назад Олаф высадился из одного такого в штате Юта. А как бы он еще смог перемещаться на дальние расстояния с собаками и в таком виде?