И СТАЛИ ОНИ ЖИТЬ–ПОЖИВАТЬ
Шрифт:
- Д… да… — буркнул едва слышно себе под нос нахохлившийся волшебник. — Н… но по в… всякому б… бывает… у меня… по крайней… мере…
- Т… ты можешь… ее остановить?.. — крикнул через плечо царевич.
- Д–да… Н–нет… Да нет… ЗА НАМИ ПОГОНЯ!!!
- Прошло уже минут п… пять!… А она не слуш… шается!.. ПОГОНЯ?!..
- Не отвлекай… ся… Я беру солд… ой, опять прикусил!.. солдафонов… на себя! — горя желанием отвлечь Ивана от своей промашки, попрактиковаться и, наконец, принести хоть какую–то пользу обществу, чародей перевернулся на живот, подполз к заднему краю телеги, занял огневой рубеж и прищурился, подпуская группу преследователей всадников в семь–восемь — его законную добычу на этот раз — поближе.
- Не повреди им!.. — обернулся в пол–оборота Иванушка. — Просто зад… держи!..
- Что д… держать?!.. — на миг забыл о своих приготовлениях маг.
- Задержи, гов… ворю!.. Ой, язы–ык!..
- Ха! Забудь про них! — с мрачным удовлетворением отозвался специалист по волшебным наукам, снова прищурился и махнул правой рукой в направлении преследователей.
В воздухе со звоном взорвался еще один искрящийся зловонный еж заклинания «С ума сойти». Кони патруля вздрогнули и рванули, попытались выскочить из собственных шкур… что привело лишь к ускоренному сокращению расстояния между ними и объектом преследования: заклинание сработало у них за спиной.
- К–кабуч–ча!!!.. — взвыл маг и, с неприязнью окинув взглядом первого всадника в паре метров от него, уже радостно подсчитывающего премиальные за поимку особо опасных преступников, торопливо выкрикнул еще одно заклинание.
Телегу занесло, потащило, влепило в стену, она отскочила от нее, как мячик к противоположной стене, потом обратно, заскользила, затрещала, захрустела, но кое–как выровнялась и понеслась дальше…
Вослед ей из кучи тел, рассыпавшихся по белому гладкому льду, который вдруг возник из ниоткуда на месте привычной булыжной мостовой, неслись проклятия на человеческом и лошадином языках.
- Ага, так им!.. — торжествующе взревел волшебник и несколько раз ударил кулаком по задку телеги, нанося удары воображаемому врагу. — Вот вам!.. Вот!.. Получите… рас… спишитесь… Иван, ты вид… дел, как я их?.. Ты вид… дел?..
- Вид… дел… из переулка справ… ва еще скач… чут… — обеспокоено повернулся к нему лукоморец, так и не рискнув разжать руку, чтобы ткнуть в указанном направлении.
- Пусть!.. Заждалсь.. ся!.. Я их од… дной лев… вой!.. Аттракцион год… да… Цирк на льд… ду… — фыркнул и щелкнул зубами чародей и приготовился отбить еще одну атаку.
Едва стражники показались из–за угла, Агафон залихватски прищелкнул пальцами и, не глядя, швырнул в них свое коронное заклинание [49]. Но то ли расстояние было слишком велико, то ли прикушенный в очередной раз язык не повернулся в нужный момент должным образом, то ли прицел сбился, а, может, пресловутый щелчок внес свои революционные поправки, не предусмотренные составителем заклинания, только с неба на них и на изумленных солдат ухнула и взметнулась до крыш месячная зимняя норма пушистого легкого снега. И пока ошарашенный чародей выкапывал себя из сугроба, укрывшего телегу белой копной, отыскивал на занемевшем от холода лице глаза и отплевывался, изумленная, но не задержанная стража успела приблизиться на несколько метров.
- Именем короля — стойте! — грозно проревел передний всадник с офицерскими знаками различия на кирасе и не менее чем генеральскими усами, и обнажил для убедительности широкий меч.
- Щаз! — кивнул маг, стиснул зубы и ударил по офицеру другим заклинанием. — А это не хоч… чешь?..
Неожиданный порыв горячего ветра бросил стражнику в глаза горсть песка, но промахнулся, и попал в разинутый рот.
- Именем коро–кхля… кхля…кхля.. кхля…
Офицер подавился, закашлялся, захрипел и стал отплевываться, но кроме глубокого морального удовлетворения специалисту по волшебным наукам это не дало ничего. Погоня приближалась с каждой секундой, блестя обнаженными мечами и размахивая сетью, мысленно припоминая и оценивая в тычках и пинках каждый квадратный сантиметр льда под ногами, каждую снежинку за шиворотом, каждую песчинку в горле…
Откуда–то слева и сзади донесся звук трубы — похоже, к ним торопилась присоединиться еще одна группа желающих поохотиться на гостей столицы.
Агафон снова выкрикнул волшебные слова — в это раз несколько более отрывисто и нервно, чем требовала рецептура — и рассек воздух кулаком.
- Щас… вы… у… ме… ня… по… лу… чи… те…
Над головами стражников раскатился многотонным камнепадом гром, сверкнула с оглушительным треском молния, с крыш домов посыпались дождем шипящие белые искры, гася не успевшие увернуться фонари у ворот, в ноздри ударило корицей и ваксой и… все закончилось.
- К–каб–буча!!!.. — не веря собственным чувствам, взвыл чародей и воздел очи горе, в тайне ожидая то ли продолжения, то ли кары свыше. Но не последовало ни то, ни другое.
Кроме монументальных виадуков, то тут, то там соединяющих противоположные дома, подросшие и похорошевшие с того момента, как маг в последний раз обращал внимание на окружающую архитектуру, россыпи мелких звезд и кособокой луны над их головой не было ничего.
- К–как… д… д… д… дела?.. — обернулся Иванушка. — Лошадь, каж… жется… замедля… для… для… ется…
- Я сейчас!.. Один миг… миг… миг… миг… миг!.. — отвлекся от своего мира скорби по несостоявшейся жизни чародей и снова повернулся суровым лицом к настигающим их солдатам.
Надо собраться.
Последняя попытка.
Или сейчас, или никогда.
С ним или на нем.
Родина или смерть.
Кошелек или…
Нет, это не то.
Надо сосредоточиться.
Итак, на счет «три».
Раз, два…
- Именем короля! — на всякий случай прикрывая рукой рот, проорал метрах в пяти от него усатый офицер и махнул мечом. — Стойте!
Вот, нашел.
Милый таинственный образ прекрасной девицы.
Огромные глаза с поволокой, стыдливый румянец, нежная кожа, брови, как у соболя…
То есть, соболиные…
…ТРИ!!!
- За царевну Серафиму!!! — гаркнул Агафон и, рискуя завершить поездку ранее, чем хотелось бы, да еще и под копытами десятка боевых коней, взмахнул обеими руками, пулеметной очередью выкрикивая ломкие, каркающие слоги.
Невидимая стена — вот, что им сейчас нужно и что сейчас будет.
Финита ля погоня.
Отдыхайте, неудачники.
Ночной воздух содрогнулся, ударил беззвучный гром, сопровождаемый ослепительной вспышкой света, заплясала, забилась в нервном припадке мостовая, завибрировали стены домов, погасли фонари…
Древний беломраморный виадук у него над головой вздрогнул, словно вспомнил, сколько ему веков от роду, спохватился, что столько не живут, и без дальнейших размышлений грузно обрушился на мостовую, увлекая за собой огромные куски стен домов с обеих сторон. Облака каменной пыли мгновенно окутали оказавшиеся разделенными стороны погони. Обезумевшие от страха лошади скинули своих всадников и умчались прочь, не оставив координат — если и не на благословенные пастбища своего детства, то наверняка туда, где законы природы исполняются более тщательно, а архитектура не набрасывается на бедных непарнокопытных при исполнении служебных обязанностей.