Чтение онлайн

 - Держитесь, не вставайте!!! — прогудел Масдай прямо в уши и без того лежащих пластом пассажиров и взял курс на Паука.

 Увидев стремительно приближающиеся к нему вражеские ковры, он сделал обманный маневр вверх, ковры — за ним… Но за мгновение перед тем, как они сомкнулись бы над ним, он резко ушел в пике, нырнув, брызнув стеклами, прямо в огромную, от стены до стены, самую верхнюю комнату колдовской башни.

 Ковры умрунов со всего маху встретились с крышей.

 А через пару секунд — с землей.

 А в это время Масдай метался по начинавшей казаться бесконечной комнате–лаборатории, круша, роняя и переворачивая все вокруг.

 - Свет! Дайте свет!!! — не выдержал, наконец, он. — Я не вижу выход!

 Не задумываясь о том, что он делает, Агафон, не вставая с ковра, поднял руку и щелкнул пальцами.

 Взвился ослепительный фонтан желтых искр, моментально осветивший всю мерзость свежепричиненного разрушения, и Масдай, вопя: «Уберите огонь!!! Уберите, кому говорят!!!», выбил еще одно окно и вырвался в ночь.

 Оставляя за спиной еще один пожар.

 Отлетев на безопасное расстояние — то есть, расстояние, с которого были не слышны взрывы в Пауке и почти не видно вырывающееся как струя из пожарной кишки пламя, ковер снизил скорость, люди сели и смогли перевести дух и оглядеться.

 - Ох, хвост–чешуя! — только и смог выговорить дед Зимарь, вытряхивая из длинных седых волос и бороды осколки стекла.

 - Масдай, ты — чудо! — от всей души чмокнул Иванушка ковер в пыльную спину.

 - Я жив?.. Скажите мне, я точно жив?.. — слабым голосом проговорил Агафон и провел по лицу, стирая стекавший со лба в глаза пот.

 Левой рукой.

 - А–а–а–а–а–а–а–а–а!!!!!!!.. О–о–о–о–о–о–о!!!!!.. У–у–у–у–у–у–у!!!!!..

 Окрестности огласились нечеловеческими воплями чародея.

 - Агафон, ты что?

 - Что с тобой, милок?

 - Глаза–а–а–а–а!!!.. Ой, не могу–у–у–у–у!!!. Глаза дерет!!!

 - Да что произошло?!..

 - Перец!!!

 - Какой перец?

 - Красный!!!

 - Да какой красный?..

 - И это потом объясню!!!.. О–о–о–о–о!!!.. Воды–ы–ы–ы–ы!!!.. Помираю–у–у–у–у!!!..

 Доложить царю о происшедшем ночью решился бы только Чернослов, но его не было.

 Утром Костей, узнав о беглецах, разрушениях и потерях в живой и неживой силе и потерянном времени, пришел в ярость.

 Стали жертвами царской истерики и полегли под его нелегкой дланью генерал Кукуй и советник Зюгма — протеже Чернослова, стражники, стоявшие в ту ночь на часах у библиотеки, начальник дворцового караула и — неизвестно зачем — шеф–повар.

 Воспринимая гнев хозяина, самоцвет на его груди горел, переливаясь, тяжелым рубиновым огнем.

 - А выследить при помощи всевидящего блюда вы не… — первый раз за день робко решился внести предложение свежепроизведенный генерал Кирдык, и тут же втянул голову в плечи, вспомнив некстати о печальной судьбе своего предшественника.

 - Ты думаешь, ты один тут такой умный? — злобно оборвал его Костей. — Все погибло в башне! Все! Все! Все!!!..

 - А, может, послать в погоню лихо?.. — генерал был не из тех, кто так легко отказывается от умной идеи, нечаянно попавшей в его голову, раз уж после первой попытки она все еще оставалась на своем месте.

 Царь взорвался проклятиями:

 - Идиоты!!! Трусы!!! Предатели!!! В Пауке сгорели все наши запасы!!! Сейчас каждый умрун на счету, каждая паршивая собака!!! И каждый драный ковер!!! Всех изничтожу!!!.. Всех! Всех! Всех!!!..

 - Так точно! Есть! Будет исполнено! — перепуганный вусмерть генерал вытянулся по струнке и стал есть глазами начальство. — Слушаюсь! Беспрекословно! Всенепременно! Повину!..

 - Замолчи, дурак! — Костей раздраженно махнул рукой в сторону Кирдыка, Камень вспыхнул, и генерал остался стоять с выпученными глазами, открывая беззвучно рот.

 - Стоп, — Костей, уже не обращая внимания на Кирдыка, продолжил разговор с самим собой. Где еще в его царстве возьмешь умного человека? — А, может, послать за ними… Хотя, нет… Она тоже нужна здесь.

 И он вперился буравящим насквозь безумным взглядом в генерала:

 - Будь настороже двадцать четыре… нет, сорок восемь часов в сутки, Кирдык, если не хочешь последовать за своим бывшим командиром. Не спускай глаз. У них нет другого выхода. Им нужен я. И они вернутся.

 Не известно, как насчет деда Зимаря и Иванушки, но Агафону царь Костей был не нужен.

 Ему было не нужно никого и ничего, кроме большого количества холодной воды.

 Но и его не было, и пришлось бедному магу прострадать до утра, а потом еще несколько часов, пока Масдай не заметил тоненький ручеек среди камней и не объявил привал.

 И когда чародей привел, наконец, в порядок свои многострадальные очи, а дед Зимарь набрал последних в сезоне, по его словам, грибов и насадил их на прутики жарить на разведенном Иванушкой костре, смогли они с ковром приступить с чувством, с толком, с расстановкой к объяснению своего необъяснимого с первого взгляда появление в ночи.

 Все было предельно просто.

 Двое гвардейцев из самой первой виденной Иваном и Агафоном беды получили приказ найти большой ковер своих жертв и выполнили его.

 К своим они присоединились только в пещере, где на следующий день после сражения в горах готовились отбыть в столицу царства Костей умруны с пленниками. Тут же, не дав сойти с трофейного ковра, лейтенант Орел дал им еще одного умруна и приказал вернуться в ту деревню, где был оставлен на попечение крестьянина дед Зимарь, чтобы забрать его и передать и ковер, и старика лично ему, Орлу.

 В полубессознательном состоянии хозяин вытащил старика во двор и передал с рук на руки умрунам.

 Но случилось непредвиденное — или ожидаемое, для кого как: дед, только почуяв ненавистный запах, сразу выздоровел.

 Разметав клочки умрунов по двору, Зимарь (правда, приняв человеческий облик) накинулся на хозяина и стал спрашивать, где чародей и лукоморский царевич.

 И тут в разговор вступил висевший рядом на заборе Масдай.

 Как ни торопились, к замку Костея они смогли долететь только глубоко за полночь. Остальное оказалось делом техники: волшебный ковер с возрастом и опытом Масдая мог чувствовать присутствие хозяина в радиусе ста метров, если провел с ним до этого хотя бы месяц.