Чтение онлайн

— Ублюдок! Ты! Из-за тебя! — закричал Хротгар, хаотично размахивая оружием, но это напоминало скорее движения ребенка, орудующего палкой, нежели действия воина. Его слова вызывали эхо, звучащее повсюду.

Рунгильд вскочил из-за стола и с голыми руками набросился на Хрота, сбив того с ног и навалившись всем весом. Эти двоя принялись пинаться и перекатываться по полу как шавки.

Мой ленивый взгляд полузакрытых глаз поскользил дальше по залу. Там чуть дальше головой о стену бился Лодвир. Из глаз навигатора текли кровавые слезы, а на лбу уже образовалась заметная шишка.

В противоположном углу сидел Морвин. Реакция мага также была сверхъестественной. Вокруг его тела поднималась черная дымка, а лицо при этом стало полностью безэмоциональным. Губы дворфа же при этом почему-то растянулись в пустой улыбке.

С трудом я поднялся на ноги и на шатких ногах потопал к выходу, слыша позади бормотание, проклятья и звуки драки. Мир перед глазами смазывался.

Выйдя в коридор, я направился к комнатам, опираясь на стены. Их обжигающе-холодная поверхность немного успокаивала бешено барабанящее сердце.

Тени наблюдали, следили за каждым движением, но стоило мне попытаться подловить их над этом, как все возвращалось к норме. Мне мерещились голоса.

Проходя мимо медпункта, я услышал изнутри тихое чавканье, но проигнорировал это. Я хотел лечь. Кровать манила меня. И стоило добраться до комнаты, как мое сознание тут же провалилось в сон.

Я знал, что это сон. Нечто подобное происходило впервые. Обычно во время сна ты просто делаешь нечто с затуманенным сознанием и не осознаешь собственное состояние, но сейчас…

Множество мыслей металось в голове, пока я стоял. Вокруг была абсолютная тьма. Именно это называлось пустотой. Ни пола, ни потолка, ни стен. Только тьма.

В сердце зарождалась паника. Сколько бы я ни осматривался, ничего не менялось. В голове появлялись мысли по типу: “А что, если это не сон?”

Но в тот миг мир вокруг задрожал, и повсюду разнесся грохот. Прямо из ничего, появился каменный узорчатый пол, а после снизу выросли гигантские мраморные стены. Рядом с ними появлялась мебель: скамейки, стулья, трибуна. Все вытесанные из разных видов горных пород. И, наконец, все завершилось формированием арчатого потолка далеко наверху.

Предметы вроде были цветными, но при этом, все равно на них оставалась какая-то неестественная тень, от чего все казалось сероватым.

— Подсудимый, ты готов? — мощный, тиранический голос проревел по всему залу, от чего в ушах зазвенело.

Только сейчас я понял, что нахожусь прямо посередине зала. Снизу раздался звон. Я медленно опустил голову и увидел кандалы, сковывающие мои ноги и руки, а из одежды на мне была только оборванная коричневая роба, как на простом узнике.

Инстинктивно, я дернул руками, попытавшись освободиться, но сколько бы я ни дергал, ничего не происходило. Цепи просто звенели и впивались холодом в поверхность кистей.

— Ч-что происходит? — полным ужасом голосом вскрикнул я и попытался сделать шаг назад, но даже это мне не удалось. В поисках ответов я поднял взгляд и тогда по моей коже пробежал холодок. Теперь в зале был кто-то еще.

Тени наблюдали за мной со скамеек повсюду, а наверху, на трибуне, сидел самый ужасный представитель этих существ. Его тело скрывалось за постоянно меняющейся черной дымкой, от чего я мог разглядеть только его белоснежные глаза и немного выделяющуюся бороду цвета вороньего крыла. Хотя, немного приглядевшись, я также заметил некое подобие одеяния судьи, проступающее над дымкой.

Оно смотрело на меня сверху вниз, абсолютно без каких-либо эмоций, держа в руке небольшой стальной молоток.

— Заседание начинается. Подсудимый: Ульфрик, — судья стукнул молотком по железной пластинке, от чего по залу разнесся звон.

— П-подождите! Г-где я? Я н-ничего не сделал!

— Молчать! — рявкнул судья и снова ударил молотком, только в этот раз удар будто нанесли прямо мне по черепу. Прямо в голове зазвенело от боли, и я упал на колени, вскрикнув.

— Первые обвинители: Бйорн и Лиф. Сделайте шаг вперед.

Две тени поднялись с обсидиановой скамьи справа и выступили вперед. Их белые глаза также следили за каждым моим движением, но они не были такими безэмоциональными. Скорее я чувствовал в этих взглядах гнев и обвинение.

— По заявлению обвинителей Ульфрик повинен в слабости. Он просто смотрел как Ужас убивает его брата, дядю, шахтеров и стражника. К тому же, после этого он еще посмел выжить! — судья взял в руку бумагу и принялся читать. Стоило прозвучать обвинению, как по залу пополз шепот. Тени переговаривались и осуждали меня со всех сторон.

Перед глазами всплыла картина из прошлого. Тот ужас, что произошел в шахте. Кошмар, который я изо всех сил пытался забыть. Причина моего дефекта речи. Кулаки сжались сами по себе, а в сердце запылал гнев.

— Н-нет! Я… Я был ребенком! — закричал я, но судья просто ударил молотком снова. Это вызывало такую сильную боль, что я теперь полностью свалился на пол и скрючился.

— Второе предупреждение подсудимому. После третьего предупреждения назначенный приговор будет более тяжелым, — судья зыркнул на мою жалкую фигуру и вернулся к бумаге в руке.

— Суд признает за подсудимым грех слабости. Наказанием послужит пытка через кошмары. Приговор будет исполнен незамедлительно.

Стоило звону стали снова прозвучать по залу, как в моем мозгу нечто щелкнуло. Перед глазами теперь постоянно стоял силуэт Ужаса из шахты. Он неотрывно следил за мной и один этот взгляд вызывал ужас, пробирающий до глубины души.

— Вторые обвинители: Хальвар и Урса. Выйдите.

Услышав имена, я в шоке приподнял голову и увидел две поднявшиеся тени. Их силуэты уж слишком напоминали вид моих покойных родителей, за исключением того, что они были полностью черными.

“Это невозможно. Это сон. Просто сон. Но почему все так реально?” — я разрывался изнутри, не способный поверить в реальность происходящего.

“Мы же попали в бурю! Это ее влияние? Но почему?” — впрочем, времени на размышления не оставалось. Суд продолжался.

— По заявлению обвинителей Ульфрик повинен в слабости. Он не отправился с родителями, и они погибли. Подсудимый даже не смог отомстить за них или нормально похоронить, оставив их тела оскверненными Осколком Обелиска!

Рот наполнился железным привкусов крови, настолько сильно я сжал зубы. Мне хотелось снова вскочить и закричать, но я боялся. Страх более не позволял двигаться. Я видел образы как родители машут рукой и поднимаются на ковчег.