Чтение онлайн

– Лиза!
– крикнул он.
– Вернись! Ли-и-за-а!..

– За-а... за-а... за-а...
– отозвалось со всех сторон гулкое эхо.

В ответ послышался далекий крик:

– Его-о-ор!..

– Иду!
– рванулся на голос Крутов.
– Стой на месте, не двигайся!
– и обнаружил, что впереди расстилается черно-зеленая топь с редкой россыпью кочек. Запрыгал по кочкам, как заяц, хватаясь за искривленные стволы осинок и березок, увидел за очередным островком мелькнувшее белое платье и прыгнул туда изо всех сил, уже осознавая, что не дотянет...

– Егоор!..

Гулкий удар тела о маслянисторжавую поверхность, гул потревоженной трясины, темнота, булькающая очередь пузырей из носа и рта...

– Лиза!
– хотел крикнуть Крутов, но вместо этого изо рта вырвалась еще одна очередь воздушных пузырей. Топь сомкнулась над головой, дышать стало нечем, в легкие хлынула черная мерзкая жижа...

Он подхватился на кровати и некоторое время не мог понять, где находится и что с ним. Огляделся. Небольшая комнатка с белеными известкой стенами, окно с занавесками, выход в соседнюю комнату, также занавешанный портьерой, побеленный задник настоящей русской печки, тишина. Эта комнатка так напоминала спальню в родном доме, что Егор даже приготовился позвать Осипа, однако вовремя остановился.

Шевельнулась голубенькая, в белый горошек, штора, в комнату заглянула мужская голова.

– Вы проснулись? Как себя чувствуете?

– Нормально, - сказал Крутов хрипловатым голосом, расслабился, - сон дурной приснился. Который час?

– Десять с минутами. Ужинать будете?

Егор подумал.

– Буду.

Голова скрылась. Она принадлежала одному из охранников Федотова, и находился Егор в его доме на улице Воропаева. Минут пять лежал расслабленнный и безвольный, вспоминал странный сон, отчаянный крик Елизаветы, нырок в болотную трясину, ужас удушья. Вероятно таким образом подсознание реагировало на трагедию положения. Лиза оставалась в руках "вивисекторов" психотронной лаборатории, и один Бог знал, каково ей там.

Не раньте ангелов словами.

Они открыты, словно дети.

Дарите ласку им. За ней

И сходят к нам созданья эти...

Скрипнув зубами, Егор встал, сделал несколько упражнений, поднимающих тонус, глотнул ерофеича, переждал метаморфозу превращения в великана, поддерживаемого всей Вселенной, и на кухне появился уже бодрый и голодный, как волк: ерофеич не только "ремонтировал" психику и энергетику организма, но и усиливал аппетит.

– От вас позвонить по межгороду нельзя?

– Вообще-то нельзя, - улыбнулся симпатичный молодой человек с длинными волосами, собранными в пучок на затылке, и ямочками на щеках; звали его Олегом.
– Но если очень хочется, то можно.

Олег принес из сеней толстую, как полено, трубку телефона с окошком дисплея и рамкообразной антенной.

– Выход на спутник. Звоните, только не долго. Наши частоты сканируются, не хотелось бы лишний раз "светиться".

Крутов в сомнении повертел необычный телефон в руках, потом все же набрал номер. Саша Зубко отозвался почти тотчас же, будто ждал звонка:

– Командир?! Лукич? А мы тут только о тебе говорили...

– Кто - мы?

– Костик, Марат... день рождения справляем, мне тридцать стукнуло.

– Ах, елкин лес!
– Крутов шлепнул себя ладонью по лбу.
– Я ж совсем запамятовал... Поздравляю! Желаю достичь всего, чего ты еще не достиг, главное - поставить цель. Потребность ставить цель еще сохранилась?

– А как же, - засмеялся Александр.
– Желаю стать директором конторы. Пока ты там в своих лесах грибочки собирал, мне подполковника кинули, так что я теперь занимаю твое место.

– Поздравляю, - еще раз сказал Крутов, не видя в назначении ничего удивительного.
– Это очень кстати. Мне может понадобиться помощь команды. Сможешь организовать?

– Что случилось, командир?

Крутов слабо улыбнулся на это упорное "командир": Саша давал понять, что ничего не изменилось, что он готов снова стать заместителем командира "Витязя", вернись Егор в службу, и всегда готов помочь. На этого человека можно было положиться, как на самого себя.

– В двух словах не расскажешь. В здешних лесах окопалась одна сволочная кодла, терроризирующая местное население, надо свести все ее возможности к нулю.

– Понял, Лукич. Когда мы тебе будем нужны?

– Может, уже завтра, я еще позвоню. Как ты доложишь начальству, зачем и куда убываешь?

– Это моя забота. Команде нужен тренинг на "натуре", так что не переживай. Откуда ты звонишь?

– Из Жуковки. А что?

– Звонок какой-то странный, будто бы ты рядом и одновременно на Луне.

– Спутниковая связь, подполковник. Передавай привет "витязям".

Крутов выключил телефон, подержал его в руке - отечественная машинка, но весьма качественная, - и положил на стол. В комнату вошел охранник.

– Дозвонились?

Он должен был слышать разговор, находясь в соседней комнате, но лицом владел хорошо и взгляд имел открытый.

– Да, спасибо. Техника на грани фантастики, причем, я заметил, наша, не японская. Как говорится, наука идет вперед.

– Наука идет вперед, а мы идем назад, - серьезно изрек Олег.
– Если бы человек использовал ее только во благо, на земле давно наступил бы золотой век. Но судя по новейшим разработкам наших, да и западных тоже, военных лабораторий, золотого века не будет. Не дотянем. Слишком мал запас духовности. Даже наша отчественная демократия не способна решить проблемы роста духовности у народа.

Крутов с любопытством посмотрел на простоватое с виду лицо парня.

– Да ты философ, я гляжу. Не рано ли стал пессимистом?

– Не рано, - покачал головой Олег.
– Мне уже двадцать шесть, насмотрелся всякого. Между прочим, есть такая пословица: когда к власти приходят оптимисты, пессимисты начинают понимать, что их пессимизм был вполне обоснован.

Крутов засмеялся.

– Вот это уж точно. Ты случайно не заканчивал филфак МГУ?

– Заканчивал, - спокойно кивнул Олег.
– Четыре года назад. Садитесь ужинать, стол накрыт.
– Он вышел на кухню.

Ошеломленный Егор последовал за ним, подумал: вот так пошути - а шутка правдой оборачивается! Еще и по морде за это схлопотать можешь... но каков Ираклий! Неужели у него все бойцы в команде с высшим образованием?..

– Что ты там говорил насчет отечественной демократии?
– Крутов сел за стол, на котором стояла сковорода с яичницей, белело нарезанное сало, дымилось блюдо с вареной картошкой, на отдельных тарелках лежали грибы, колбаса, масло, сыр, зеленый лук и помидоры.

– Темой моей дипломной работы была: "Философские аспекты демократии в посткоммунистических режимах". По сути это проблемы добра и зла, решаемые у нас в стране садомазохистскими методами. Ни один современный политик, прикрывающийся заботами о благе народа, не знает, что демократия арабское слово и переводится не как "власть народная", что утверждают ортодоксы, а "власть гуманная". Кстати, как вы сами относитесь к этому термину, затраханному в хвост и в гриву?