Чтение онлайн

– Хорошо вам провести время.

Я же говорила. Слышу я голос прошлого Рождества. Как унизительно. Когда ты уже научишься? Всех не спасти, Чарли. Оставь свои альтруистические наклонности для работы, бога ради.

Я выезжаю с обочины, оборачиваясь на женщину, залезающую в машину. И отправляюсь в сторону маяка, в ближайшую деревушку, где надеюсь провести две недели в тишине и уединении.

Мне это нужно даже больше, чем я думал.

Мой друг Нил явно не шутил, говоря, что этот коттедж в Донеголе расположен вдали от цивилизации.

Я еду по дороге, которую указывает мне навигатор. Наверняка он выбрал самый живописный маршрут, но я все равно удивляюсь, в каких краях я оказался.

Это же Донегол, напоминаю я себе. Настоящая глубинка. Я проезжал мимо полей всех оттенков зелени, мимо холмистых дорог – от этих видов у самых циничных людей перехватило бы дыхание. Я уже несколько раз перепроверил, правильно ли еду.

После бесконечно петляющих дорог, видов моря, великолепие которых в ясную погоду трудно представить, заблудшей овцы, из-за которой мне пришлось сделать незапланированную остановку, я проезжаю сквозь небольшую деревушку с домами пастельных оттенков, пабом с соломенной крышей, кафе, магазинчиком с безделушками и причудливой церквушкой с самыми настоящими рождественскими яслями, уместившимися под пушистой елкой.

– Вот и цивилизация, Макс, – говорю я своему компаньону, который был на удивление тих на протяжении всей поездки. Если не считать странной привычки лаять каждый раз, когда мы останавливались на перекрестке. – Ну прямо мечта.

Из деревни мы поворачиваем направо, на грунтовую дорогу, и с каждым километром она становится все уже и ухабистей. Мы проезжаем мимо загона для скота и кустов боярышника, пока в поле зрения не попадает он: дом, который станет нашим пристанищем на ближайшие две недели. Я ненадолго опускаю окна, чтобы проверить, слышно ли отсюда море, которое лежит вдалеке темно-синим покрывалом.

Да, слышно. От этого воспаряет душа.

У домика побеленные стены и скругленные углы, окна с малахитово-зелеными створками, толстая соломенная крыша, которая выглядит, словно плохая стрижка (прямо как у паба ниже по дороге), и ярко-красная дверь, зияющая в центре.

Снаружи припаркован небольшой темно-серый фургончик: полагаю, он принадлежит хозяйке, Марион, которая любезно согласилась встретиться сегодня утром и поведать мне об особенностях коттеджа. Мне сказали, что он принадлежит этой семье уже три поколения. Я немного опаздываю, наверное, из-за того, что хотел помочь незнакомке, но не настолько сильно, чтобы чувствовать себя виноватым. Такое случается. Пара минут – не то, из-за чего стоит переживать.

Я паркуюсь, благодарный за то, что дождь поутих, хотя низкие, похожие на цветную капусту облака обещают скорый снегопад. Оставив Макса в машине, я отправляюсь приветствовать хозяйку.

– Ты, должно быть, Чарли! Добро пожаловать в коттедж «У моря», – говорит она, распахивая красную входную дверь. – Заходи, заходи! Покажу тебе все. Какое счастье, что я растопила камин. Ты же насквозь промок, дорогой!

Чтобы добраться до дома, я поднимаюсь по узенькой гравийной дорожке, ведущей сквозь буйно заросший сад. В воздухе пахнет свежим хлебом и растопленным очагом, эти запахи заполняют меня. Очевидно, Марион немало потрудилась, пока ждала моего приезда. Она румяная, с аккуратным серебристо-седым каре. От ее толстого шерстяного свитера и душевной улыбки становится так тепло, что я тут же чувствую себя, как дома.

– Вы Марион, да? – говорю я, и она кивает. Я протягиваю ладонь, но она неловко предлагает дотронуться до локтя. – Вы даже не представляете, как я хотел сюда приехать. Остаться наедине с Максом и природой. Спасибо, что согласились меня принять.

Марион выглядит очень довольной: ей явно нравится, что ее дом может осуществить мои мечты.

– Ну, Нил прекрасно о тебе отзывался, – говорит она мне. – Надеюсь, ты себя хорошо чувствуешь? Непростая ситуация, конечно. Тебе через многое пришлось пройти. Повезло, что у тебя есть такой друг, как Нил. Он хороший мальчик.

Челюсть у меня потихоньку отвисает. Очень интересно, как именно Нил убеждал ее разрешить мне приехать и что рассказал. Как и женщина со сломанной машиной, она косится на мои татуированные руки, растрепанную прическу и простую одежду. В такую погоду носить футболку не лучшая идея.

– Да, мы с Нилом дружим с детского сада, познакомились давным-давно.

– Должна признаться, ты не такой, как я ожидала, – цедит она, и я приподнимаю бровь.

– Надеюсь, в хорошем смысле?

– Да, – отвечает Марион, и в ее глазах блестят смешинки. – Да, в хорошем. Нил говорил, что ты скромный тихоня. И у меня сложился совсем другой образ. Наверное, не стоит в следующий раз делать поспешные выводы, но да, в хорошем смысле.

– Эм… спасибо. Наверное.

Она заправляет седой локон за ухо и смотрит на меня чуть дольше необходимого.

Будь я в своем обычном состоянии, я бы развлек себя мыслью о том, что она со мной флиртует. Может, не настолько уж и неряшливо я выгляжу.

Марион снова оживает и ведет меня в кухню, где я вижу глубокую белую раковину, шкафчики, выкрашенные в синий, и, как я и предполагал, целый поднос свежеиспеченных булочек, выложенных на клетчатое полотенце.

Картинка, как из кино.

– Ого… Как уютно.

– Да, – говорит она и стискивает руки у груди, словно восхищаясь своей работой. – Я обычно не пускаю сюда кого попало не в сезон, но, когда Нил рассказал мне о тебе, я не смогла отказаться.

– Даже так?

– Но ты себе голову этим не забивай. Теперь давай я расскажу все, что тебе нужно знать. Домик старый, но все работает, за исключением пары вещей, о которых я предупреждала по телефону, – продолжает она. – Например, чтобы закрыть дверь, нужно приложить небольшое усилие, но я покажу как. На заднем дворике есть горные ботинки и рюкзак, если тебе нравятся походы. А еще во дворе стоит джакузи. Но подогрев… нужно раза три нажать на кнопку, чтобы он заработал. Если не поможет, пни его как следует.

Я приподнимаю брови.

– Ну, не слишком сильно. Думаю, ты понимаешь, о чем я, – говорит она, снова покосившись на мои руки. Ее взгляд опять задерживается дольше, чем нужно. – Так, о чем это я? Ах да, сад. Сад огорожен, но в паре мест ограда может не выдержать, так что имей в виду, если собака любит погулять.

– Макс может.

– И в душе может пойти холодная вода, если ты не… О! Секундочку, – говорит она, когда вдруг раздается звук подъезжающей машины. – Ты кого-то ждешь?

Она вытягивает шею в сторону входной двери.

– Нет, – отвечаю я, увлеченно разглядывая лес, раскинувшийся за коттеджем. Вдалеке море и лес под боком – это местечко настоящий кусочек рая. – Если честно, компания – последнее, что мне сейчас нужно.

Звук закрывающейся дверцы побуждает Марион засуетиться, она спешит вниз по коридору, вытирая руки о полотенце и бормоча под нос:

– Я-то уж точно никого не жду. Странно, здесь тупик, но, может, кто-то не туда повернул? Такое иногда бывает.

Я иду вслед за ней – мало ли, вдруг этот незваный гость представляет какую-то угрозу, – но прежде чем она успевает выйти из дома, дверь открывается и перед нами предстает рыжеволосый мужчина со впечатляющей бородой.