Чтение онлайн

Так велико было его несчастье, так бесполезно его искусство. Зато его знает весь мир!

Другой Орфей был человеком маленьким. Он был простым уличным певцом, выступал на маленьких праздниках и играл для маленьких людей, он приносил им маленькую радость и сам получал от этого удовольствие. Так как за счет своего искусства второй Орфей жить не мог, он освоил еще одну, обычную, профессию, женился на обычной женщине, у него были обычные дети, при случае он грешил, был совершенно обыкновенно счастлив и умер старым и пресыщенным жизнью.

Но никто не знает его. Кроме меня.

Осел

Некий господин купил молодого осла и сразу стал приучать его к тяготам жизни. Он навьючивал на него тяжелые грузы, целыми днями заставлял работать, а поесть давал не больше, чем было необходимо, чтобы тот не умер с голода. Так маленький ослик превратился вскоре в самого настоящего осла.

Когда приходил его господин, он падал на колени, низко склонял голову и с радостью позволял нагрузить на себя любую тяжесть, даже если чуть не падал.

154

Тем, кто это видел, было жаль осла. Они говорили: «Бедный осел!» — и старались сделать для него что-нибудь хорошее. Один попытался дать ему кусок сахара, другой кусок хлеба, а третий даже попробовал заманить его на свое зеленое пастбище. Но тот показал им, каким он был ослом. Одного укусил за руку, другого лягнул в бедро, а с третьим был упрям, как осел. Тогда они сказали: «Ну и осел!» — и оставили его в покое.

А у своего господина он ел с руки, пусть даже это была простая солома. Господин всюду расхваливал своего осла и говорил: «Это самый большой осел, которого я когда-либо видел!». Он дал ему имя Иа.

Позже люди не могли прийти к единому мнению о том, как правильно произносится это имя, пока один диалектик из Баварии не решил, что оно должно звучать так: «И я».

Выход

Где-то на юге, когда день еще только-только занимался, одна маленькая обезьянка взобралась на пальму, принялась размахивать тяжелым кокосовым орехом и орать во все горло.

Это услышал верблюд, подошел поближе, посмотрел на нее и спросил: «Что это с тобой сегодня?»

«Я жду большого слона. Я так долбану его кокосом, что у него череп треснет и искры из глаз посыплются!»

Но верблюд подумал: «Чего же ей все-таки надо?»

Около полудня пришел лев, улегся под деревом и собрался было вздремнуть. Тут он услышал крики маленькой обезьянки и спросил: «Что это с тобой сегодня?»

«Я жду большого слона. Я так долбану его кокосом, что у него череп треснет и искры из глаз посыплются!»

Но лев подумал: «Чего же ей все-таки надо?»

После полудня пришел носорог, услышал обезьянкины вопли, удивился и спросил: «Что это с тобой сегодня?»

«Я жду большого слона. Я так долбану его кокосом, что у него череп треснет и искры из глаз посыплются!»

155

Но носорог подумал «Чего же ей все-таки надо?» Вечером пришел большой слон, потерся о пальму, стал срывать хоботом листья и есть. Но маленькая обезьянка сжалась среди ветвей в комок и сидела тихо, как мышка. Но вот большой слон поднял голову, увидел маленькую обезьянку и спросил: «Что это с тобой сегодня?»

«Ничего. Я тут, правда, что-то такое сегодня кричала, но ты же не станешь принимать это всерьез!»

Но слон подумал: «Чего же ей все-таки надо?» Потом протрубил своему стаду и потопал прочь. Маленькая обезьяна долго еще сидела тихо. Потом взяла кокос, спустилась на землю и так треснула им о камень, что он лопнул. Потом выпила молоко и съела мякоть.

Мера

Некий человек пробирается сквозь толпу по ярко освещенным, празднично украшенным в преддверии Рождества улицам, и вдруг внимание его привлекает магазин, над которым переливается огнями название «Деликатесы со всего мира».

Он останавливается и начинает разглядывать разнообразнейшие вкусности, так аппетитно разложенные перед ним, что у него даже слюнки текут.

Затем он прищелкивает языком и говорит: «Вот теперь я бы и вправду с удовольствием съел — кусочек черствого хлеба».

Два рода удовольствия

По бесконечно далекой трудной дороге тащится голодный и тяжело нагруженный осел. Справа зеленая лужайка, слева зеленая лужайка. Но он говорит: «Я пойду моим путем».

Другой осел пасется на зеленой лужайке. Справа длинная трудная дорога, слева длинная трудная дорога. Но он говорит: «Мне и здесь хорошо».

156

Невиновность

Некий человек, стремясь уйти от того, что так долго его угнетало, решается пойти новой, незнакомой дорогой. Легко ступая, идет он вперед и к вечеру доходит до высокой горы. Желая отдохнуть, он осматривается и видит перед собой вход в пещеру. Он подходит ближе и хочет войти внутрь, но вход оказывается закрыт железной дверью.

«Странно, — думает он, — но, может, что-нибудь произойдет». Усаживается напротив и смотрит то на дверь, то в сторону, то на дверь, то в сторону. Через три дня, в очередной раз посмотрев в сторону и снова на дверь, он видит, что она открыта. Он быстро проходит в пещеру, устремляется вперед и снова оказывается снаружи.

«Странно», — думает он, трет глаза, садится и немного поодаль замечает небольшой снежно-белый круг, и в этом маленьком белом кругу он видит себя самого — запертым, скрючившимся и сияюше-белым. А вокруг, словно стремясь ворваться внутрь, заплясали гигантские черные языки похожего на тень пламени.

«Странно, — думает он, — но, может, что-нибудь произойдет». Усаживается напротив и смотрит то туда, то в сторону, то туда, то в сторону. Через три дня, в очередной раз посмотрев в сторону и снова на круг, он видит, что тот размыкается и черное пламя-тень прорывается внутрь, круг увеличивается в размерах, и он может наконец выпрямиться.

Только вот круг теперь серый.

Долги

Некий человек встает с утра и чувствует на душе тяжесть, потому что знает: сегодня придут его кредиторы и ему придется держать перед ними ответ. Видя, что у него есть еще немного времени, он подходит к полке, достает первую папку и заглядывает в бумаги.

157

Там он находит те счета, которые должен оплатить. Он начинает внимательно их просматривать и обнаруживает такие, требования которых явно натянуты, какие-то из них оказываются за обещанные, но так и не оказанные услуги, другие — за товары, которые были заказаны, но так и не были доставлены. Он размышляет, что здесь по делу и по праву, а что нет, и решает быть начеку с подобными фальшивками. Затем закрывает эту папку и достает вторую.

Там он находит перечни тех услуг, за которые он почитал себя в особом долгу. Однако в конце этих длинных списков стояли пометки «бесплатно», «уже оплачено» или «не стоит благодарности». В памяти его всплывают образы тех, кого он любил, кто был ему дорог, и на душе у него становится тепло и хорошо. Тогда он закрывает вторую папку и достает третью.