Чтение онлайн

 - Прошу любить и жаловать, — удовлетворенно кивнул царь. — А помощником его также волею своею царскою назначаю шорника Данилу Гвоздева и произвожу его в полковничье звание. А уж командиров надежных они подберут себе сами.

 - Премного благодарствую, царь–батюшка, да человек–то я мирный, происхождения простого, военному делу не ученый… — развел было растеряно руками свежеиспеченный замглавкома, но тут же добавил: — Но ежели держава без меня обойтись не может, то я завсегда готов. Воля ваша, царь–батюшка. Будет вам добровольная дружина. Мы с кумом Митрофаном для Лукоморья родного порадеем, не извольте волноваться. Только нам ведь, кроме солдат, еще и снаряжение, и оружие будет надобно…

 Царь удовлетворенно кивнул.

 - Ты, полковник Гвоздев, знай себе набирай добровольцев. А снаряжение и оружие вам будет.

 И продолжил:

 - С целью отражения нападения врага, приказываю сформировать… сформировать… — он поскреб в затылке, сдвинув корону на лоб, как будто вспоминая что–то, — сформировать… оборонное командование. Под моим командованием. Первое заседание объявляется открытым…

 Проводник — маленький, рыжеватый, кривоногий человечек с хитро косящими узкими глазами и торчащими во все стороны волосами, что делало его похожим на рябое небритое солнышко c темным прошлым — сочувственно взглянул на приунывшего царевича, не проронившего ни слова с тех пор, как они, собрав остатки шашлыка, взгромоздились на Масдая и отправились в обратный путь — в Атланик–Сити, столицу рудокопов атланов.

 - И чего теперь куда? — стараясь звучать скорбно, соответственно ситуации, проговорил он.

 - Не знаю… — едва прошевелил губами Иванушка и снова уткнулся лбом в поджатые колени. — Теперь — не знаю…

 - А у тебя что — предложения будут? — испытующе прищурился на атлана Агафон.

 - Ну, как бы если и подумать, то, может быть и будут, — уклончиво пожал плечами проводник.

 - Так говори, вольный стрелок, не ходи вокруг да около, — очнулся от сытой дремы дед Зимарь. — Как звать–то тебя, сынок? Не обессудь на старика — чегой–то я запамятовал. Имя–то уж у тебя больно непривычное.

 - Ясенем меня зовут, — несколько обижено напомнил атлан.

 - Ясенем? — переспросил дед. — Это как дерево, что ли?

 - Да, — с гордостью подтвердил проводник. — У нас по названиям деревьев сплошь да рядом детей называют.

 - А почему именно деревьев? — заинтересовался волшебник.

 - Если не секрет, — уточнил старик.

 - Я слышал, у северных народов обычай есть детей в четь камней называть и металлов — Диаманда, Эсмеральда, Сильвер, Злата, Булат и так далее, потому что они у них — редкость и драгоценность. А в наших горах редкость и драгоценность — деревья. Да еще всё, что связано с деревом, в том числе, и имена, считаются у нас оберегами от горных демонов. Вот и весь секрет.

 - Я спросил у Ясеня: «Где моя любимая?» — пробормотал, горько усмехнувшись своим мыслям, Иванушка и снова уткнулся в колени.

 - Я говорю, что где любимая твоя, я знать не могу, — многозначительно взглянул на него антал. — Но вот человечка, который может, я знаю.

 - Кто это? — мгновенно очнулся от своих страданий и вскинул голову царевич.

 - А вы долго по нашей стране путешествовали, пока меня нашли? — в ответ на уже свои мысли полюбопытствовал вдруг ни к селу ни к городу проводник.

 - Нет. Пару дней, не больше, — ответил Агафон.

 - Да и то ее толком не видели — от избушки охотничьей к избушке метались, — добавил дед.

 - А–а, — с непонятным удовлетворением протянул Ясень. — Значит, порядков наших и обычаев не знаете.

 - Нет, — в один голос подтвердили путешественники, и даже Масдай.

 - Тогда я вам расскажу. Есть у меня одна женщина знакомая, которая гадать может. Если я ее попрошу, то она вам что хотите расскажет.

 - Так что ж ты раньше–то молчал? — воскликнул Зимарь.

 - А то, — строго взглянул на него проводник, — что гадание у нас под страшным запретом. Если власти пронюхают — в тюрьму загремит не только гадальщик, но и клиент! Опасное это дело. Кого попало к знакомой гадалке я не поведу. И не уговаривайте.

 - Так что ж ты это? Сказал «А» — сказывай и «Бэ»! — потребовал дед Зимарь.

 Ясень замялся.

 - Ясень, пожалуйста, помоги нам! На тебя вся наша надежда! — взмолился Иванушка.

 Проводник вздохнул и развел руками.

 - Мы заплатим, — проявил чудеса догадливости волшебник, и проводник мгновенно сдался:

 - Только это дорого обойдется.

 - А правду она говорит–то хоть, али когда как? — прищурился на проводника испытующе дед Зимарь.

 - Истинную правду, — как олицетворение оскорбленной искренности, правдивости и честности прижал руку к сердцу Ясень. — Если гадание не выйдет, и вы свою кралю разлюбезную не найдете, возвращайтесь — она вам все вернет, до последней монетки.

 Иванушка с робкой надеждой обвел взглядом друзей:

 - По–моему, это надежная гарантия?..

 - Еще бы, — довольно хмыкнул атлан. — Только у меня еще несколько условий будет.

 - Каких?

 - Ни про гадание, ни про гадалку — никому ни слова, ни полслова.

 - Могила, — страшным шепотом поклялся за всех Агафон.

 - Чего нагадает — никому постороннему не говорить.

 - Ясень… пень…

 - Сразу, как только она вам погадает, летите из города и не оглядывайтесь.

 - Уже летим, — заверил его Масдай.

 - И деньги вперед.

 Ковер покружил над городом, почти не различимым в рано опустившихся октябрьских сумерках, и ворчливо поинтересовался у проводника:

 - Ну, что? Узнаешь местность? Куда садиться–то?

 - М–м–м… вот туда, — и он ткнул пальцем куда–то вниз и вправо. — Там постоялый двор моей старой знакомицы — Лианы. Она в постояльцах неразборчива, кого попало принимает и вопросов не задает.

 - От кого попало слышу! — не замедлили обидеться Агафон.

 - По–твоему, мы — «кто попало»? — сердито поддержал его дед Зимарь, готовый к бою за свое и друзей доброе имя.

 - Вы — нет, — поспешно качнул лохматой головой проводник. — А вот он, — он ткнул пальцем в Масдая, — да. Но, если вы хотите, чтоб на вас ходил смотреть весь город, как на заезжий зверинец…