Чтение онлайн

Далее, есть трудности с которыми нам не справится самим. Например при поломках машин у одного корабля эскадры, мы стопоримся все, а пар лишний куда девать? Вот и травим излишки пара в атмосферу. На этом и воды и угля экономии никакой. И понятно, что эскадру разделять нельзя, вдруг нападение?

— Достаточно. Я вопросы уяснил. Подытожим направления выполнимые в наших условиях.

Первое, ревизия паропроводов и вообще трубопроводов, с устранением протечек. Ваша забота господин подполковник.

Второе, не ждать эскадрой поломавшихся, а назначать точку рандеву, возможно выделять кого-нибудь в эскорт. Этот вопрос беру на себя, буду обсуждать с командующим. Думаю вполне смогу его убедить. Благо, по достоверным сведениям, японцев до Сингапура можно не ожидать. Ну и заодно интенсивность погрузок может и снизим. С учетом того что часть угля у нас прогорает только для того чтоб высушить уголь что берем с россыпи на палубах. Расчет обоснование только представьте, чтоб к командующему подкованным аргументами идти.

Третье, контроль качества воды и ее очистка. Борис Юрьевич, Фрица к этому делу приставишь, помню, ты мне говорил, он, прежде чем в моряки уйти чему-то химическому учился?

Ну и мастер классы по правильной топке с тебя.

Так с этим вроде закончили. Уважаемые. Теперь хочу высказать свое мнение я. Как вы знаете, сфера моих интересов в основном лежит в области организации управления кораблем и тактическим маневрированием. Посему я не слишком обращал внимание на то что творится ниже корабельных палуб. Произошедшее события заставили меня копнуть поглубже и, надо сказать, увиденное меня весьма огорчило. В первую очередь я обратил внимание на организацию и ведения борьбы за живучесть корабля. Она, я считаю, не выдерживает никакой критики.

Обнорский Политковский и Стратанович как по команде закряхтели, поерзывая на стульях.

— Позвольте я договорю. Да, я помню, что борьба за живучесть и подготовка к ней экипажа, дело старшего офицера. И вас по такому поводу вроде дергать не стоит. Но выслушайте меня далее и поймете, зачем я вам это говорю.

Вчера был свидетелем проводимых корабельных учений. Подробно опросил лиц в нем участвующих. Что можно сказать. Низовое звено в порядке. Весь рядовой состав подготовлен вполне удовлетворительно. Знают куда бежать, где искать топоры, багры, ведра, кто их начальник аварийной партии и так далее. Но! К моему сожалению и недоумению на матросах все и заканчивается. Уже начальники этих партий знают ровно столько же сколько и их подчиненные, а это уже не есть хорошо. Скажем, задал вопрос. Вот помещение, в него попал японский снаряд. Разворотил несколько трубопроводов, порвал часть проводов. Что это за трубопроводы и провода и что вы в первую очередь скомандуете чинить? И что!? Ступор господа, впрочем, вполне оправданный. Я думаю в тот момент даже уважаемый Борис Викторович, не смог бы сказать, что это за обрывки и от какой они системы. А ведь вдумайтесь, может, оказался перебиты телефонный провод из боевой рубки в машинное отделение и там допустим провод освещения гальюна. Как вы думаете в бою имело бы значение что из них будет восстановлено первым.

Идем дальше. Обратил внимание на крайнюю скудность аварийного инструмента. Все те же топоры, брезент да аварийный лес. Опять задаю вопрос. А как вы вообще собирались чинить поврежденные трубопроводы и провода? Где ваши приспособления? Как собираетесь пробоины заделывать? Где готовые пластыри? Где мягкая проволока которой можно трубопровод клетневать? Где просто гвозди чтоб аварийный лес крепить? Где бугели-заглушки? Вы все решили в герои податься? Тушками своими пробоины заделывать собираетесь? И вы идете туда, где вполне возможно полыхает пожар, где хотя бы на лицах марлевые повязки? Задохнесь же быстро!

Да господа, ваши лица в точности соответствуют лицам тех, кого я опрашивал. Полное непонимание. Поясняю. Существует огромное количество приспособлений для устранения типовых повреждений, как-то пробоины, разрывы, обрывы и прочее. Это бугеля различных видов, раздвижные упоры, пластыри. Чтобы в аварийной ситуации не терять время на выстругивание из бревна какого-нибудь чопика. И не затыкать пробоины паропроводов матрасом прижимая его собственной грудью. Как тот механик на "Сильном".

В ночь на 14 марта 1904 года японский флот предпринял попытку диверсии на внутреннем рейде крепости Порт-Артур. Четыре парохода-заградителя под прикрытием шести эсминцев должны были в самоубийственной атаке прорваться на внутренний рейд и затопиться, заблокировав вход в базу.

Крадущегося в темноте противника обнаружил "Сильный" под командованием лейтенанта Криницкого — русские моряки без колебаний бросились в атаку, превратив головной из японских кораблей в пылающий факел. В тот же момент японцы обнаружили "Сильный", чей силуэт ярко высветило пламя пожара на японском пароходе. А дальше вступили в действие законы драматургии: один против шести. Чудес не бывает — шальной японский снаряд пробил обшивку в районе машинного отделения, осколками посекло паропровод. "Сильный" превратился в неподвижную мишень. Сквозь обжигающий пар к месту повреждения паропровода первым подбежал старший инженер-механик Зверев. Схватив попавшийся под руку пробковый матрас, он попытался набросить его на рваную трубу, из которой била смертельная струя перегретого пара. Тщетно — матрас отбросило в сторону. Мгновение на раздумье, чем можно надежно зафиксировать заплатку? — инженер-механик Зверев поднял матрас и бросился на раскаленный паропровод, плотно прижавшись к нему своим телом. На следующий день весь Порт-Артур вышел хоронить Василия Зверева, история о подвиге моряка получила отклик за рубежом, французские газеты назвали инженера-механика Зверева гордостью России.

Он конечно герой и скорей всего действительно другого выхода не было. Но я бы на его месте, скорей всего, просто наложил бы ленточные бугеля.

Ну и переходим к самому, я считаю, главному замеченному мной недостатку. А именно. Как таковая, борьба за живучесть в масштабах корабля не ведется. Непонятно даже кто ею руководит. Общего замысла и цели нет. Ну, старший офицер рассылает отдельные аварийные партии, но что, он абсолютный специалист в корабельных устройствах? А есть ли у него возможность хотя бы оценивать аварийную обстановку? Нет! Он напополам с командиром бой ведет, о чем здесь говорить.

Что я хочу сказать. В том виде, что она есть, борьба за живучесть пока представляет собой набор разрозненных попыток устранить всевозврастающий вал повреждений. Отсутствует анализ аварийной обстановки, прогноз дальнейших действий, парирование возрастающих угроз. Поясняю на примере. Борис Викторович, вам, ох ну хорошо! Не вам, а старшему офицеру доложили, что в вражеский снаряд попал в район форпика ниже ватерлинии, топит носовую оконечность. Его действия, на ваш взгляд?

— Ну конечно аварийную партию послать, заделывать пробоину. Пустить водоотливные насосы.

— А если не получается заделать?

— Надо стопорить ход, накладывать пластырь снаружи. А там изнутри цементом.

— Хм! Идет бой. Остановиться, значит отдать себя на растерзание врагу.

— Но тогда, если насосы не справятся, мы обрекаем себя на затопление носовой оконечности.

— Тогда скажите, как старший офицер поймет, справляются водоотливные средства или нет? Если нет то, в какие сроки произойдет затопление носовой оконечности, угрожает ли это затоплением кораблю или нет. Если нет, то какой максимальный ход мы сможем при этом дать. Какой дифферент и крен при этом возникнут. Способны ли при этом стрелять наши орудия? Ведь мы все это время продолжаем сражаться. Да еще не одни, а в составе эскадры. Может быть, старшему офицеру уже стоит оповестить командира и адмирала, дабы расчет боевого информационного центра эскадры начал расчет маневра для прикрытия вашего корабля, на вашу допустимую скорость?

— Ну справляются или нет понятно сразу, повышается или нет уровень воды. В какие сроки — замерим уровень воды за некоторое время, посчитаем скорость поступления воды. Потом надо посмотреть в справочники, посчитать, сколько воды примем, потом и дифферент с креном вычислим.

— Я напоминаю вам, идет бой. Адмирал на связи. Ему прямо сейчас, требуются вышеперечисленные мной данные, дабы принять решения на продолжение сражения. Это решения целиком зависит от вас. Ему надо знать, когда ваш корабль прекратит представлять из себя боевую единицу. И может ему не стоит на вас рассчитывать, а не задерживая всей эскадры идти дальше, потому как все равно сделать уже ничего нельзя. Вам же, дабы избежать напрасных жертв уже пора давать команду в низы "Все наверх! Покинуть корабль!" И все это следует определить в считанные минуты. Между тем я в вашем ответе, минимум трижды услышал слово рассчитать, не говоря уже про фразу посмотреть в справочники. Какие расчеты!? Какие справочники!? Вокруг снаряды рвутся! Вдумайтесь! Обстановка меняется стремительно как понос. В такие моменты, в боевой рубке, смешнее слова синус, только слово косинус! А вы говорите, посчитаем!