Чтение онлайн

Их миссия. Ох, все Светлые боги! Их миссия оказалась полностью провалена — полукровка ускользнул, лично выбранные учителем боевые маги погибли, бесценная сфера Ангун оказалась в руках врага. И хотя лично Лисс ни в чем из случившегося виноват не был, отвечать ему предстояло своей жизнью. Вернее, сперва рассудком. Подмастерья редко оставались в здравом уме после допроса третьей степени, а безумие, даже временное, вело к дисбалансу магии, Дар начинал разрушать тело, и — прощай, Лисс!

Люди Тонгила закончили связывать наемников и начали устраиваться на площадке башни. Один из них, тот, которого Лисс запомнил по ухмылке, достал провизию и фляги с водой, а самый младший из группы, темноволосый подросток, подошел к западному окну посмотреть на Волну. Пару раз Лисс замечал на себе любопытные взгляды вошедших, но никто с ним не заговаривал.

— Господин, там тот крылатый дух! — неожиданно воскликнул подросток.

А потом, спустя несколько мгновений, в проеме лестницы появился человек. На вид — почти обычный, из плоти и крови, только в одежде, которая вышла из моды много веков тому назад, и… На мгновение Лиссу показалось, что это вернулся Митрил. Но нет, сходство было поверхностным.

Вновь вошедший обвел взглядом всех, кто находился внутри, и дольше всего его взгляд задержался на связанных наемниках. Потом он посмотрел на Тонгила:

— Племя туур-анэ было полностью уничтожено сегодня этими людьми. Отдай их мне, — говорил дух на языке империи, но со странным, незнакомым Лиссу акцентом.

— Наемников забирай, — легко согласился Темный, — а маги мне нужны.

Лицо вошедшего исказилось в гримасе, и Лисс вдруг резко ощутил его чуждость, его нечеловеческую природу.

— Эти маги не убивали тууров, — миролюбиво добавил Темный. — Крови на них нет. Ты ведь умеешь это видеть?

— Напрямую не убивали. Но они все равно нарушили наш закон.

Лисс судорожно сглотнул. Мысль о том, что он попадет в руки мстительных духов Степи, внушала куда больший страх, чем просто мысль о смерти. Смерть — это хотя и больно, но быстро, а потом или Серый Мир, или владения Солнечного. А духи… Лиссу как-то сразу вспомнились все жуткие легенды о том, что духи могли мучить попавшихся им врагов годами, даже десятилетиями…

Юриден — судя по тому, как он поприветствовал Тонгила и как долго они потом беседовали — был с Темным магом знаком давно. И тут поднимали голову и политика, и тайные договоры, и, может быть, даже предательство интересов Совета — все то, о чем подмастерью вроде Лисса лучше было бы не только не знать, но даже не догадываться. Да, Юриден был Тонгилу, вероятно, нужен.

Но какой толк Темному от Лисса?

— Выкуп за обоих? — тем же миролюбивым тоном предложил Тонгил вошедшему. — По закону Степи?

На это предложение дух ответил не сразу, явно задумавшись. Потом злость с его лица исчезла, и он кивнул:

— В погибшем племени туур-анэ было триста пятьдесят два человека. На рабских плантациях Южных Княжеств много детей Великой Степи. По праву выкупа верни оттуда в Степь дважды столько, сколько убили сообщники этих магов.

— Хорошо, — согласился Темный, — в течение пяти лет я это сделаю.

Дух склонил голову, принимая обещание. Потом шагнул вперед, к месту, где лежали связанные наемники, раскинул руки. И через долю мгновения рук уже не было, были крылья, распахнутые, огромные, темные. Белый огонь пробежал по черным перьям, перекинулся на пленников, а потом и дух, и пленники исчезли.

И Лисс подумал, что сегодня ему просто бесовски везет и не везет одновременно. Не везет со всеми планами, но везет оставаться в живых снова и снова.

А еще, кажется, у него только что появился долг жизни перед Тонгилом.

Юриден отчего-то проявил большой интерес к месту, с которого исчез дух. Подошел, присел на корточки, потрогал каменный пол руками, потом вытащил из-под одежды какой-то амулет и положил туда.

Арон вновь посмотрел на вяло растущие колонны из сиреневого песка. Они все еще были готовы едва на половину. Еще несколько часов ожидания.

— По нашим легендам, — негромко сказал Кирк, как-то незаметно оказавшийся рядом, — нет судьбы хуже, чем у людей, которых забрали духи Волны. Старики говорят, что лучше перерезать себе горло, чем достаться мстительным духам.

— Вот как, — рассеянно отозвался Арон, не отводя взгляда от песочных колонн.

— Маска сползает, да? — участливо уточнил Кирк.

— Что? — Арон моргнул, вырванный странным вопросом из размышлений, и на всякий случай шевельнул пальцами, ставя щит от подслушивания.

— Маска добряка, говорю, у тебя сползает. Ну помнишь — ты говорил, мол, воскресение из мертвых привели тебя к переосмыслению чего-то там, совесть вроде бы проснулась… Я дословно не помню, но общий смысл такой был.

— Что-то такое говорил, да, — согласился Арон. — И как это связано с тем, что я отдал наемников Светлых этому духу?

— Добрый человек должен был бы их пожалеть. Нет? Или это не так работает? Но Истена и Пратаса ты отпустил живыми.

Арон задумчиво потер подбородок. Последнее время он все больше сомневался, что правильно поступил с Истеном и Пратасом. Мертвецы не разговаривают и неприятностей не доставляют. Может и стоило тогда послушать Прежнего и собственный здравый смысл и братьев убить? Но что сделано, то сделано.

А сейчас Арон пока слабо понимал, к чему Кирк клонит.

— Среди этих наемников были твои знакомцы? Надо было раньше сказать.

— Были, — Кирк кивнул, — но мне на них, честно, плевать. Я о другом. Для меня все эти доброта, совесть, милосердие — понятия чисто, э-э…

— Теоретические? — подсказал Арон.

— Ага, точно. Теоретические. Но в жизнь мне попадались добряки. Я всегда наблюдал за ними — интересно было. Жалостливые они. Совестливые. А если что-то плохое делали, даже случайно, так потом по ночам спать не могли, переживали… Я к тому говорю, что если ты всерьез решил добряком быть, то неровно у тебя получается.

— И что ты предлагаешь?

— Я? Ничего. Но ты ведь не так просто это все придумал — с перерождением там, с изменением характера? У тебя ведь, верно, какие-то планы построены на этом? Вот я и говорю свои впечатления. Со стороны — оно часто виднее.

— Значит, маска сползает?

— Ага, верно.

Арон посмотрел на то место, где совсем недавно лежали связанные наемники и где все еще копошился Юриден со своими амулетами. Жалеть чужаков? Рисковать поссориться с могущественным духом, возможно рисковать своей жизнью ради тех, кто убил бы его, не задумываясь? Такая жалость — признак не доброты, а глупости. Юриден — ладно, он полезен. Лисс не особо полезен, но он — друг Венда. В основном только ради Венда Арон Лисса и пощадил…