И пришли семеро
Шрифт:
— Леди, Ламия. Предсказанный вами мужик был пойман на северной оконечности нашего лагеря, — доложила рыжеволосая. — Повинуясь вашему приказу мы не стали его связывать и сразу же привели к вам!
— Проходите, — холодно разрешила высокородная.
Повинуясь её приказам, мы прошли сквозь внутренние помещения шатра и остановились во внушительного размера отделении, устланном пушистыми шкурами. Одну стену его занимало огромное ложе, устланное мягкими перинами и шелковыми простынями. У другой располагался небольшой мраморный алтарь с лежащими на нём цветами, несколькими курительницами, испускающими тонкие струйки ароматного дыма, и зловещего вида серебряным кинжалом. Ну, а возле входа располагался столик с несколькими кувшинами вина и большим блюдом с фруктами. Самым поразительным была абсолютная тишина, царящая в помещении. При том, что, по моим прикидкам, за прилегающей к ложу стеной должен быть обрыв с ярящейся под ним речкой.
Оказавшись в комнате, мы с рыжеволосой замерли у входа, в то время как Ламия по хозяйски уселась на ложе, чуть расставив ноги и не сводя с меня взгляда своих пронзительных чёрных глаз.
На высокородной было всё то же кожаное платье и сапожки, что и во время визита к монастырю. Из-за её позы и разреза на юбке, ножки красавицы оказались полностью обнажёнными, открыв моему жадному взору не только верх чулок и молочно-белую кожу бёдер, но и кожаные, под цвет платья, трусики, прикрывающие её лоно.
В этот момент я немного пришёл в себя. Не настолько, что бы обрести способность игнорировать приказы или задумываться о своём состоянии, но достаточно, что бы осознать, что передо мной в вызывающей позе сидит прекрасная высокородная. Мой организм тут же отреагировал на это соответствующим образом.
— Ах, а чего он такой крупный? — ахнула высокородная, разом утратив былую холодность.
Неотрывно смотря на мой готовый к бою член, Ламия испуганно свела колени и вцепилась в край ложа руками.
— Не знаю, госпожа, — ответила стоящая рядом со мной рыжеволосая. И неуверенно предложила. — Можем попробовать поискать другого…
Договорить женщина не успела, поймав на себе красноречивый взгляд высокородной, которая успела придать своему личику высокомерное выражение, но всё ещё сидела, сведя колени вместе и часто с испугом косилась на мой вставший член.
— Вы смертные, иногда бываете совершенно бесполезны, — покачала головой Ламия. И спросила. — Ирина, у тебя ведь уже были мужчины? И ты знаешь как с ними обращаться?
— Да, госпожа, — кивнула рыжеволосая, покраснев и покосившись на мой по-прежнему готовый к бою половой орган.
— Тогда хорошенько смажь его! — приказала высокородная.
Ирина, подчинилась и, старательно демонстрируя отвращение, опустилась передо мной на колени. Однако взгляд красавицы горел предвкушением.
Открыв рот, Ирина обхватила мой член горячими губами и начала водить головой туда-сюда, постепенно погружаясь всё глубже. Одновременно её рука ускользнула между её разведённых ножек, начав совершать там быстрые поступательные движения.
Я недостаточно оправился, что бы двигаться без приказа. Однако вид прелестной Ирины, стоящей передо мной на коленях и ощущения от проникновения члена в её горячий ротик быстро довели меня до оргазма. Это был первый раз, когда я делал подобное с женщиной, оттого кончал я долго и обильно, сперва заполнив рот Ирины, а, как она отстранилась — залив семенем её лицо.
— Что ты наделала? — воскликнула Ламия, всплеснув руками, увидев, что мой член бессильно опал, выплеснув последнюю порцию семени.
— Аххх. Простите, госпожа… Я сейчас всё исправлю, — пообещала Ирина, вытирая личико.
Наскоро приведя себя в порядок, рыжеволосая вновь взяла мой член в свой ротик. Но её умелые ласки язычком оказались совершенно бесполезны — все от силы ушли на первый раз.
Однако так просто Ирина сдаваться не собиралась. Решительно поднявшись, женщина сняла пояс с оружием, плащ, а затем решительно стянула с себя платье, оставшись в одних узких белоснежных трусиках.
— Что это ты собираешься делать? — подозрительно спросила Ламия. Высокородная вновь развела свои стройные ножки и заинтересовано подалась вперёд всем телом.
— Воспользуюсь своей грудью, — пояснила рыжеволосая, вновь опускаясь передо мной на колени и обеими руками прижимая к моему члену восхитительные упругие полушария.
Затем Ирина начала двигаться всем телом, тем самым заставив мой член двигаться в восхитительной ложбинке. Но, увы, все мои силы ушли на первый оргазм и я остался безучастен к стараниям красавицы.
— Что это с ним? — поинтересовалась Ламия, внимательно следившая за происходящим. Высокородная старательно изображала безразличие, однако учащённое дыхание и чуть покрасневшее личико выдавали её возбуждение.
— Видимо до этого у него не было женщины, — пояснила опытная Ирина. — Первый раз оно часто так у них бывает. Надо подождать, пока он восстановит силы.
— Заклятье настолько долго не продержится, — задумчиво возразила Ламия. А затем решительно тряхнула волосами. — Пожалуй мы поступим иначе… Оно, конечно, предназначено для высших существ, но и на жалких людишек должно подействовать.
Поднявшись, высокородная подошла к алтарю и, достав из-за него несколько плошек с пахучими порошками, быстро смешала их в нужной пропорции. Потом достала крупный желтоватый и тускло светящийся кристалл и положила его в плошку. И, наконец, взяв с алтаря кинжал, бесстрашно порезала себе запястье и обильно полила содержимое своей кровью. Стоило крови попасть на кристалл, как он начал быстро растворяться, пока не растаял полностью.
Положив кинжал на место, Ламия, продолжая держать порезанную руку над плошкой, опустилась на колени и быстро забормотала что-то на неизвестном мне языке.
Ирина, при виде происходящего действа, благоговейно опустилась на колени, и ткнулась головой в пол. При этом красавица по-прежнему оставалась в одних трусиках и сапожках. Я же остался безучастно стоять.
— Подойди! — приказала мне высокородная, оставшись сидеть у алтаря, но повернувшись ко мне.
Я подчинился, обратив внимание, что порез на руке Ламии полностью затянулся, не оставив и следа. Мало того — с белоснежной кожи красавицы исчезли даже следы крови.
Стоило мне приблизиться, как Ламия, аккуратно зачерпнула пальцами часть содержимого плошки и, встав, изобразила ими на моей груди какой-то символ.
Когда её пальчики коснулись моей груди, высокородная испуганно вздрогнула, но быстро взяла себя в руки, начав наносить на мою грудь символы и шептать какие-то непонятные мне слова.
Постепенно цепочка символов опускалась всё ниже и вскоре Ламия была вынуждена опуститься передо мной на колени. Увидев совсем рядом мой опавший член, красавица испуганно отстранилась. Однако сумела переселить себя и продолжила наносить символы. Последний знак она нанесла мне над лобком.