И в болезни, и в здравии, и на подоконнике
Шрифт:
Уилсон старательно отрабатывал движения, раз за разом выхватывая у противника нож.
Он выкладывался. По-настоящему выкладывался. Этот парень рыл себе могилу со всем возможным старанием.
– Думаешь, он сорвется? – Руссо еще не согласился, но уже начал сомневаться.
– Это лишь вопрос времени.
– А что будет, если я его не возьму?
Кертис не знал ответа на этот вопрос. Уилсон не хотел разговаривать. Он не принимал помощь, отказывался идти к психологу и зарывался в себя глубже, чем в этот проклятый окоп. Уилсон верил, что все, что ему нужно, – это вернуться в строй. И тогда все будет нормально. Все будет как раньше: знакомо, привычно и надежно. Вот только этого не будет. Уже сейчас Уилсон не выдерживает нагрузки, а надави чуть посильнее – и он взорвется, как перекаленная лампочка. Кертис должен был это исправить. Он не знал, как именно, но верил, что справится.
Всегда есть способ помочь. Надо только его найти.
– Сделай свое дело, а я сделаю свое.
Руссо помолчал пару секунд, глотнул остывший кофе – и кивнул головой.
– Ладно, брат.
Руссо отозвал Уилсона в сторону, и тот подбежал – радостный, как щенок. Только что хвостом не вилял. Кертис не слышал, что говорил Билли, но мог бы пересказать диалог как по подстрочнику. Парень, ты отлично подготовлен, ты стараешься и ты охеренный молодец. Но… что у тебя на заднем дворе? Момент, когда Руссо упомянул окоп, был очевиден, как торчащий во лбу хуй. Уилсон дернулся, словно от пощечины, и втянул голову в плечи. Он походил на первоклашку, который вышел к доске и описался. И стыдно, и страшно, и некуда бежать. Все плохое, что могло произойти, уже происходит – здесь и сейчас.
Это было дерьмово.
Но все-таки это было правильно.
– Да ну какого ж хера! Вы тут больные все, что ли?
Кертис обернулся – и чуть не врезался в Делайлу Ругер, которая стояла не у окна, а прямо у него за спиной. И когда подойти-то успела?
– Простите, мисс…
– И не подумаю. Парень тут в тройке лучших, вы оба это понимаете. Да он же старается из всех сил! И что вы делаете? Вышвыриваете его пинком под зад! Да кому какая разница, что он делает на заднем дворе? Пусть хоть шаттл из консервных банок собирает. Главное, чтобы с работой справлялся – а он справится!
Кертис досадливо поморщился. У мисс Ругер был отличный слух – и херовые тормоза.
– Послушайте, мэм. Вы неправильно понимаете происходящее. Проблема в том, что Уилсон не справится. Он хорошо подготовлен физически, но дело ведь не в подтягиваниях. Уилсон нестабилен. Я не хочу, чтобы он сорвался и кому-нибудь навредил.
– Нет. Вы создаете ему реальную проблему только потому, что опасаетесь вероятной. И это неправильно.
Крутнувшись на каблуках, мисс Ругер рванула на себя тяжеленную дверь и вылетела из комнаты.
– Эй, Делл! Делл, мать твою! – заорал ей в спину Манкель и ломанулся следом, пинком отшибая закрывающуюся дверь. Доводчик взвизгнул и провис. – Делла, ты что творишь?
Бессильно выматерившись, Кертис сделал широкий шаг, запнулся, покачнувшись на протезе, и тяжело оперся на стену.
– Да что ж это за херня! – страдальчески вопросил он в пространство внезапно опустевшей комнаты, глубоко вздохнул и заковылял следом, старая не сильно припадать на левую ногу.
Просчитанный, осмысленный план действий летел в пизду, стремительно набирая скорость, и умирающая надежда тянулась за ним, как призрачный торсионный след.
Когда Кертис догнал Делайлу Ругер, она уже говорила, взмахивая руками так резко, будто гвозди забивала. Стоявший у нее за спиной Манкель всем своим видом изображал нейтральность, но в глазах у него застыла обреченная тоска. Видимо, это был не первый случай, когда мисс Ругер проявляла инициативу.
Кертис подумал, что Манкель мог бы взять ее под мышку и унести туда, откуда взял. Так было бы лучше для всех – и для Уилсона, и для Ругер, и для самого Манкеля.
А Делайла Ругер набирала разгон, как выходящий на взлетную скорость «Локхид-Мартин».
– …у вас отличные результат. Я думаю, это то, что нам нужно. Вы идеально подходите, мистер Уилсон.
– Для чего подхожу?
– на лице у Льюиса пылали алые лихорадочные пятна, отчего казалось, что парень не очень здоров. Что, в общем-то, было правдой.
– Для вакансии, которую я вам предлагаю. Мистер Уилсон, нам нужен водитель с хорошей физической подготовкой и с боевым опытом. Пока что работа на два-три месяца, но официальный контракт и оплата – тысяча долларов в неделю. Я буду очень рада, если вы согласитесь. Возможно, в дальнейшем мы продолжим сотрудничество. Посмотрим на результат, но прямо сейчас мне все нравится.
Манкель дернулся, будто ему шокером в задницу долбанули, но промолчал. Прям как Тибет во Второй Мировой – высокий, нейтральный и бесполезный.
Кертис почувствовал нарастающее раздражение. Эта самодовольная идиотка в кретинской футболке распахнула Уилсону двери в пиздец – и даже не понимала этого. Не хотела понимать.
Правда, Уилсон еще не согласился. Все-таки тоскующий за рулем водитель – совсем не то же самое, что крутой мужик с автоматом. Вряд ли такое предложение станет адекватной альтернативой карьере в Anvil. Может, парень откажется – и проблема исчезнет так же стремительно, как возникла.
– А… - Уилсон запнулся, дернул подбородком и нервно облизал губы. – А что надо делать? Мэм.
Кертис затаил дыхание.
– В основном вы будете возить меня из точки А в точку Б и ждать. Сопровождать во время пешего передвижения. При необходимости защищать, но это вряд ли. Честно говоря, все будет очень скучно – предупреждаю сразу. Но если возникнет угроза – мне нужен человек, на которого можно рассчитывать.
Глаза Уилсона вспыхнули, и надежды Кертиса осыпались с хрустальным тихим звоном. Он согласится. В этой ситуации и после этих слов – согласится на что угодно. Хоть жопой на муравейник сесть.
Нужно было остановить его, остановить Ругер, развернуть этот безумный поезд, который вдруг полетел под откос прямо с ровнехонькой колеи. Кертис громко откашлялся.
– Мэм. Вы не помогаете.
Мисс Ругер улыбнулась ему – очень нежно и очень фальшиво.
– Вы полагаете?
Вид у нее был до крайности самодовольный. Кертис почувствовал неодолимое желание размахнуться и пнуть ее в обтянутый брюками зад. Вот же безмозглая сучка.
– Я это знаю. Вы думаете, что совершаете хороший поступок, но Уилсон к этому просто не готов.
– Да. Конечно. У него же на заднем дворе окоп.
Остывший было Уилсон снова вспыхнул красными пятнами, будто ему плеснули в лицо кипятком.
– Я… Мэм, это просто… просто…
– Просто окоп. Да, я уже в курсе.
– мисс Ругер качнулась с пятки на носок и смерила его оценивающим взглядом.
– Какой длины ваш окоп, мистер Уилсон?
Красный цвет на щеках Уилсона перешел в багровый.
– Семь футов. Мэм.
– Длина?
– Тринадцать футов.
– А глубина? – вид у Делайлы Ругер был до крайности заинтересованный.