Чтение онлайн

Уже сидя перед окном в своем номере и попивая горячий кофе, я рассматривала рисунок шестиконечного креста, заключённого в круг. Именно он был так дико похож на то, что сфотографировали оперативники на месте.

В точно таком же кругу, линии которого были выжжены на едва позеленевшей траве, в самом центре лежали останки и правда животного очень напоминающего лошадь. Это место находилось на одном из холмов, где грядой стояли огромные камни, будто выросшие прямо из земли.

– Если это и правда лошадь, то подобное могло произойти только из-за удара молнией. Либо животное просто сожгли...
– прошептала и увеличила изображение.

"Если поверить в удар молнией, то тогда..." - подумала, а закончила в голос:

– Мальчик правду говорит, что ли?
– скривилась, решив что уже с ума схожу, - Однако...

Я перешла в следующий документ и вот тут замерла, потому что структура и сплав металла кинжала малыша был точно таким же, как и у орудия убийства Белецкого и Острицы.

– Охренеть...
– я даже за подлокотник кресла схватилась, когда прочла результаты экспертизы оружия этого ребенка.

– Да этот ножик стоит столько же, сколько домик в Конча-Заспе, - продолжила в шоке листать описание камней, которыми были инкрустированы платиновые ножны.

Однако само лезвие клинка оказалось тем самым "криптонитом", о котором мы ничего не знали, и который вызывал отравление тканей, даже у трупа. Прочитав всё до конца, и постоянно вспоминая мальчика, я ворочалась в кровати всю ночь, пока не поняла что и не спала вовсе.

Поднялась, помылась и оделась на автомате, продолжая ковырять себе мозг тем, насколько дико правдоподобно сходится то, что сказал мальчик, с тем, что я видела на снимке, который сбросил Ушастик.

Сомнений нет. Единственный выход - посмотреть на это своими глазами, но уже с ребенком, который наконец прольет свет хоть немного на то, как оказался в горах один.

Как только я попала в вестибюль отеля, меня ждал весьма интересный сюрприз в виде Игоря, который что-то выспрашивал у Ярослава. Мальчика очевидно привезли прямо к нам.

Придурок так пристал к ребенку, что малыш только заметив меня, сперва побежал, а потом затормозил и уже спокойным шагом, но быстро пошел в мою сторону. Теперь Ярослав выглядел, как обычный мальчик в теплой парке и джинсах.

Только глаза выдавали в нем именно того испуганного малыша, который схватился за меня и не хотел отпускать. Прямо как сейчас, когда кивнул головой, словно в поклоне, и строго, но опять детским голосом произнес:

– Я заставил боярыню привезти меня к вам, княжна. Я хочу остаться с вами, пока отец не отыщет меня.

Я честно не знала, что ответить ребенку, потому просто присела напротив него и застегнула курточку выше:

– Нам пора, Ваша Высокость. Вы же помните, что обещали мне?

– Да, - храбро ответил Ярослав и как только я поднялась, встал за моей правой ногой и взял за руку.

Я приподняла бровь, смотря вниз на эту картину, а малыш тут же произнес:

– Вы дали клятву защищать меня, княжна. А я хочу чтобы эта злая тетка ушла! Она кричала на меня вчера. И боярин в странной кепке... Он не нравится мне. От него дурно становится, и страшно. Не уходите...
– закончил шепотом мальчик и шмыгнул носом, сильнее сжав мою руку своей.

"И правда очень умный и необычный ребенок..." - улыбнулась и обхватила маленькую ручку сильнее.

– Тогда поехали, Ваша Высокость! Нам пора...
– посмотрела прямо в глаза Ярославу, и мысленно прошептала:

"Это не может быть правдой. Это какой-то действительно шизофренический бред..."

Однако спустя полтора часа езды к Яремче, ещё часа подъёма по той самой туристической тропе, а потом около двух часов виляний по лесу за ребенком, мне уже было откровенно плевать на всё, только бы прекратить это. Но Ярослав продолжал упорно искать то, что я просила, и кажется не давал передохнуть никому из оперативной группы.

С запада стала надвигаться настолько черная стена туч, что я решила свернуть поиски места с пентаграммой. Если ребенок не может его отыскать, значит это постановка, и вот тут возникает уже более реальная версия того, что этот мальчик может быть вообще ребенком убийцы.

Подобная мысль заставила по моему телу прокатиться дрожь, которая из-за грома, прогремевшего прямо над головой превратилась в настоящий озноб.

Мы прошли вдоль гряды снова и стали спускаться вниз с холма, как раз в тот момент, когда началась гроза. Я переглянулась в группой и той самой боярыней психологом. Женщина достала что-то наподобие дождевика и протянула, чтобы я надела его на Ярослава. Однако малыш замер и после очередного раската грома, так схватился за мою ногу, будто захотел с ней срастись.

– Ваша Высокость, нам пора спуститься вниз, иначе промокнем до нитки!
– я попыталась отцепить мальчика от себя, и уже искала взглядом Игоря, который шел впереди на несколько десятков метров ниже.

Повернулась, чтобы поднять Ярослава и спуститься с ним на руках с холма быстрее, но чуть не остолбенела от того, как прямо рядом со мной просвистело что-то в воздухе, а в голове четко прозвучала мысль, что это могла быть пуля.

– Сюда!!

Схватив ребенка и спрятав за собой, я закричала, когда поняла что психологша испарилась. Только что стояла в паре метров, а спустя несколько мгновений женщины не оказалось рядом.

– Какого черта?!
– посмотрела на то, как с неба начинает лить стена дождя, и приближается этот ливень прямо к нам.

Ярослав крепче схватился за меня, и когда к нам начал бежать Игорь, понимая, что что-то произошло, позади раздался женский крик.

Всего-то пары секунд было достаточно, чтобы это произошло. Все пары чертовых секунд хватило, чтобы я провалилась в какой-то странный, страшный, дикий, но в то же время необъяснимо прекрасный сон.

Сон о том, как впервые увидела его...

Гром прозвучал оглушительно, а всё что я успела рассмотреть - то, как черная тень стоит над женщиной и пронзает её тело мечом насквозь. Несчастная, словно в застывшем моменте, падает на землю, а я делаю рваный вздох, чувствуя как горло разрывает от истошного крика. Вопля, когда становится дико страшно, смотреть на то, как мимо меня свистят пули моих коллег, а я прижимаю ребенка к себе сильнее, чтобы он не видел этого.

Одежда промокает насквозь, по телу бежит дрожь, а когда женщина начинает катиться с холма прямо к моим ногам, тварь убившая её, легко спрыгивает вниз со скал.

Игорь бежит из всех сил по холму вверх, но не успевает. Как только тело несчастной женщины останавливается рядом со мной, гром гремит опять настолько оглушительно, словно этим бьёт прямо по мне и малышу.

Воздух становится плотным и гудит. Он вибрирует точно так же, как в турбинах самолёта, когда тот взлетает. Небо над нами шипит, искрится и разгорается, когда молния летит с бешеной скоростью прямо в нас с мальчиком. Я не могу поверить в это, но вижу, как сгусток электричества рассекает воздух, будто плеть, и бьёт прямо по нам.